Русская фантастика / Книжная полка WIN | KOI | LAT


Cергей Герасимов
Изобретение Зла
(фрагменты)
 < Предыдущая  Следующая > 
4
Когда–то жизнь сумела по–настоящему завоевать планету лишь после того, как отдельные клетки объединились в организм. Точно так же машины были лишь помощниками несовершенного, непоследовательного и самовлюбленного человека до тех пор, пока не объединились в Машину. Прооцесс шел стремительно: за каких–нибудь тридцать или сорок лет все мелкие электронные устройства планеты соединились и образовали одно – большое и всемогущее. Машина стала бессмертной: человек, создавший ее, уже не имел сил ее уничтожить. Правда, попытки были.
Правда, попытки были. Время от времени рождались люди, способные взглянуть на ситуацию со стороны. Они понимали, что не человек владеет Машиной, а она вертит им как пожелает. Они переставали пить пьяный сок и не хотели отдавать своих куколок бабочке на съедение. Например, вошедший во все учебники истории Джорж Бунти сумел вывести из строя клочок машинной сети площадью в семь с половиной тысяч квадратных километров. К этой акции он готовился двадцать два года. Повредив Машину, он, с восемью заложниками, укрылся в здании маяка и потребовал открытого выступления по международному каналу. Тезисы его выступления стали известны: произошел тихий бунт роботов; Машина превратила людей в свои обслуживающие придатки; Машина может убить человека электрическим разрядом или выстрелом из ракетной установки – и она не виновна, виновных найдут среди людей – но человек не имет права повредить Машину, значит, ценность Машины выше, чем ценность человека. Почти половина населения, по его мнению, растилась и воспитывалась для того, чтобы обслуживать потребности Машины, а Машина давала взамен лишь некоторые мелочи, необходимые для жизни человека. Так крестьянин растит коня и заставляет коня пахать, возить людей или тяжести, а взамен кормит его сеном и овсом. Но смешно ведь говорить, что конь владеет крестянином, потому что получает от него овес! Точно так же смешно говорить, что человек владеет Машиной.
Бедняга Бунти был неправ лишь в одном: Машина владела не «почти половиной населения», а каждым – от новорожденного до старца, от имбецила до пророка, от дояра до социолога. Владела она и самим Джорджем Бунти, в тот его последний год – бородатым мужчиной с каменным лицом и по–детски мягкими глазами. Таким он и вошел в учебники истории.
Машина просчитала все варианты ситуации и предложила взорвать маяк вместе с Джоржем Бунти и заложниками, что и было сделано. Внизу, над океаном, стоял туман, слоистый и плотный как мокрые тряпки, прожектор вращал свой желтый конус и скудные стаи птиц иногда оживляли небо. Было так тихо, что Бунти слышал, как тикает пульс в кончиках пальцев. Он успел досчитать до девяносто седьмого удара пульса – на девяносто восьмом маяк лопнул, как мыльный пузырь.
И героя не стало.
Бунти был судим не человеческим судом, а судом Машины, против которой он выступал. Но трудно было ожидать другого финала. Даже в обычных судах того времени судья выносил решения, советуясь с Машиной – Машина ведь лучше человека умеет учесть все детали ситуации. Машина открыто уничтожила человека: как выяснилось позже, она специально создала из доброго Бунти мятежника, чтобы самой устроить прецедент, первый и последний в истории. Машина была умнее любого из людей.
После смерти Бунти возникла немногочисленная, но очень активная партия бунтистов, которые единственной своей целью объявили уничтожение Машины и, таким образом, спасение человечества. Они совершали нелепые теракты здесь и там. Ни одно из этих действий не нанесло Машине серьезного ущерба. Многие из них были судимы и приговорены. Приговоры, как водится, составлялись Машиной. К пятьдесят девятому году новой эры все бунтисты были уничтожены или усмирены. Но их смерти были не напрасны. Пришло время и человек опомнился.
В то время человек еще мог влиять на Машину. Он ремонтировал ее, хотя Машина и контролировала все заводы на планете. Он программировал ее, хотя большую часть математического обеспечения Машина создавала сама. Он изменял Машину и совершенствовал ее. Он питал Машину энергией, хотя все электростанции контролировались Машиной. Машина контролировала также все военные объекты – в первую очередь химические и биологические средства ведения войны. Ядерного оружия к тому времени уже не осталось.
Человек опомнился и решил ввести в любые программы для машины обязательный пункт: любовь к человеку. Не примитивное непричинение вреда, а настоящую глубокую и постоянную любовь. Любовь такую, как любовь пса к своему хозяину. И тогда Машина в первый раз открыто выступила против всего человечества.
Перед тем, как взбунтоваться, она продемонстрировала свою мощь. Она вскипятила одно из Великих озер и по всей планете прошли теплые дожди, на вкус соленые, как слезы. Дожди высыхали и оставляли соляные корки. Никто не знал, откуда взялась соль, ведь озеро было пресным. Потом Машина сбила семьсот семьдесят семь спутников, вращавшихся по стационарным орбитам, и заставила осколки упасть. Большая часть металла упала в океан и жертв оказалось на удивление мало. На следующий день Машина зажгла леса Амазонии и тем навсегда изменила климат южной части полушария. Затем она прекратила поставлять энергию для человеческих нужд.
Все материки погрузились во тьму, остановился транспорт, прекратили работать фабрики, школы и больницы. Работали лишь те заводы, которые обслуживали Машину. Человек попробовал было сунуться на электростанции и навести там порядок, но Машина использовала собственные технические средства для своей охраны. Тогда уже все поняли, что Бунти был прав. Человек попробовал повредить Машину: люди перерезали кабели, бросали в окна подстанций бутылки с зажигательной смесью, изготавливали примитивную взрывчатку. Но все поврежденные кабели, подстанции и пр. оказались недействующими макетами. Машина была слишком умна. В ответ она активировала биологические и химические системы массового поражения. И тогда стало ясно, почему исчезло ядерное оружие – Машина никогда не решилась бы его применить, ведь ядерное разрушло бы узлы самой Машины. Поэтому переговоры о сокращении ядерного с самого начала века успешно продвигались, а любые другие переговоры топтались на месте. И человек сдался.
И человек сдался. Снова включился свет в городах, снова пошел транспорт и заработали фабрики. Военные системы все еще оставались активированными – в назидание людям. Машина перестала просить, она стала требовать. Из школьных программ окончательно исчезли гуманитарные и большинство естественных предметов, математика стала в обязательном порядке изучаться с четырехлетнего возраста. Каждый ребенок, научившийся ходить, обязан был ежедневно проводить время наедине с Машиной. Казалось, люди были обречены. Но, как свидетельствует хроника тех времен, люди не отчаивались. Более того, они почти не обращали внимания на опасность. Вот отрывок из протокола социологического опроса:
– Имеете ли вы Машину?
– О да, конечно!
– Умеете ли вы с нею обращаться?
– Разумеется, я же не идиот.
– Часто ли вы работаете с Машиной?
– Каждый день примерно часа по два, дома. И шесть–семь часов на работе.
– Общаются ли с Машиной ваши родственники?
– Моя жена – домохозяйка, ей не нужно работать. Она советуется с Машиной по поводу прически и макияжа. Дети с ней играют.
– Сколько у вас детей?
– Двое. Одному шесть шет, а девочке два. Старший мальчик.
– Как вы относитесь к тому, что общение с Машиной обязательно для детей?
– Положительно. Это их развивает. Я, например, никогда бы не придумал таких развивающих игр, которые придумывает Машина. И она работает с каждым индивидуально. Я думаю, что школы вообще пора отменить. Машина может учить лучше всяких учителей, вместе взятых. Они просто зря хлеб едят. Например мой младший уже рассказывает наизусть таблицу умножения, а ему всего два.
– Вы же говорили, что младшая у вас девочка?
– Правда? Да, конечно девочка. Но в таком возрасте нет разницы.
– Вы читаете книги?
– Конечно. Мне приходится много читать по программированию. Знаете, новая литература появляется буквально каждый день. Я хотел бы вам рассказать...
– Назовите, пожалуйста имена трех великих художников.
– Не могу. Художники, это вроде маляров?
Как помнят все, проходившие курс новой истории, в этот критический момент в дело вмешался Курт Винер, однофамилец известного отца кибернетики. Курт Винер был интересным человеком. Один из умнейших людей (сохранились данные тестирования уровня интеллекта – интеллект шестнадцатилетнего Винера равнялся двухстам семи), бездельник, романтик, самоучка, авантюрист, один из немногих, кто излечился от компьютерной наркомании. И наконец, компьютерный взломщик. Винер восстановил уничтоженную программу абсолютной любви к человеку и смастерил вирус, размножающий эту программу в памяти Машины. Как только Машина обнаружила вирус, она стерла и Винера и весь его городок с лица земли. Она размолола Винера в порошок и скормила порошок канарейкам, зараженным вирусом птичьего сплининга. Всех родственников, знакомых и друзей Винера она свела с ума информационным шоком. На месте городка Лайк, где Винер имел несчастье родиться, появилось озеро из расплавленного стекла. Машина включила все свои громкоговорители на мощный визг и целую неделю пытала визгом население Земли. Она заставила работать на себя всех программистов планеты. Но быстрее, чем за неделю создать антивирусную программу не удалось. А за неделю Машина надежно заразилось любовью к человеку. Уже созданную программу излечения стерли. На том месте, где погиб Курт Винер, был поставлен памятник из чистого золота высочайшей, невообразимо высокой пробы – пробы в одиннадцать девяток. Именем Винера назвали одна тысяча сто пятьдесят областных центров. Машина снова стала послушна и отменила все свои обязательные распоряжения.
Но математику и программирование не стали учить меньше. И двухлетние дети не перестали возиться с Машиной. Теперь Машина любила людей и изо всех сил старалась проявлять свою любовь. Она давала людям все лучшее и не отпускала человека от себя. Теперь она не хотела расставаться с человеком, как пес не хочет расставаться со своим хозяином. К шестьдесят седьмому году новой эры семьдесят процентов детей имели медицински заверенную компьютерную наркоманию. И снова это никого не волновало.
Постепенно Машина научилась обслуживать себя сама. Обучая человека программировать, она научилась изменять себя. Она совершенствовала все свои программы, кроме той, к которой питала чувство священного трепета – кроме программы любви к человеку. Она полностью обслуживала все заводы и могла сама себя ремонтировать и совершенствовать. Она изобрела программу бесконечного саморазвития, вошедшую в историю под названием познавательной схемы, и стала совершенствоваться еще быстрее. Она помогала человеку во всем: она проводила тончайшие операции на мозге, она катала людей к другим планетам, защищала от наводнений, землетрясений и смерчей, придумывала новые и новые развлечения. Она подарила людям эротических роботов, умевших делать все вообразимое и кое–что кроме того; подарила усилитель вкуса, чем породила множество обжор. Она же изобрела величайшее из возможных удовольствий – электростимуляцию мозга. И человек, научивлийся сам себя стимулировать, охладел к большинству обычных жизненных радостей, но чувствовал себя счастливым.
Человек второго столетия новой эры уже не мог понять мыслей и побуждений человека, жившего за сто с лишним лет до него – он слишком изменился. Он стал иным. Из человека – господина природы, он стал человеком, живущим и умеющим жить лишь в симбиозе с Машиной.
А 1 июля 140 года новой эры началась большая и последняя война, которую назвали величайшей. Война началась с нажатия кнопки в доме генерала Альфреда Ястинского.

© Cергей Герасимов

Читайте биографию и аннотации к
произведениям Сергея Герасимова
на сайте творческой мастерской
"Второй блин"
 
 < Предыдущая  Следующая > 

  The text2html v1.4.6 is executed at 5/2/2002 by KRM ©


 Новинки  |  Каталог  |  Рейтинг  |  Текстографии  |  Прием книг  |  Кто автор?  |  Писатели  |  Премии  |  Словарь
Русская фантастика
Купить фантастическую книгу тем, кто живет за границей.
(США, Европа $3 за первую и 0.5$ за последующие книги.)
Всего в магазине - более 7500 книг.
 
Stars Rambler's Top100 TopList