* * *
Проплыв над Северным Полюсом Реи, древнейшего из спутников Сатурна,
мы вошли в причальный створ карантинной станции Япет–14. Через несколько
часов осуществилась стыковка. По прозрачному коридору, за стенами которого
собралось очень дружелюбное население, мы прошли в свои каюты. Строгий
диспетчер Георгадзе выделил нам личные радиоканалы для общения с
родственниками. Первым меня разыскал старший сын Антон. За ним, в порядке
субординации, – Виктория, Зейтуна, Серж–младший, две жены, Николас и Ирэн.
Потом настала очередь Всех Родных и Знакомых Кролика. Большинство своих
внуков и внучек, тем паче – правнуков, я видел впервые, да и то – на
экране. Мальчики и девочки всех цветов кожи засыпали меня вопросами,
заставив трудиться по пятнадцать часов в сутки, но это оказалось лишь
скромной прелюдией, поскольку со мной связалось еще около двухсот родичей
Мод, начиная с принца Уэлльского и кончая трехлетней Тересой–Мод
Хосе–Мария да Силва дю Карвалью. После всего этого начало карантина,
сопровождающегося запретом на связь, каюсь, я воспринял с некоторым
облегчением. А ведь прав Круклис, что–то мы расплодились...
Карантинная станция Япет–14, носящая неофициальное имя Стикс,
запомнилась упругими белыми полами, на которых Мод заново учили ходить.
Она все еще не разговаривала. Лечащий врач предупредил, что восстановление
функций мозга будет медленным, и что личность Мод заметно изменится.