забудь. Это была плохая шутка, Марта.
- Ну да, - всхлипнула она и замолчала. От слез казалось, что все ее
лицо пошло пузырями. Сдерживая отвращение, Паркинс погладил жену по щеке.
- Все в порядке. А теперь я должен идти.
- Опять! - простонала Марта. - К этой твари?
- Эта тварь принесет нам немалые деньги.
- Разве тебе мало моих?
- Марта! Ну как тебе не стыдно... Это животное - мой успех, моя
карьера. Эта тварь сделает меня большим человеком.
- Но зачем, Кларенс? Чего тебе не хватает? Если ты действительно
любишь меня, ответь: неужели не было бы лучше, если бы мы тихо и скромно
жили на маленькой вилле где-нибудь в горах, где свежий воздух... На это
животное страшно даже смотреть! Я не удивлюсь, если оно окажется способным
кого-нибудь сильно покусать!
Несмотря на серьезность момента, последнее слово вызвало у Кларенса
короткий смешок.
- Что такое? - встревожилась Марта. - Оно уже кого-то покусало?
- Успокойся, дорогая, оно будет сидеть в клетке. Ну, хватит, вот и
доктор уже пришел... Давай, успокаивайся быстрее.
- В самом деле, не надо так переживать, - подтвердил доктор, а сам
подумал, что очень не хотел бы встретиться с привезенной сюда тварью.
- Ну, хорошо, - розовые ладошки с короткими пальчиками принялись
вытирать слезы китайским платочком. - Только пообещай мне, что мы завтра
же отсюда уедем.
- Ладно, обещаю, - хмыкнул Кларенс. Он знал, что до завтра Марта
забудет об обещании, а если нет - он повторит эти слова снова и снова...
20
- Норт и Блейк - на смену, - скомандовал Вильямс, когда двое
охранников вошли в дежурное помещение.
- Да, ребята, - вернувшийся Кельвин повалился на койку. - Ну там и
зверюшку привезли! Сроду не видал такой пакостной морды.
- А я вот и не знал, что нанимаюсь сторожем в космический зоопарк, -
добавил его напарник, пожалуй, самый страшный на вид из всех охранников.
- Что там такое? - потянулся к ним Хоувер.
- Да так, - ответил Кельвин. - Мы только что выгрузили контейнер с
существом, которое разве что в страшном сне привидится, и теперь должны
следить за тем, чтобы это чудище не сбежало.
- И что это за существо?
- Масса клыков, когтей и щупалец. Если бы я увидел подобное на
картинке, то сказал бы, что у художника белая горячка. Ан нет - живет
такое. Ну и мерзость! Тьфу! - он в сердцах сплюнул на пол.
- Ребята, давайте обмоем это дело! - Хоувер выхватил из кобуры флягу.
В ответ на вопросительный взгляд Вильямса он указал на вторую кобуру:
пистолет был при нем.
- Но, Вильямс... - неуверенно начал Мортимер. - Ты говорил...
- Если работа тебе не нужна - можешь уезжать, - отрубил Вильямс. Он
чувствовал, что многие из его людей сейчас растеряны, и боялся потерять
лицо, если не пресечет возможные возмущения в самом начале.
- А я вот всю жизнь мечтал поработать в зоопарке... Выпьем за это? -
потряс флягой Хоувер.
- Прекрати, - сухо оборвал его Вильямс. - Мы на работе.
- А я, может, тоже после смены... Клифф, Кельвин, куда вам лить?
- Я, пожалуй, выпью - чтобы можно было потом сказать себе, что эта
тварь привиделась мне спьяну. Для трезвой головы она слишком пакостная.
- Кельвин, Хоувер! Прекратите! Я буду вынужден подать рапорт! - с
каждым новым словом содержание металла в его голосе росло. - Настоящая
работа у нас начинается только сейчас. Нам платят деньги, и мы будем
охранять любой объект, вне зависимости от того, сколько у него когтей и
зубов. Все поняли? Кто с этим не согласен - до свиданья.
Вильямс устремил пронзительный взгляд на Мортимера, но тот опустил
голову в знак согласия. Вслед за ним после секундного раздумья спрятал
флягу Хоувер, Кельвин подтянулся, Клифф сделал вид, что очень хочет спать,
и даже жвачка во рту Ника куда-то пропала - Мортимеру показалось, что он
ее просто проглотил...
Почему Клифф завопил, в первую секунду никто не понял. Охранник
неожиданно вскочил с места, потрясая воздух отчаянным воплем, и повалился
на пол, извиваясь и скручиваясь в невероятные узлы. Со скоростью и
ловкостью животного Вильямс прыгнул на него, схватил за плечи и приподнял:
открывшееся лицо представляло собой кровавую уродливую маску, появление
которой явно не объяснялось битьем об пол. Мышцы под исчезнувшей кожей
шевелились, расползались, обнажая кости, которые, в свою очередь, темнели
на глазах. Наконец Клифф простонал в последний раз и обмяк, мгновенно
тяжелея, в руках Вильямса.
- Он умер... - прошептал Кельвин и тоже вдруг вскрикнул и схватился
за руку. - Что это за дрянь?!
Словно по команде, все подняли глаза к потолку.
По бокам выжженной в нем дыры медленно обвисали металлические
сосульки, их кончики набухали каплями и отрывались, падая на пол, чтобы
оставить на нем неглубокие выщербины.
Стряхнув с себя секундное оцепенение, Вильямс гаркнул:
- Всем смирр-но!
Оставленное без поддержки тело Клиффа глухо повалилось на пол. Почти
беззвучно падали последние металлические капли.
Все молчали.
21
Сонный затряс поврежденным щупальцем в воздухе: было больно. И зачем
только он пробовал приподнять ловушку, оставленную, как домик, в его
тюрьме?
В том, что это тюрьма, он не сомневался. Он убил, пусть и будучи не в
себе. За это полагался суд. Если судить по внешнему виду камеры, лишенной
даже намека на удобства, приговор будет очень суровым.
Соня по-своему соглашался с правом двуногих на это, но с другой
стороны... Его ведь будут искать свои. Они даже не знают, что с ним
случилось, и только зря будут терять энергию и время на бесполезные
поиски. И он, только он, будет тому причиной... "Может, попробовать
объясниться с ними, попросить связаться со своей планетой?" Соня принял
позу "надежды и извинения". Двуногие смотрели на него все время; он не
сомневался, что его действия будут замечены.
"Эй, послушайте", - принялся жестикулировать он, повторяя эти слова и
вслух.
- Ишь, злится, - покачал головой Том. - Совсем психованный. Дэн, как
ты думаешь, стекло выдержит, если этот красавчик вздумает прыгнуть на нас?
- Выдержит: специально рассчитано.
- Ну-ну...
- Ребята, слушайте, - выглянула из-за стола Даффи. - А мне кажется,
что он хочет с нами поговорить...
Ее слова были встречены дружным смехом.
- Один такой поговорил уже - сто пятьдесят человек как языком
слизало! Ты только посмотри на эти зубки, они явно созданы не для светских
бесед...
- А я вот что думаю, - Том достал из кармана свои железячки и
попробовал их как-то соединить, - надо было покрыть пол слоем стекла:
смотрите, как металл проело... А ты как думаешь, начальник?
Ши поднял голову, с неохотой отрываясь от дисплея.
- Бросайте разговорчики и начинайте работать. Надо проверить его
рефлексы. Том, готовь сетку...
Сонный опустил щупальца и расслабился. Они не ответили. Скорее всего
- не могли простить убийства. С преступниками ведь никто не
разговаривает... Ему стало тоскливо. Неужели они ставят свой закон выше
того, что у них гость из другой цивилизации? Это вызвало у него уважение -
но и досаду. Хорошо, что они такие, но что делать ему? Второй раз за всю
историю между цивилизациями мог бы получиться контакт, но в первом случае
инопланетяне оказались невероятно обидчивыми и сами пошли на скандал,
который может еще закончиться чем угодно, а эти, с их принципиальностью,
ослепли и оглохли. Хоть бы удалось передать две строчки своим... Хоть две
строчки!
Соня лег на пол лицом к стене и отвернулся. Он ощущал на себе взгляды
двуногих, и ему делалось все тоскливее. Ну пусть судят, пусть наказывают,
пусть даже казнят, но выслушают и дадут связаться со своими, чтобы те
могли доказать, что на их планете живут не только дураки. Может, тогда и
над ним сжалятся, сочтут смягчающим обстоятельством то, что он напал на
двуногого, находясь в беспамятстве...
Только бы выслушали!
- Надо же, спать залег, - покачал головой Том. Железки в его руке
скрепились, и он старался теперь приладить к ним и третью.
- Ну что ты хочешь - зверь! - Дэн нацелил на лежащего монстра
фотоаппарат.
- И все равно я бы так не смог: схватили, притащили невесть куда, а
он даже все вокруг себя не обнюхал.
- Я думаю, - отозвался Ши, - нюх у него слабее нашего раза в четыре,
слух - в два, зрение - тоже, но оно у него сумеречное.
- Угу... Ночи, значит, ждет, чтобы все облазить... - заключил Дэн.
- Ну что, с сеткой сейчас будем, или подождем, когда он проснется?
- Брось ему сперва мяска.
- Так он же, гад... сытый!
- Ничего. Важна его реакция... Постой, он, кажется, встает.
Они смотрели, и их взгляды неприятно щекотали спину, бросая
безмолвное обвинение: "убийца!". Сонный поежился. От тоски перед глазами
начал сгущаться туман. Уйти бы отсюда, забыть, забыться...
Веки поползли вверх, и он понял, что находится на грани нервной
перегрузки, которую может снять только сон. "Нет, не так. Не сейчас", -
решил он, нехотя приподнимаясь. Разумеется, выспаться было надо, иначе на
разговоры и на сам суд просто не хватит сил. Но не тут, под сверлящими
взглядами. Сил было мало: сказывалось длительное голодание. Нет, без сна
не обойтись...
Сонный встал и вцепился в край прежней ловушки. Металлическая коробка
поддавалась с трудом, но все же двигалась. Развернув ее на тридцать
градусов, Соня сделал первую передышку.
Ну хорошо, если суд будет открытым, ему предоставят слово, и он
попросит то, что хотел. А как же быть с теми уцелевшими после взрыва
детьми? Куда делись они? Можно, конечно, надеяться, что за ними
поухаживают, но Сонный почему-то в этом сомневался. Судя по всему, эта
раса отличалась суровостью, а воспитать нормального ребенка можно только
лаской. Сам Соня был в свое время ею несколько обделен: одна его мать
занималась наукой, совершенно забыв о своем чаде, другая... умерла слишком
рано; так что многие потом считали его тупицей. Но то были свои, а что
можно ожидать от Чужих, способных делать вот такие страшные камеры? Если
бы не космические корабли, Сонный решил бы, что попал к дикарям. Но и так
ему в голову то и дело лезли воспоминания о зверствах старых законов, и
ему казалось, что вот, через некоторое время сюда войдет выкрашенный
зеленым лаком палач, и... фантазия нарисовала ему картинку настолько
жуткую, что по всему телу прокатилась судорога. Чтобы хоть какое-то время
ни о чем не размышлять, он снова вцепился в ящик. Воображение придало ему
силы: через некоторое время он повернул ящик так, что туда можно было
спрятаться.
Сонный нырнул в свое убежище и лег, закидывая на бок поврежденное
щупальце. "Молочник" уже затянулся, но верхний слой был еще слишком тонок,
и его содержимое могло снова начать течь. Соня закрыл глаза и увидел перед
собой зеленого палача, так ясно, как будто бы тот действительно находился
рядом. Испуганно раскрыв их снова, он убедился, что в камере больше никого
нет.
И все же он был не один: с ним теперь поселился самый гадкий из
соседей - страх...
22
- Что я должен делать? - спросил Бриджвуд, вертя по привычке в руках
брелок-талисман.
- Ничего особенного. С одним из охранников произошел несчастный
случай, так что его нужно заменить.
- Несчастный случай? - насторожился Бриджвуд.
- Да. - Варковски быстро прикинул, какая из формулировок подошла бы
лучше. - На него случайно пролилась кислота. Никто не виноват - просто
несчастный случай. От тебя потребуется немногое: наблюдать за порядком в
лаборатории и вовремя дать знать о какой-нибудь поломке или попытке
существа вырваться из загона. Теоретически никаких неожиданностей не
предвидится, но порядок есть порядок.
Бриджвуд надел кольцо брелока на палец и покрутил. Что именно
подсказал ему закрутившийся цветной "волчок", неизвестно, но после
недолгого раздумья пилот дал согласие. Его последняя реплика почти утонула
в шуме чьего-то скандала: неожиданно распахнулась одна из дверей, и
пронзительный женский голос заполнил собой все помещение.
- Ты мерзавец, Алан! Можешь считать, что наша помолвка расторгнута! -
Синтия швырнула в жениха попавшейся под руку подушкой.
- Но постой, дай мне сказать!
- Ничего не желаю слышать! Ты - продажная тварь! Ты - идиот! Ты - не
мужчина, наконец! Зачем ты продался моему папаше? Ты что, не понимаешь,
для чего ему нужно это животное? Ты хоть знаешь, как называется эта
лаборатория?
- Но, Синти! - Алан перепрыгнул через кровать и постарался поймать
девушку за руку. Синтия вывернулась, задев его по носу взметнувшейся в
воздух копной волос, и бросилась к двери, выбивая ее плечом.
- Я ничего не желаю слышать! Маньяки! Психи! Убийцы! - бесновалась
она.
Неожиданно на глаза ей попался Варковски. Синтия развернулась к нему,
оскалив зубы.
- Ага, и ты здесь? Чудесно... Весь паноптикум в сборе!
- Синтия! Стой! - скользя по свеженатертому паркету, в Алан вылетел
коридор.
Искаженное злостью лицо Синтии казалось ему прекрасным как никогда.
Эдвард сплел руки на груди, наблюдая за сценой издалека. Любые
моменты человеческой откровенности были ему интересны. Чтобы использовать
чужие слабости в интересах своего дела, нужно в первую очередь научиться
"знать их в лицо".
- Можете думать обо мне что хотите, но мне это надоело! Я не желаю и
двух минут оставаться на одной станции с вашим монстром!
- Дорогая Синтия, - Варковски корректно поклонился. - Я лично не стал
бы возражать против вашего отлета, но лишь в том случае, если бы у меня
была гарантия, что вы станете молчать о том, что здесь видели.
- Молчать? Я? - Синтия сделала широкий жест рукой, который мог
означать что угодно. - Да я специально стану кричать об этом безобразии на
весь мир!
- Это нервы, девочка. Вашему отцу это очень не понравится.
- Плевать! С сегодняшнего дня я - пацифистка.
- Синти, ты и такие слова знаешь? - попробовал пошутить Алан. В ответ
девушка скрипнула зубами.
- А тебя я и вовсе не желаю видеть. Убирайся, можешь жениться на моем
папочке: из вас выйдет отличная пара!
Изловчившись, Синтия проскользнула мимо Алана и нырнула в свою
комнату. Дернув за ручку двери, Алан убедился, что девушка успела
запереться изнутри.
- Что у вас случилось? - подошел к нему Варковски.
- Ничего не понимаю... - Алан с трудом переводил дух. - Сперва она
просто начала проситься на Землю. Я очень вежливо напомнил ей, что все
полеты отменены, и тогда она начала кричать, что все хотят ее смерти, что
этот монстр обязательно вырвется наружу, и все такое. Дальше вы слышали,
Новинки >> Русской фантастики (по файлам) | Форумов | Фэндома | Книг