Русская фантастика / Книжная полка WIN | KOI | DOS | LAT
Предыдущая                         Части                         Следующая
называть меня просто дедком. Или дедом. Я уже  к  этому  привык...  Будьте
любезны, Василий, стукните вот сюда! Есть у меня  подозрение,  что  тут-то
она и прячется...
     Василий обогнул глыбу и  ударил  в  указанное  место  что  было  сил.
Безрезультатно. Он повторил удар - и глыба, крякнув, распалась натрое.
     - Великолепно! - вскричал дедок. - Теперь каждый обломок пополам -  и
поздравляю вас с обедом! А вот, кстати, и он...
     Василий обернулся. По центру улицы, как он давно уже мысленно называл
пространство  между  опорами,  прямиком  к  ним   катилась   "мусорка"   -
черно-фиолетовая, глянцевая, похожая на гигантскую мокрицу.



                                    8

                                             Трах-тарарах-тах-тах-тах-тах!
                                                            Александр Блок

     Следует сказать, что, изучая место  Ромкиного  исчезновения,  Василий
восстановил события совершенно правильно. Так оно все и было:  добежав  до
скругления опоры, Ромка метнулся за угол и как раз угодил в первое  пятно.
Именно в первое, а не во второе, куда потом  вослед  за  пушистым  жуликом
шагнул очертя голову сам Василий.
     Ромка успел только зажмуриться и издать короткий вопль. Ноги от ужаса
подвихнулись, тело же продолжало стремиться вперед, так что в итоге  Ромка
с маху грянулся об пол. Застучала, кувыркаясь по  покрытию,  оброненная  в
полете кувалда - и все стихло...
     Секунды четыре Ромка лежал обмирая, потом вдруг сообразил,  что  жив,
и, широко раскрыв глаза,  вскинул  голову.  Увиденное  его  озадачило.  Он
находился в довольно обширном помещении, по которому беззвучно и  неспешно
перекатывались цветные волны неяркого приглушенного света.
     Источник их располагался неподалеку. Там  возносилась  органно  целая
батарея вертикальных светящихся труб самого разного диаметра. Одни  просто
тлели, а другие пульсировали, бросая на пол и стены цветные блики,  причем
каждая в своем ритме.
     Ромка сел, растерянно потирая ушибленные локти и коленки.  Посмотрел,
высоко ли уходят эти самые трубы, и выяснил, что потолка в  помещении  нет
вообще,  но  пространство  вверху  густо  заплетено   какой-то   мерцающей
паутиной, в которую и ныряют светоносные  стволы,  уходя,  надо  полагать,
куда-то в бесконечность. Сквозь паутинчатый  туман  можно  было,  впрочем,
различить, как они там, в  высоте,  изгибаются,  раздваиваются,  некоторые
даже делают петлю и идут обратно...
     - Балдеж... - благоговейно прошептал Ромка и нашарил кувалду.
     Зачарованно глядя, он приблизился к источнику беззвучной светомузыки.
Трубы были как из стекла. От одних веяло теплом, иные поросли светло-серой
шерсткой инея... Особенно впечатляла одна колонна - массивная, сотрясаемая
изнутри биением синеватого мутного сумрака, но до нее было  не  достать...
Ромка повернул инструмент стержнем вперед  и  осторожно  потыкал  ту,  что
поближе, тлеющую вишневым. Оболочка ее оказалась довольно упругой,  причем
на месте тычка возникало темное пятно, исчезающее секунд через пять.
     Некоторое время он развлекался, покрывая  трубу  леопардовым  узором,
потом спохватился и встревоженно оглядел помещение. Оно было не квадратным
и даже не круглым, а вообще фиг знает каким. Стены его, насколько об  этом
можно было судить при таком освещении, имели знакомый соломенный оттенок и
были кое-где оплетены черными и серыми кабелями.
     "Так это я  что,  внутри,  что  ли?"  -  блеснула  догадка,  и  Ромка
огляделся еще раз. Да-да, и размеры помещения,  и  отсутствие  потолка,  и
материал, из которого оно было выстроено, - все говорило о том, что  Ромку
действительно занесло в одну из золотистых титанических опор.
     Внезапно веснушчатая Ромкина физия озарилась совершенно  разбойничьей
улыбкой - он представил, как там, снаружи,  дурак  Василий  бегает  вокруг
опоры, ищет, аукает, суется в каждую нишу.
     "Так тебе и надо!" - злорадно подумал  Ромка  и,  не  в  силах  более
сдерживаться, подошел к стене,  где  нацарапал  рукояткой  кувалды:  "Вася
козел", - после чего почувствовал себя вполне отомщенным.
     - А вот фиг тебе! - сказал он, обращаясь к надписи.  -  На  призывной
пункт под конвоем...
     И, поигрывая кувалдочкой, двинулся в обход помещения.
     Вскоре его внимание привлек толстый  черный  кабель,  разлегшийся  на
пути этакой анакондой, причем не касаясь  пола.  Ромка  пригнулся,  ожидая
увидеть под ним какие-нибудь подпорки, но подпорок не было - кабель просто
парил в воздухе.
     Подивившись такому факту, Ромка перешагнул через кабель и,  непонятно
обо что споткнувшись,  порхнул  на  ту  сторону.  Весьма  заинтригованный,
протянул руку к черной глянцевой шкуре,  и  пальцы  встретили  мягкое,  но
решительное сопротивление.
     Выяснив  ощупью,  что  кабель  заключен  в  некую  упругую  невидимую
оболочку, Ромка немедленно уселся на нее и попрыгал, как на  стуле.  Затем
влез с ногами и, выпрямившись, попробовал пройтись над извилистым смоляным
бревном по воздуху. Задача оказалась непростой: упругое округлое ничто так
и норовило вывернуться из-под босых подошв, и Ромка лишь чудом ни разу  не
расквасил носа.
     Поднимаясь после очередного падения, он вдруг заметил нечто настолько
необычное, что так и замер - прямо на четвереньках.
     Часть  стены   была   задернута   занавеской!   Обыкновенной   земной
раздергаечкой размером с простыню...
     Встал, отряхнул зачем-то ладони и, подобрав кувалду, подошел поближе.
Сложенный вдвое кусок материи был перекинут через слабо натянутый шнур,  в
котором Ромка быстро опознал обрывок тонкого кабеля. По белоснежной  ткани
порхали цветные блики.
     С неприятным предчувствием Ромка чуть отвернул занавеску и  обнаружил
за ней округлую полость, этакое гнездышко,  озаренное  зыбким  и  каким-то
рассыпчатым сиянием тоненького световода, который,  видать,  раньше  вился
себе спокойно по стене, пока кто-то не открепил его и не заправил петлей в
эту самую полость.  На  дне  полости  было  устроено  что-то  вроде  ложа,
аккуратно застеленного все той же белоснежной материей.
     Опора была обитаема! Сделав  это  умопомрачительное  открытие,  Ромка
почувствовал себя неважно. Следовало либо немедленно найти  отсюда  выход,
либо уничтожить по-быстрому следы своего пребывания... Ромка наморщил  лоб
и с некоторым удивлением понял,  что,  кроме  надписи  "Вася  козел",  он,
собственно, ничего еще не успел натворить...
     С легким сердцем он  перепрыгнул  через  кабель,  учтя  на  этот  раз
невидимую  оболочку,  и,  вернувшись  к  надписи,  прикинул,  что   проще:
заскоблить ее  или  же  задолбить?  Второй  вариант  показался  ему  более
интересным. Ромка взмахнул кувалдой - и стена продырявилась насквозь.
     Поморгав сколько положено, он ударил из любопытства  еще  раз.  Потом
еще. Надписи уже не было. Вместо нее в стене зияла солидная дыра, заглянув
в которую, он убедился, что ведет она в большую округлую полость, подобную
той, с занавеской... Ромка расширил пробоину и шагнул в получившуюся нишу.
     Естественно, что на достигнутом он не остановился, поскольку привычки
такой не имел. Двумя ударами он пробил заднюю стенку  полости,  открыв  за
ней еще одну - такую же, только поменьше...
     Ситуация становилась все интереснее  и  интереснее.  Получалось,  что
стены опоры внутри как бы пузырчатые и, прорубаясь  из  пузыря  в  пузырь,
запросто можно выбраться на улицу!
     Ромка  замахал  разрушительным  инструментом,   обваливая   очередную
перемычку. Третья полость оказалась еще меньше, и это  Ромку  встревожило.
Если так пойдет и  дальше,  то  в  четвертой  полости,  ему  уже  придется
скорчиться, как шахтеру с кайлом...
     Опасение его сбылось полностью, но поразило Ромку другое: сунувшись в
крохотную четвертую полость, он вдруг обнаружил, что с  другой  стороны  в
ней зияет очень похожий пролом! Такое  впечатление,  что  кто-то  с  улицы
пробивался навстречу, но дойдя до середины, отчаялся и бросил это дело...
     Мало что понимая, Ромка пролез  на  четвереньках  на  ту  сторону  и,
пройдя анфиладу из трех соединенных  проломами  пузырей,  вообще  перестал
что-либо понимать. Короче, он снова оказался внутри опоры! Так же  змеился
над  полом  толстый  смоляной   кабель,   так   же   ритмично   вспыхивала
"светомузыка" и танцевали блики на все той же занавеске...
     Ромка озадаченно почесал затрещавшую под ногтями макушку,  повернулся
и снова полез в пролом. Первая полость, вторая, третья... Через  четвертую
на четвереньках...  Пятая,  шестая,  седьмая...  Вылез.  Постоял,  ошалело
озираясь. Кабель, "светомузыка",  занавеска...  Мерцающая  паутина  вместо
потолка и ныряющие в нее стеклянные, наполненные светом трубы...
     - Во козлы!.. - распялив рот восторженной улыбкой, выговорил Ромка  и
в третий раз скрылся в своей норе. Добрался до центрального пузыря  и  сел
там поразмыслить - тем более, что  сидеть  в  нем  было  весьма  удобно  -
полусидишь-полулежишь. Как в скорлупе. Справа и слева просеивался порциями
сквозь  вереницу  проломов  мягкий  изменчивый  полусвет,  а  весь  балдеж
заключался в том, что это, выходит, был один и тот же полусвет...
     - А-а... Почуяли, что горелым запахло?.. -  раздался  вдруг  сразу  с
двух  сторон  исполненный  правоты  ликующий  женский   голос.   Сердчишко
бултыхнулось испуганно. От теток с голосами,  звенящими  правотой  (а  тем
более - ликующей), добра не жди - это Ромка понял еще  в  раннем  детстве,
постиг  многострадальными  оттопыренными  ушами.  Однако   он   никак   не
предполагал, что торжествующая добродетель ухитрится настигнуть  его  даже
здесь.
     - Это что же? Взятка, чтоб молчала? - с презрением продолжал голос. -
Кладовку выдолбили - надо же!.. Дешево цените,  голубчики!  Мне  кладовкой
рот не заткнешь!..
     Льющийся справа и слева  полусвет  внезапно  иссяк  (видимо,  хозяйка
подступила к пролому вплотную), зашуршали, заскрипели обломки, надвинулось
удовлетворенное бормотание: "Правда-то, видать, глаза колет..." - и  Ромка
с ужасом сообразил, что страшная в своей принципиальности  тетка  лезет  к
нему сразу с двух сторон.
     Представив, как одна и та же рука тянется к нему и справа,  и  слева,
он  заметался,  не  зная,  куда  кинуться.  Кинулся  влево.   Столкновение
произошло во второй (она же седьмая, если считать с той стороны)  полости,
где бегущий на четвереньках Ромка вписался  стриженой  головой  в  крепкий
налитой живот хозяйки. Изумленный  негодующий  вскрик;  цепкая  злая  рука
попыталась ухватить за волосы и, соскользнув, поймала ухо. Ромка врезал по
руке ребром ладони. Последовала  короткая  борьба,  в  результате  которой
тетка, наподдав коленом, вышибла незваного гостя наружу.
     Они вылетели в медленно перекатывающиеся волны приглушенного света, и
Ромка теперь мог убедиться воочию, что портрет хозяйки он  на  слух  и  на
ощупь составил правильно. Невысокая, крепко сбитая, а  рот  такой,  что  и
вправду кладовкой не заткнешь. Одета в простынку с прорезью для  головы  и
подпоясана обрывком световода. Единственное, что поразило Ромку: волосы  у
тетки были чуть длинней его собственных. Прическа первого месяца службы.
     Остолбенение длилось  не  более  секунды.  Неизвестно,  кого  ожидала
увидеть перед собой стриженная под новобранца  хозяйка  опоры,  но  только
глаза ее просияли вдруг такой радостью, что сердце  у  Ромки  бултыхнулось
вторично. Не к добру, ох, не к добру занесло его в чужое жилище!
     - Чего?! - обиженно заорал он на тетку.
     Та отступила на шаг и в праведном изумлении оглядела наглеца с головы
до ног и обратно.
     - А ты не пугай, - неспешно, с удовольствием выговорила она. - Не  из
пугливых. Кирпичом по голове  пугали  -  и  то  не  забоялась!..  Нет,  вы
полюбуйтесь на него!.. -  возвысила  голос  тетка,  и  Ромка  обеспокоенно
завертел головой, высматривая, к кому это она там обращается. -  День  как
прибыл, а уже что творит! Стенку разворотил - вы подумайте!..
     - Я отсюда выйти хотел! - возмущенно завопил Ромка. - Не разберется -
и сразу за ухо!..
     - А разберусь... - пообещала тетка и бесстрашно  подступила  к  Ромке
вплотную. Тот невольно попятился. - Ты думаешь, здесь тебе - как  дома?  -
зловеще, с присвистом спросила она. - Церемониться с тобой  будут?..  Нет,
миленький, ты у меня эту стенку надолго запомнишь, она тебе еще  по  ночам
сниться будет, стенка эта!..
     И, не тратя более слов, тетка ухватила деморализованного  разрушителя
за локтевой сустав  и  поволокла  куда-то  в  сторону  световодов.  Сломив
беспорядочное сопротивление, выпихнула вперед, и Ромка наконец понял,  что
его заталкивают  в  мутный  световой  овал,  притаившийся  на  полу  среди
танцующих радужных бликов.
     - И родители не отмажут!.. - Эта жуткая фраза была последним, что  он
услышал внутри опоры. Напутственный толчок в спину;  в  глазах  вспыхнуло,
крутнулось - и  Ромка  снова  очутился  на  светлом  льдистом  покрытии  у
подножия огромной золотистой башни. Удерживая равновесие, взмахнул руками,
одна из которых по-прежнему была отягощена зеркальной кувалдочкой. Он даже
успел подумать, что хозяйка-то, похоже, и впрямь бесстрашная.  Вот  тюкнул
бы он ее с перепугу по бестолковке... Но тут, прерывая мысль, что-то мягко
и властно отодвинуло его в сторону; на том месте, где он только что стоял,
возникла все та же тетка и, пока Ромка ошалело искал глазами  прилипшую  к
потолку пятиэтажку, вновь ухватила его за локоть.
     - Не убежишь, не надейся!..
     Пятиэтажки нигде не было. Их выбросило в каком-то  совершенно  другом
месте. Следует сказать, что несмотря на  предупреждение,  Ромка  собирался
именно вырвать локоть и пуститься наутек, когда из-за  скругления  дальней
опоры одна за другой хищно вывернулись черно-лиловые глянцевые "мусорки" и
устремились к ним, как две торпеды.
     Тетка немедленно отпустила Ромкин мосол.
     - Да стенку мне развалил! - чуть ли не  оправдываясь,  объяснила  она
слепым продолговато-округлым тушам, круто осадившим в  каком-нибудь  метре
от них.
     На гладких кожухах шевелились блики, обе твари как бы  принюхивались,
причем с видом весьма подозрительным. Чем-то  они  в  этот  миг  напомнили
Ромке сторожевых псов, и еще (черт его знает  почему!)  -  Василия.  Потом
откуда-то подкатила еще одна, поменьше, и тоже озабоченно повела рылом.
     - И начал первый - руку вот чуть не сломал... -  орала  тетка.  Ромка
ошалело поглядывал на окружившие их механизмы. Нет, не Василия... Точнее -
не совсем Василия... Ментовский  патрульный  микроавтобус,  только  сильно
уменьшенный - вот что они ему напомнили!
     - Ну чего стал? Иди! - На этот  раз  тетка  не  решилась  сопроводить
приказ толчком. Плохо дело... Ромка двинулся в  указанном  направлении,  и
чернильные лоснящиеся "ментовки" покатили следом. Кажется, влип...
     - Побеги-побеги... - приговаривала тетка. -  Они  тебе  побегут!  Они
тебе так побегут, что света не взвидишь!..
     Надо было немедленно на что-то решаться. Либо  тут  же,  не  сходя  с
места, слезно во всем покаяться, либо вдруг опрокинуть тетку  на  одну  из
машин - и давай бог ноги... Только ведь догонят,  собаки,  вон  они  какие
шустрые...
     Конвоируемый угрюмыми "ментовками", Ромка обогнул скругление опоры, и
глазам его предстали две непомерно огромные глыбы. Таких здоровых он здесь
еще не видел.
     Тем временем местность,  словно  разбуженная  выкриками  потерпевшей,
начала волшебно оживать.
     - Леха!  -  лениво  заорали  поблизости  (Ромка  вздрогнул).  -  Цирк
пропустишь! Клавка за правду воюет!
     Послышалось ответное восклицание, и вскоре из-за  выдающегося  ребром
бледно-золотистого выступа вышли двое. Один - постарше  и  потрезвее  -  в
кольчужно мерцающем короткоштанном полукомбинезоне  с  широкими  оплечными
лямками. При ближайшем рассмотрении оказалось, что комбинезон этот  не  то
сплетен, не  то  связан  из  мягких,  как  веревочки,  проводков.  Лицо  у
обладателя кольчужно мерцающей спецовки было мудрое и морщинистое.
     Второй - помоложе и  крепко  на  взводе  -  щеголял  в  чем-то  вроде
длинного пончо из серого  целлофана,  подпоясанного  по  обширному  животу
куском толстого разлохмаченного на концах световода.
     - А Клавка-то,  -  заметил  он,  тараща  радостные  мутные  глаза  на
проходящих мимо, - обрастать начинает...
     - Ничего, - успокоил тот, что в спецовке. - Сунется опять куда-нибудь
не спросясь - по новой облезет.
     Оба,  посмеиваясь,  пристроились  в   арьергарде,   однако   вплотную
приблизиться не решились, что  тоже  не  ускользнуло  от  внимания  Ромки,
вообще чуткого в минуты опасности.
     - Эй, малый, что натворил? - окликнул тот, что постарше.
     - Стенку мне сломал! - последовал  торжествующий  ответ,  прежде  чем
Ромка успел раскрыть рот.
     - Ну так и чего? - сказал второй. - Кладовка будет.

Предыдущая Части Следующая


Купить фантастическую книгу тем, кто живет за границей.
(США, Европа $3 за первую и 0.5$ за последующие книги.)
Всего в магазине - более 7500 книг.

Русская фантастика >> Книжная полка | Премии | Новости (Oldnews Курьер) | Писатели | Фэндом | Голосования | Календарь | Ссылки | Фотографии | Форумы | Рисунки | Интервью | XIX | Журналы => Если | Звездная Дорога | Книжное обозрение Конференции => Интерпресскон (Премия) | Звездный мост | Странник

Новинки >> Русской фантастики (по файлам) | Форумов | Фэндома | Книг