Русская фантастика / Книжная полка WIN | KOI | DOS | LAT
Предыдущая                         Части                         Следующая
конечно - кто же его не знает?! Единственный трезвенник среди этих
непутевых альганцев!
  - "Трезвенник"?! - возмущенно взвыл я. - Ничего себе! Да он не просыхает,
этот "трезвенник"! От кувшина не отрывается.
  - Да? - с сомнением протянула Альвианта. - Ну, может быть. Все меняется,
конечно... А в свое время Таонкрахт получил должность Великого Рандана в
шестой раз подряд, только потому что был единственным альганцем, твердо
стоявшим на ногах после приема у молодого Ванда - по крайней мере, так все
говорят...
  - А что еще о нем говорят? - с улыбкой спросил я. Мне действительно стало
интересно: обожаю собирать сплетни про знакомых!
  - Много всего, как обо всех важных людях... Но мне кажется, он не очень
хороший человек... Вообщето, он очень могущественный, это точно! Говорят,
именно Таонкрахт привел сюда всех остальных альганцев - из таких далеких
мест, что сказать страшно! И еще говорят, у него жена из уллов, - она
неожиданно звонко расхохоталась. - Я ее никогда не видела, но должно быть
они - забавная пара, хотела бы я посмотреть, что творится у них в спальне,
и есть ли у нее хвост...- она внезапно осеклась и смущенно спросила: - А
что, он твой друг?
  - Нет, - усмехнулся я. - Скорее уж наоборот...
  - Я рада за тебя, - совершенно серьезно сообщила Альвианта. - А теперь
расскажи мне свою историю.
  Я пока не понимаю: почему ты вспомнил Таонкрахта?
  - Ладно, слушай, - вздохнул я.
  И я рассказал ей свою историю, не слишком подробно - так, в общих чертах
- и не слишком правдиво:
  какие бы там обещания я не давал, но мне показалось, что лучше
придерживаться слегка подкорректированной версии. Дескать, я - демон,
которого призвал Таонкрахт, а он, дурак, что-то напутал в заклинаниях,
поэтому теперь я не могу вернуться домой без посторонней помощи... Мне
ужасно не хотелось признаваться, что я - самый обыкновенный человек,
случайно попавший сюда из какого-то другого мира, беспомощный и
бестолковый. Иногда говорить правду - все равно, что бегать голышом среди
малознакомых, прилично одетых людей, а я никогда не был эксгибиционистом...
  Альвианта скушала эту сказку не поперхнувшись: она охотно верила каждому
моему слову. Не думаю, что она была так уж наивна, просто мой рассказ
идеально вписывался в ее картину мира: очевидно, колдуна, вызывающего
демонов, здесь можно было встретить чуть ли не в любом соседском замке, да
и сами "демоны" время от времени охотно вступали в контакт с местным
населением - почему бы и нет!
  - Так ты - Маггот! Йох! Унлах! - восхищенно резюмировала она, когда я
умолк. И с удовольствием повторила: - Ронхул Маггот. Хорошо звучит! - Она
произносила слово "демон" так, словно оно было моей фамилией, а не
названием вида - если можно так выразиться. Точно так же называл меня
Таонкрахт - в те времена, когда у меня еще не было имени, которое можно
сообщать посторонним.
  Хвала Ургам, теперь оно у меня имелось.
  Я так увлекся своими монологом, что не заметил, как мы приблизились к
толстой крепостной стене из темного камня. За стеной горделиво высился
замок - его массивные очертания произвели на меня гнетущее впечатление,
которое, впрочем, тут же рассеялось от веселого щебета хозяйки этого
мрачного сооружения.
  - Мы приехали, Ронхул! - сообщила она. - Как тебе нравится жилище моих
предков? Это - Хапс Дюэльвайн Гаммо, самый древний из наших семейных
замков, и он достался мне: я была единственной дочерью своего отца. Мне
повезло, что он не успел наплодить других детей: тогда мне наверняка
пришлось бы повоевать со своими братишками и сестренками, а это так
хлопотно... - Альвианта неожиданно робко улыбнулась и смущенно объяснила: -
Мы, Дюэльвайнмакты, никогда не уступаем своих прав добровольно, даже друг
другу! Иначе что было бы с нашим добрым именем, о котором надо заботиться,
несмотря ни на что...
  - Святое дело, - авторитетно подтвердил я. - Как же без доброго имени!
  - Я рада, что ты и это понимаешь, - проникновенно сказала она. Потом
отцепила от пояса огромный меч и начала с силой колотить по воротам.
  - Отпирайте, дурни - истошно завопила она, - я вернулась! Отпирайте, мать
вашу!
  Я изумленно покачал головой. У барышни были неплохие задатки: при
усердных тренировках из нее мог бы получиться отличный пьяный сапожник...
Она оглянулась на меня, увидела мою растерянную рожу и искренне огорчилась.
  - Что-то не так, Ронхул? Тебе не нравится, когда кричат? Но если я не
буду кричать, эти дурни, мои слуги, не поймут, что им следует
поторопиться...
  - Все в порядке, - я очень старался быть вежливым, - мне нравится, когда
кричат. Так что ори сколько влезет, если надо. Просто я удивился: у тебя
такой сильный голос!
  - О, это еще что! - гордо сообщила Альвианта. - Знал бы ты, как я пою,
когда много выпью! Стены дрожат!
  - Не сомневаюсь, - тактично согласился я.
  - И правильно делаешь, - кокетливо улыбнулась она. И снова принялась
колотить в ворота, сопровождая эти физические упражнения холодящими кровь
воплями.
  Ворота наконец открылись с таким надрывным скрипом, что я чуть не
прослезился. На нас уставилось несколько взъерошенных субъектов. Они сонно
ухмылялись, толкая друг друга в бока и пялились на меня с неподдельным
любопытством.
  - Чего скалитесь? - грозно спросила Альвианта. - Вот проиграю вас в кости
заезжему альганцу, сразу узнаете, что такое настоящее веселье!
  Слуги тут же стали смертельно серьезными, на их чумазых физиономиях
появилось выражение неподдельного испуга.
  - Боятся альганцев? - весело спросил я.
  - Да кого они только не боятся! - небрежно отмахнулась она. Потом широко
улыбнулась и доверительно сообщила: - Впрочем, для нашей дворни нет ничего
страшнее альганцев: у них же там в каждом дворе цакка стоит! А у нас, в
Эльройн-Макте, это считается дурным тоном.
  - Я столько раз слышал это слово, но так и не понял - что это такое? -
Оживился я.
  - Что - цакка? Да ничего особенного, такая специальная кормушка для
домашней птицы и заодно колодка для непокорных слуг. Эти болваны,
хурмангара, почти не чувствуют боли, так что лупить их можно от рассвета до
заката - они и не почешутся. А вот когда питуп клюет их в зад, их
пронимает.
  - Понял! - обрадовался я. - Так я ее видел! В замке Таонкрахта я спал в
комнате, под окном которой как раз стояла эта дрянь. И каждое утро на
рассвете меня будили вопли очередного бедняги.
  - С чем тебя и поздравляю, - расхохоталась она. - Не очень-то вежливо с
его стороны - поселить гостя в такой комнате. Ну да что с него взять -
альганец, он и есть альганец!.. Ладно, Ронхул, что это мы все о ерунде
говорим? Пошли в дом. Не знаю, как ты, а я есть хочу.
  У меня не было никаких возражений против такой программы действий, и я
мужественно нырнул вслед за ней в темноту замковых коридоров. Зал, куда
привела меня Альвианта, был гораздо больше таонкрахтовского - просто
стадион какой-то! - но гораздо скромнее. Эти древние стены явно нуждались в
косметическом ремонте. Древний пол и древний потолок - тем более. Впрочем,
среди этих исторических достопримечательностей обнаружился небольшой оазис
- в дальнем углу зала был постелен неземной красоты ковер, окруженный
напольными вазами, в которых стояли живые цветы вперемешку с искусственными
- некоторые из них показались мне настоящими шедеврами ювелирного
мастерства, а другие были похожи на неумелые детские самоделки. В центре
ковра стоял небольшой изящный столик, у столика приютились уютные кресла -
не такие помпезные, как в гостиной Таонкрахта, зато куда более удобные, в
чем я немедленно убедился, разместив в одном из них собственную задницу.
Альвианта села напротив и испытующе заглянула мне в глаза. Она молчала
целую минуту, потом заговорила хрипловатым взволнованным шепотом - таким
голосом женщины обычно говорят о любви. Впрочем, ее вопрос действительно
имел самое непосредственное отношение к любви:
  - Ты любишь солено-квашеную умалу, Ронхул? По-улльски, с салом?
  Я не выдержал и рассмеялся - от неожиданности.
  - Не знаю, - сквозь смех выговорил я. - Никогда ее не пробовал.
  - Сейчас попробуешь, - таким же волнующе воркующим голосом пообещала она.
И тут же пронзительно завопила: - Мама, сколько можно возиться?! Мы уже
полчаса сидим за пустым столом!
  Мне перед гостем неловко!
  - Так уж и полчаса! Вот выдумщица... - в дальней стене зала бесшумно
отворилась маленькая дверца, и оттуда вынырнула самая настоящая
классическая старая ведьма: спутанные седые кудри, заостренный профиль
хищной птицы, темный балахон, ветхий, но украшенный изумительной вышивкой.
Вот только глаза у старухи были совсем не ведьмовские: тусклые усталые
глаза пожилой женщины - печальное зрелище... Она принесла довольно
объемистый бочонок, с явным усилием поставила свою ношу в центре стола,
окинула меня равнодушным, но заведомо неодобрительным взглядом и обреченно
спросила: - Чего еще подать-то?
  - И ты еще спрашиваешь! - Возмутилась Альвианта. - А блюдо? А вилки? Я же
не одна за столом, чтобы руками есть! А кубки? А хомайское вино? Только не
говори, что все выпито: вчера вечером я сама спускалась в погреб: там
стояло еще несколько кувшинов, из тех, что в прошлом году привозили
бунабские купцы... И где хлеб, фрукты и сладости? Ты же видела, что у нас
гость!
  - Вот уж воистину великое событие! - пробурчала старуха, выходя из
комнаты.
  - Ну вот что с ней делать?! - Альвианта комично приподняла брови. - Не
убивать же, в самом деле...
  Все-таки мама!
  - Это была твоя мама? - удивленно уточнил я.
  - Ну да, - затараторила Альвианта, - в свое время отец выгнал ее из
замка, поскольку она довольно неумело пыталась его отравить: у нее был
роман с кем-то из моих дядюшек, или с обоими сразу, и они, ясное дело, ее
уговорили. А после смерти отца, когда я усмирила своих родичей:
придурковатого дядю Эфольда и этого хитрющего склочника, дядю
Бикантномьена, и всем стало ясно, что я - хозяйка в своем доме и на доброй
половине земель области Макт, и об этом было торжественно объявлено на
совете всех руи Эльройн-Макта, она пришла ко мне и попросилась обратно. Я
ее пустила, и мы договорились: я даю ей кров и еду, а она прислуживает мне
за обедом, шьет мне одежду, точит мой меч и рассказывает новости, когда мне
становится скучно - все лучше, чем постоянно видеть перед собой рожи этих
болванов, слуг...
  - А ты не боишься, что она и тебя попытается отравить? - усмехнулся я. -
От некоторых вредных привычек очень трудно избавиться!
  - Знаешь, я об этом тоже думала, - серьезно согласилась она, - и пришла к
выводу, что ей это невыгодно. Что она будет без меня делать? Кому она
нужна? Если замок достанется кому-то из моих дядюшек, ее тут же выгонят
прочь: они до сих пор злятся на нее за эту неудачу с отцом, и за то, что
она ему во всем призналась, а еще больше - за то, что она меня родила, я
полагаю... Нет, мама - вполне ничего, но иногда ей начинает мерещиться, что
она все еще юная и прекрасная хозяйка Хапс Дюэльвайн Гаммо, и ей тут все
позволено... Вот так мы и живем, Ронхул Маггот! - неожиданно добавила она с
такой изумительной иронией, словно рассказывала мне не о собственной жизни,
а о каких-нибудь забавных болванах - героях новой кинокомедии, или просто о
соседях...
  - А что это за "руи", о совете которых ты говорила? - с вялым
любопытством спросил я. Не могу сказать, что мне было по-настоящему
интересно, скорее это просто сработал условный рефлекс:
  спрашивать о значении любого непонятного слова.
  - Ой, а ты и этого не знаешь? О чем же с тобой говорил Таонкрахт, если он
не рассказал тебе самого главного? - искренне удивилась Альвианта. - Руи -
это самые знатные люди в земле Нао, высшая каста. Я, например, из руи.
Только руи может быть Вандом - и только после того, как его изберут прочие
члены касты. И Великих Ранданов выбирают из руи...
  - А Ванда именно выбирают? - Удивленно переспросил я. Вообще-то, к этому
моменту я уже решил, что Ванд - это что-то вроде короля. А со слов
Альвианты выходило, что Ванд - местный аналог президента.
  - Ну да, выбирают, - кивнула она. - Но только руи, и только одного из
своих. Это очень красивый ритуал, Ронхул, и мне жаль, что ты - не руи, и
никогда не сможешь принять участие в этом обряде:
  чужим не разрешается при нем присутствовать, даже демонам... А есть еще
хиурра, вторые по важности после руи: из них выбирают Эстёров. А третьи по
значимости - шархи. Эти по большей части совсем голодранцы, но все-таки
какая-никакая, а знать: из них выбирают Пронтов, к тому же, если бы не
шархи, Ванд быстро остался бы без войска: с одними избалованными младшими
сыновьями, э-руихагами и эхиурхагами, не очень-то повоюешь ... Тебе еще
интересно?
  - Сам не знаю, - честно сказал я. - Мне все интересно - все понемножку...
  - И ничего не интересно по-настоящему, да? - понимающе спросила она. -
Знаешь, мне тоже! Всю жизнь ощущаю какое-то странное равнодушие, немного
похожее на холод в сердце: как будто все, что со мной происходит - не на
самом деле. Как будто я просто сплю, и все равно прийдется просыпаться
  - поэтому не стоит слишком интересоваться подробностями сна... У тебя
тоже так?
  Я неуверенно кивнул. Альвианта не переставала меня удивлять: какая-то
гремучая смесь неправдоподобной, почти дикарской наивности и пронзительно
ясного разума. Только что она с сокрушительной прямотой сформулировала мою
основную проблему: мне всю жизнь не очень-то удавалось поверить, будто все,
что со мной происходит действительно имеет какое-то значение - кроме, разве
что, редких случаев, связанных в основном с физической болью, смертельной
опасностью, и прочими неприятностями в таком роде...
  Пожилая отравительница, тем временем, вернулась с ужасающих размеров
подносом и принялась проворно расставлять на столе многочисленные блюда и
кувшины. Потом она в очередной раз смерила меня подозрительным взглядом и
неторопливо удалилась, демонстративно волоча за собой пустой поднос.
Очевидно, мы должны были понять, какой он тяжелый, и посочувствовать
несчастной старухе. Альвианта проворно вскрыла бочонок, небрежно отшвырнула
крышку куда-то в дальний угол зала с восторженным воплем: "Йох! Унлах!" - и
проворно наполнила одну из пустых глубоких мисок аппетитно пахнущей смесью
из каких-то мелких кусочков, не поддающихся идентификации.
  - Попробуй, Ронхул. Это солено-квашенная умала по-улльски, - торжественно
сказала она. - Здесь, в земле Нао, никто так не готовит умалу. Можешь
считать, что тебе повезло!
  - Договорились: буду считать, что мне повезло! - миролюбиво согласился я.
  Смесь оказалась чертовски вкусной, но, пожалуй, чересчур сытной. Я быстро
понял, что буду ковыряться в своей миске до наступления ночи. Такая
перспектива меня совершенно устраивала:
  кресло было удобным, мои ноги сладко ныли от усталости и пока не горели
желанием снова накручивать занудные километры по лесной дороге, а
прекрасная хозяйка дома казалась мне старинной подружкой - чем-то вроде
бывшей одноклассницы. Довольно странно, если учесть, что она была
обитательницей совсем чужого мира, в котором я провел чуть больше двух
недель, и пока даже не начал понимать, как он устроен... Впрочем, одно
разительное различие между нами все-таки существовало: пока я мучился над
своей тарелкой, это хрупкое существо навернуло свою порцию с пугающей
скоростью, удовлетворенно вздохнуло и потянулось за добавкой. Мне-то всегда
казалось, что такие изящные барышни питаются чем-то вроде цветочного
нектара, да и то в катастрофически малых дозах...
  - Хочешь выпить, Ронхул? - промычала она с полным ртом. Я вспомнил
чудовищную попойку с Таонкрахтом, внутренне содрогнулся и помотал головой.
  - Дело хозяйское, - согласилась она, - не люблю уговаривать. Скажу
только, что ты много теряешь.
  Хомайские вина - это нечто! Грех не попробовать, если предлагают...
  - Ну, разве что, попробовать, - нерешительно кивнул я.
  - А я о чем говорю?! Напиваться здесь, хвала Ургам, никто не собирается!
В моем замке другие традиции, - гордо провозгласила Альвианта.
  Что бы она там не говорила о традициях, у нее оказались странные
представления о том, сколько вина требуется человеку, чтобы его
попробовать: в кубке, который она для меня наполнила, вполне можно было
искупать новорожденного младенца. Я не стал дискутировать по этому поводу,
а осторожно пригубил ароматную ярко-голубую жидкость. Это было вкусно и не
слишком крепко, но я дал себе слово, что буду осторожен и ограничусь
несколькими глотками за весь вечер: в глубине моей души жила жутковатая

Предыдущая Части Следующая


Купить фантастическую книгу тем, кто живет за границей.
(США, Европа $3 за первую и 0.5$ за последующие книги.)
Всего в магазине - более 7500 книг.

Русская фантастика >> Книжная полка | Премии | Новости (Oldnews Курьер) | Писатели | Фэндом | Голосования | Календарь | Ссылки | Фотографии | Форумы | Рисунки | Интервью | XIX | Журналы => Если | Звездная Дорога | Книжное обозрение Конференции => Интерпресскон (Премия) | Звездный мост | Странник

Новинки >> Русской фантастики (по файлам) | Форумов | Фэндома | Книг