Русская фантастика / Книжная полка WIN | KOI | DOS | LAT
Предыдущая                         Части                         Следующая
    - Я  тоже  так  считал.  Вчера.  А  сегодня   засомневался.   Вы   меня
насторожили.  Как  начали,  простите,  терзать  протоколом,  - нет,  думаю,
неспроста,  что-то стряслось.  Скажите: весь этот бумажный педантизм как-то
связан с пропажей?
    И вновь  последовала  непродолжительная,  но  все же заметная пауза.  А
чего, казалось бы, раздумывать: вопрос-то совсем простенький.
    - Буду откровенней,  чем вам хотелось бы,  -  с  неожиданной  резкостью
сказал Острогин. - Вы внушили себе или кто-то вам внушил, что один субстант
можно подменить другим.  Подозреваете даже меня,  я же чувствую.  Так  вот:
пусть  все  будет  строго  по  инструкции,  буква  в  букву,  без  малейших
отступлений, чтобы потом никаких вопросов.
    - Значит,  все-таки  могут   возникнуть   вопросы.   Спасибо,   Евгений
Николаевич. Я только это и хотел узнать.
    Протокол заверяли  по  очереди.  Последним  подошел  к  столу  помощник
Острогина.  Печатными буквами  расшифровал  в  скобках  и  без  того  легко
читаемую роспись: Стальгин. К фамилии никто тогда не присмотрелся. В памяти
островитян он остался носатым Аркашей.


                                     8

    Гости отбыли утром следующего дня.  А еще через день из Центра генетики
сообщили,  что исчезнувшая капсула нашлась.  Ее подбросили, туда же, откуда
взяли. В полной сохранности.
    - Выходит,  зря мы петушились,  -  задним  числом  пожалел  Владимиров,
вспомнив протокольную эпопею.  На что Семен глуповато улыбнулся,  спросил с
наивностью праздного балагура:
    - Вы не  допускаете,  Михаил  Матвеевич,  что  нашлась  другая,  а  та,
пропавшая, сейчас здесь, у нас, вместо "девятки".
    Директор настороженно   посмотрел  на  заместителя,  но  ничего,  кроме
неуместного зубоскальства, не высмотрел и рассердился:
    - Не надо так шутить, голубчик.
    Не в тот раз,  много позднее,  Попцов все же  снимет  с  души  тяжесть,
расскажет  директору,  как  столкнулся  с  острогинским помощником в здании
биокомплекса.
    Было это часа за три до отлета гостей.  Остров еще спал.  В окнах  едва
брезжил  рассвет.  Измученный  жестокой  бессонницей,  Семен  вяло снялся с
кровати, накинул на спину свитер, повязав рукава на шее, и полуодетый вышел
на  воздух.  В минуту продрог,  раззевался от предутренней свежести.  Хотел
сразу же вернуться в дом,  но, бросив сонный взгляд на стоявший в полусотне
шагов гостиничный коттедж,  с удивлением обнаружил, что одно окно освещено.
Свет горел в номере, где размещался помощник Острогина. "Тоже не спится", -
посочувствовал Семен и поплелся к гостинице в надежде встретить гостя, если
тот, как и он, вышел проветриться.
    Входная дверь с крыльца была приоткрыта.  Стараясь не шуметь, он проник
в   холл,   прислушался.  Гостиница,  где  только  двое  и  жили,  казалась
необитаемой.  Набравшись  решимости,  Семен  прошел   к   нужному   номеру,
постучался. Впрочем, он уже знал, что в номере никого нет.
    Какое-то время он еще ждал, прохаживаясь перед коттеджем, и лишь вконец
встревоженный обжигающей догадкой, побежал к биокомплексу.
    Он нашел его в центральной лаборатории. Тот стоял у гермошкафа, заложив
руки в карманы плаща. Ничем не выдал ни растерянности, ни хотя бы смущения.
Да и вряд ли сплошной нос вместо лица мог что-то выражать, кроме застывшего
восклицательным знаком предостережения.
    На глазах у Семена он деловито подергал ручку запор,  проверяя,  хорошо
ли закрыт гермошкаф.  Затем прошел к никелированному ящику,  в котором была
доставлена капсула, неспешно собрал валявшиеся рядом упаковочные прокладки,
аккуратно уложил их.
    - Это мы возьмем, - объяснил он и, подхвата ящик, направился к выходу.
    Все выглядело так, будто он для того только и приходил, чтобы проверить
запоры и забрать ящик.


                                     9

    Взяв из   рук   заместителя  телефонограмму,  директор  в  который  раз
перечитал ее.
    Зачем едет рабочая группа,  сомнений не вызывало:  она повезет в Москву
реставранта, а вот почему ее возглавляет Стальгин - вопрос. Можно, конечно,
объяснить элементарно:  поскольку он год назад вместе с Острогиным доставил
"закваску",  то и теперь,  когда плод созрел,  ему же поручили его сорвать.
Правдоподобно,  хотя и папино. Но сам Семен, высказав этот тощенький довод,
тут  же  похоронил его:  не та Стальгин птица для такой добычи,  хоть и нос
большой.
    - Аркаша-это только Аркаша,  - согласился  Владимиров.  -  Хотел  бы  я
знать, кто за ним стоит.
    - Прежде всего - Острогин.
    - Он  тоже  пешка.  Тут  крупная  игра,  с королями и ферзями.  Я давно
пытаюсь понять,  почему вокруг нас такая возня. Что-то уж сильно попахивает
большой политикой. В стране, видать, назревают какие-то события, и кое-кому
именно сейчас очень нужен наш питомец. - Причем эти люди, в отличие от нас,
прекрасно знают, какого джипа мы здесь выкормили.
    - Скоро  и  мы  узнаем,  осталось  двое  суток.  Как-нибудь  доживем до
пятницы.
    - Не уверен. Группа-то прилетает сегодня. Не затем, наверное, чтобы нас
повидать.
    Разговор вернулся на круги своя.
    - Но  и  нам  не обязательно ждать,  - не глядя на директора,  произнес
Семен.
    Кто-то из них должен был это сказать.  Сподручней было  ему:  последнее
слово не за ним и не с него первый спрос.
    Владимиров словно  не  расслышал  или  не  понял.  Долго  расхаживал по
кабинету, с чем-то рассуждал, спрашивал. И вдруг:
    - Придется рискнуть, другого выхода не сижу. Но надо все продумать.
    И тут выяснилось,  что они, каждый порознь, уже давно многое продумали.
Мучимый  подозрениями  Владимиров  еще  год  назад,  когда  только заложили
субстант в кювету и упрятали в сурдокамеру,  решил для себя,  что  работать
вслепую  не  будет.  Жертвуя отпускными днями,  помчался через всю страну к
Морковину,  умоляя вскрыть оставшиеся одиннадцать капсул  и  таким  образом
определить,  чья плоть вызревает в чреве биокомплекса.  Морковин на уговоры
не поддался (мол,  ничего это не даст,  поскольку могли подложить субстант,
изготовленный   подпольно,  помимо  известной  дюжины);  потом  он  куда-то
исчез-то ли его убрали,  то ли сам ушел,  и в Центре генетики  не  осталось
человека,   которому   можно  было  бы  довериться.  Однако  Владимиров  не
отступился от своей затеи.  Им овладела шальная мысль:  досрочно поднять на
ноги  реставранта  и  попробовать  как-то войти с ним в контакт.  Этот срок
подошел.
    - Он уже способен соображать? - спросил Семен.
    - Нет. В лучшем случае, будет в сомнамбулическом состоянии. Лунатик.
    - Это уже что-то. Попробуем расшевелить. У меня есть идейка...
    Условились сойтись после двенадцати  ночи.  До  этого  Попцов  встретит
Стальгина,  разместит  в  гостинице  и  будет  ублажать,  пока  приезжие не
улягутся спать. О делах стараться не говорить, все откладывать на завтра.


                                     10

    Первым из вертолета выбрался Стальгин.  За ним,  пренебрегая  лесенкой,
проворно  повыскакивали  четверо дюжих молодцов,  при виде которых у Семена
тревожно засосало под ложечкой. Не такой представлялась ему рабочая группа.
В  облике  старого  знакомца тоже было что-то новое - ах вот что:  он сбрил
усики.
    Вертолетчики заглушили мотор,  не  собираясь,  видимо,  сразу  улетать,
однако остались в кабине.
    - Они  подождут  нас  здесь,  -  пояснил  Стальгин.  - За два-три часа,
надеюсь, мы управимся.
    Он не сказал,  на что нужны эти два-три часа,  но  Семену  вдруг  стало
тоскливо.   Всего   ждал,  только  не  этой  напористости.  Колесо  событий
раскручивалось не в ту сторону.
    - Может, сначала в гостиницу? - в слабой надежде предложил он.
    Стальгин не счел нужным ответить:  какая,  мол,  гостиница - не  видишь
разве,  что без вещей,  совсем налегке. Коротким кивком головы он пригласил
заскучавшую от  простоя  четверку  следовать  за  ним  и  знакомой  дорогой
направился к институтскому городку.  По пути раза два оглянулся - не отстал
ли Попцов? Когда поравнялись с административным зданием, спросил:
    - Директор у себя?
    - Схожу узнаю,  - предложил Семен,  рассчитывая  наедине  обговорить  с
Владимировым, как им быть дальше.
    - Теперь уж я сам, - усмехнулся Стальгин и скрылся в подъезде.
    Он пропадал минут семь, вышел явно не в настроении.
    - Где он может быть?
    - Возможно, дома. Позвонить?
    - Уже обзвонились.  Ни дома, ни в лабораториях. - Накрепко вцепившись в
Семена крючками-глазками,  он вскинул руку с часами,  постучал  пальцем  по
циферблату.   -  Хочу  предупредить:  если  в  ближайшие  десять  минут  не
объявится, мы вынуждены будем...
    Не договорил.  В дверях  подъезда  показался  Владимиров.  Он  выглядел
бледнее  обычного,  но держался уверенней,  чем когда-либо.  Начальственный
взгляд и насмешливо-ироничная  улыбка  априори  давали  понять,  кто  здесь
хозяин и кому дано распоряжаться.
    - Семен  Петрович,  -  обратился  он  к  заместителю,  -  мы,  кажется,
договорились - нашим гостям надо отдохнуть с дороги.
    - Спасибо за заботу, - невольно поддался Стальгин директорскому тону. -
Но у нас другая программа.
    Взяв у   одного  из  сопровождающих  толстокожий  портфель,  он  достал
прошитый  металлическими  скрепками  пакет,   картинным   жестом   протянул
директору:   мол,  ознакомься,  потом  будем  разговаривать.  Тот  небрежно
вспотрошил конверт,  изорвав его в клочья,  неторопливо стал  просматривать
бланочные листы,  заверенные подписями, печатями. И пока читал-перечитывал,
крутил  так  и  этак,  разглядывая  грифы  и  штампы,  из  здания  высыпали
сотрудники,  одни  мужчины.  Другая  такая  же  группа  подошла из соседней
лаборатории.  Приезжие  всполошились,  увидев  себя  в  окружении   зеленых
халатов.
    Со второго  этажа  высунулась  из  окна  взлохмаченная  от  возбуждения
секретарь-машинистка, прокричала сорванным голосом:
    - Михаил Матвеевич, кого еще позвать?
    - Благодарствую. Зиночка. Пока достаточно.
    Еще раз перетасовав  бумаги,  Владимиров  сунул  их  в  боковой  карман
пиджака и весело посмотрел на посеревшего Стальгина.
    - Вы забыли запастись еще одной бумажкой - ордером на арест.
    - У нас достаточно полномочий!  - с вызовом отозвался Стальгин,  хотя и
без прежней самонадеянности.
    - Это мы  сейчас  проверим,  -  многозначительно  пообещал  директор  и
обратился  к  своему  зеленому  воинству:  - я попросил собрать вас,  чтобы
посоветоваться.  Ситуация не из простых.  Во  всяком  случае,  у  меня  нет
готового решения.  Как вы знаете,  событие должно состояться послезавтра, в
пятницу.  Но вот эти товарищи, - взгляд в сторону приезжих, - хотят забрать
ЕГО сегодня.
    - Мы всего лишь исполнители! - выкрикнул Стальгин.
    - Все  правильно,  к  вам  никаких  претензий,  хоть  вы и полномочные.
Распоряжение,  - директор похлопал себя по карману, где лежали документы, -
касается института и прежде всего меня. Велено сдать ЕГО с рук на руки. Так
что будем делать?
    Окружение многоголосо  взроптало,  посыпались  вопросы,  смысл  которых
сводился  к  одному:  как можно прерывать процесс,  если ОН еще в летаргии?
Пришлось доставать казенные бумаги, вычитывать места, где разъяснялось, что
реставранта  надлежит  отправить  в том состоянии,  в каком он есть,  и что
реанимирован он будет в Центре.  Далее следовали подробнейшие рекомендации,
как организовать транспортировку.
    - Да пошлите вы их... - раздалось в толпе.
    - Это  к  вам  не  относится,  -  под взрывной хохот пояснил Владимиров
вздрогнувшему Стальгину.
    Как же быстро линяет человек. И куда что девается. Только что рядился в
личину  чрезвычайного  и  полномочного  посла - и вот уже в своем природном
естестве,  всего лишь носатый Аркаша.  Да он никем другим и не мог  быть  в
глазах  тех,  кто  создал Чудо Века.  При большом деле сами люди становятся
большими. Что им бумаги, приказы, команды - мишура!
    ...Семен повел приезжих на ночлег в гостиницу.  Шел, и все в нем горело
от  стыда и обиды.  Не мог простить себе,  что дрогнул,  испугался,  увидев
выпрыгивающих,  из вертолета ладно скроенных молодчиков.  Духу  не  хватило
хотя бы в мыслях крикнуть: а пошли вы!..


                                     11

    Теперь уже  не  нужно было играть в конспирацию,  ждать полуночи.  Едва
спровадив Стальгина с его надежно вымуштрованной командой,  директор собрал
у  себя  дежурную  группу,  объяснил,  кому что делать.  На,  всякий случай
расставил охранные  посты  -  на  входе  в  биокомплекс  и  у  гостиничного
коттеджа:  кто  знает,  как  поведут  себя  полномочные гости.  И когда все
распоряжения были отданы и все  дежурные  разошлись  по  своим  местам,  он
позвал Попцова.
    - Ну, так где ваша картинная галерея? Показывайте.
    Семен развязал  тесемки папки,  положил на просторный директорский стол
две дюжины сильно увеличенных фотопортретов. Он сам их делал, переснимая из
иллюстрированных журналов,  книг,  альбомов, с репродукций картин. А пришла
ему в голову такая блажь давно,  еще в пору визита Острогина,  доставившего
на  остров  капсулу  с  субстантом.  Коль  скоро,  подумал он,  изготовлено
двенадцать "заквасок",  то можно попытаться выявить всю дюжину  кандидатов,
намеченных для реставрации. Он заново переворошил гору скопившихся газетных
вырезок и вскоре уже имел довольно четкое представление,  кого  из  великих
предшественников хотели бы люди вернуть к жизни.  Желания,  как ни странно,
сходились на личностях не столь уж  далекого  времени  -  в  пределах  двух
последних   веков.   Теперь   ему   оставалось   только   составить  реестр
знаменитостей и отобрать двенадцать из них, наиболее вероятных.
    - Вот это - прошлый век, - выложил он первый ряд.
    Владимиров медленно прошелся вдоль стола,  всматриваясь в  знакомые  со
школьной поры лица. Потом молча собрал снимки в стопку, отложил в сторону.
    Без комментариев  Семен  выстроил  вторую дюжину портретов.  Их не надо
было представлять и говорить,  из какого они времени: еще недавно многие из
них не сходили ее страниц газет, смотрели с экранов телевизоров.
    Не без  волнения  обходил  Владимиров  неожиданный  пантеон.  Вот  они,
великие мужи нового века,  его  многоликий  символ,  гордость  и  проклятье
людского  рода.  Было что-то противоестественное,  кощунственное уже в том,
что они оказались вместе,  в одном нелепом собрании.  Как может мир нести в
себе столько и столь разных, несовместимых начал!
    - Так вы считаете, что один из них... Кто же? - спросил директор.
    - Зачем гадать? Покажем ЕМУ всех. Вот увидите: ОН узнает себя.
    Директор вновь  двинулся  вдоль  портретного  ряда...  У  одного снимка
задержался.  Из глянца фотографии на него ласково-прицельно смотрел человек
в  строгом,  без  регалий  кителе.  На  уровне  груди  он  держал  на  весу
курительную трубку, сжимая головку короткими, толстыми пальцами.
    - Если нам кого-то подсунули в капсуле,  то только его,  - тихо,  будто
самому себе,  сказал Владимиров.  - Много,  очень много сегодня таких,  кто
хотел бы его вернуть.
    Он взял карандаш и  стал  проставлять  на  обороте  снимков  порядковые
номера. Человек с трубкой шел третьим.
    Замигала сигнальная лампочка. Вызывал биокомплекс.


                                     12

    Они расположились  по краям пульта,  чтобы не мешать оператору.  Кивком
головы Владимиров разрешил:  начинай! Наружный экран бесшумно пополз вверх,
обнажая в нише стены смотровое окно.
    Сквозь толщу  стекла с трудом просматривалась внутренность сурдокамеры.

Предыдущая Части Следующая


Купить фантастическую книгу тем, кто живет за границей.
(США, Европа $3 за первую и 0.5$ за последующие книги.)
Всего в магазине - более 7500 книг.

Русская фантастика >> Книжная полка | Премии | Новости (Oldnews Курьер) | Писатели | Фэндом | Голосования | Календарь | Ссылки | Фотографии | Форумы | Рисунки | Интервью | XIX | Журналы => Если | Звездная Дорога | Книжное обозрение Конференции => Интерпресскон (Премия) | Звездный мост | Странник

Новинки >> Русской фантастики (по файлам) | Форумов | Фэндома | Книг