Русская фантастика / Книжная полка WIN | KOI | DOS | LAT
Предыдущая                         Части                         Следующая
Никакой это не фантом, это она! Она и тогда была с ним. Это она сидела
у него на коленях, прижималась, просила не отпускать, забрать с собою.
Что же происходит?! С проклятущей планеты-каторги он прямиком попал  в
Осевое?! Этого не может быть - потому что этого не может быть никогда!
    - Я заберу тебя отсюда, - прошептал Иван, сам веря своим словам. -
Я заберу тебя!
    Он обнял ее и прижал к себе. Он знал, что  в  любую  минуту  может
произойти  превращение  и  в  его  объятиях   окажется   омерзительный
упырь-кровосос, мокрый, гадкий, зудящий, прилипчивый и очень  опасный,
именно такие губят людей во сне, высасывая  из  них...  не  кровь,  но
душу. Он не понимал в чем симбиоз двух совершенно разных  существ.  Но
так было в  этом  гнусном  и  подлом,  жестоком  и  обманчивом  Осевом
измерении.
    - Расскажи мне  все,  что  с  тобой  было  после  моей  смерти,  -
попросила вдруг она.
    Иван вздрогнул.
    - После твоей смерти?
    - Да, ведь я погибла  -  погибла,  по  вашим  понятиям.  Что  было
потом?!
    Иван обнял ее еще крепче, уткнулся носом в  русые  волосы.  Он  те
хотел ничего рассказывать. Да и что он мог рассказать - сейчас все его
злоключения казались пустыми и ненужными, ведь  он  так  ничего  и  не
добился, ведь  пока  еще  ничего  толком  и  не  сделал  для  спасения
человечества,  обреченного  и  уже  погибающего.   Ему   нечего   было
рассказывать. И потому он ответил:
    - Ничего особенного, Светик. Ничего! Я долго тосковал без тебя.  А
потом я смирился. Есть вещи, с которыми надо смиряться.
    - Я слышала от ваших, что из Осевого есть выход.
    - Ты разговаривала с ними?
    - Нет. Я их слышала. Но они меня  не  могли  слышать.  Меня  могут
слышать и видеть только те, кто знал и любил меня. Или не любил!
    Иван оторвался от волос. Заглянул в большие, теплые глаза.
    - Вот поэтому ты и  есть  призрак,  ты  появляешься  лишь  в  моей
памяти. Тебя нет!
    Она улыбнулась странно и невесело.
    - Меня нет в вашем мире. Но здесь я есть. Ты же обнимаешь меня, ты
можешь поцеловать меня ...
    Ивану вспомнился привкус крови на губах, острые клыки, впивающиеся
в рот, в язык, в шею и щеки. Упырь! Это  было  страшно.  Он  не  хотел
повторения тех ужасов.
    - Я сама уйду от тебя, если ты не веришь мне.
    Иван гладил ее плечи, спину, пытался  утешить  ее,  шептал  что-то
нежное на ухо. А метрах в восьми от них сидел дрожащий  унырь,  глядел
на него алчными русалочьими глазами, потел, всхлипывал и мелко трясся.
Они всегда порознь! Всегда!  Почему  он  внушил  себе,  что  это  она,
меняющая свое обличие?! Как он обманывался!
    - Я поцелую тебя. Ты моя любимая!
    Он припал к ее губам, теплым и нежным, живым губам.
    И они не превратились в липкие губы вампира. Это была она, Светик,
любимая, самая дорогая на свете, единственная ... живая.
    - Вот видишь, ты поверил мне, -  шепнула  она  на  ухо,  когда  их
поцелуй оборвался. - А теперь ты должен придумать,  как  забрать  меня
отсюда, ты все знаешь, ты обязательно найдешь  дверцу  из  этого  мира
теней! Мне нужно уйти с тобой! Мне нужна эта дверь!!!
    Иван  невольно   отпрянул.   Дверь?!   Авварон   Зурр   бан-Тург?!
Пристанище?! Система?! Им всем нужна дверь в его мир! И ей тоже?! Нет,
он слишком мнительный, слишком подозрительный, так  нельзя!  Они  ищут
какую-то дверь? Но у Авварона уже был  в  руках  Кристалл  с  кодом  и
дешифровкой координат - записанный блок памяти,  закрытый  сектор?  Он
потерял его. Но он знает - где. Или не знает?!  Уже  невозможно  далее
терпеть эту путаницу, он все смешал в одну кучу, заподозрил ее, Свету!
Иван сжал ее виски ладонями и отодвинул от своего лица.
    Лучше бы он этого не делал - прямо в глаза ему алчно и дико взирал
трясущийся, скользкий упырь.
    - Не-е-ет!!! - закричал Иван во всю глотку.
    Отпихнул от себя чудовище. Вскочил на ноги ...  и,  пробив  пелену
белесого ползучего тумана, вырвался  куда-то  в  непонятное,  под  две
ущербные луны в лиловых небесах.
    Пристанище? Сонный мир? Нет! Он никогда не бывал здесь, так почему
же он оказался в этом мире?
    Вдогонку неслось: "Не бросай меня!  Не  уходи!  Я  не  могу  здесь
оставаться, Иван, не уходи-и-и!" Он не слышал ничего. Он бежал,  сломя
голову, не чуя ног под собой. Он знал, что потом будет проклинать себя
за слабость и трусость, но ничего не мог поделать - бежал, не разбирая
пути. Лишь высоченная желтая стена маячила впереди. Если это Осевое  -
так почему здесь луны, которых он  никогда  не  видел,  почему  желтые
стены в лиловых небесах? Эх, лучше бы он остался с  Кешей!  Живоход  -
это единственное их спасение!
    Туман  под  ногами  рассеялся,  обрывки  его  словно  клочья  ваты
цеплялись за сапоги, отставали. Иван бежал во всю прыть. И двигало  им
в эти минуты нечто большее чем страх. Дверца?  Канал?!  Они  поразному
называли проход из своих миров в мир земной.  Но  суть-то  была  ясна.
Доступ  для  всей  этой  нежити  во  Вселенную  человека  был  закрыт,
заблокирован, закодирован, заговорен - они даже не знали, как  к  нему
подступиться. И он им невольно помогал. Он всегда нес добро, но по его
следам ползло зло. Он прокладывал путь этому злу, пусть не сам,  пусть
по чьей-то недоброй воле - но  ведь  он,  а  не  кто-то  другой!  Нет!
Слишком круто! Если бы он сидел и  ничего  не  делал,  было  бы  хуже,
неизмеримо хуже. И все же он виноват! И все же это  Осевое  измерение,
это не просто  бунт  его  подсознания,  выверты  памяти.  Это  реально
существующая область Бытия. Нечего внушать себе, что все происходит  в
воспаленном мытарствами мозгу!
    С огромного пурпурного валуна на Ивана бросился шестиногий зверюга
с тремя рогами на носу и  серповидным  хвостом.  Реакция  сработала  -
рукоять скользнула в ладонь, - заискрился алмазный  меч  -  и  хищник,
огласив окрестности истерическим рыком, рухнул в высокую  алую  траву.
Иван не мог остановиться. Он бежал. Будто за ним  гнались.  А  в  ушах
стонало и выло: "Не оставляй меня-я-я!" Нет, это все самое, настоящее,
оно  есть.  Недаром  здесь  ведут  исследования  ребята  из  закрытого
сектора. Исследования  в  Осевом!  Почти  никто  о  них  и  слыхом  не
слыхивал. Загадка XXV-го века! Иван несся вперед, начиная  осознавать,
что его гонит некая сила, что он не совсем  цодвластен  себе.  Он  это
понимал и раньше ... но забыл.  Почему?  Почему?!  Он  должен  спасать
Свету, вытаскивать ее из  адского  измерения.  А  его  несет  куда-то.
Только бы самому выбраться отсюда. Он тогда  прижмет  этих  парней  из
закрытого сектора, он их возьмет за шкирку и потрясет хорошенечко,  он
выколотит из них все секреты! И он вернется тогда! Он  вытащит  отсюда
Светку!
    Пронзительный крик на миг остановил его. Но только на миг.  Причал
кто-то знакомый. У желтой, уходящей в небеса стены кого-то убивали. От
крика закладывало уши.
    Цай! Это вопил обезумевшим зверем карлик Цай ван Дау.
    Раздумывать было некогда, Иван рванулся к стене. В три  прыжка  он
подскочил к огромному уродливому монстру, заросшему черной с  проседью
щетиной, вскинул меч - хохочущая, скалящая зубы голова покатилась вниз
по склону алого холма.
    Только тогда Иван увидел истерзанного, жалкого Цая.
    - С этой тварью покончено! - сказал тихо.
    Цай всхлипнул, вытер кровь со щеки и пробурчал:
    - Эта тварь - мой родной папаша.
    - Ну извини тогда, - опечалился Иван, - не знал.
    - Спасибо тебе, - захрипел Цай, - ты меня  спас.  Он  давно  хотел
меня убить. Он преследовал меня повсюду. Правда, во снах и кошмарах. А
теперь вот добрался наяву. А ведь я думал, что он давно уже сдох.
    Вид у Цая был отвратный,  будто  его  грызла  целая  стая  гиен  и
шакалов, грызла не меньше суток. Но руки-ноги,  голова  были  целы.  У
Ивана давно глаз приметался: кто в яму глядит из раненных и увечных, а
кому еще жить да гулять.
    Но откуда он взялся в Осевом?!
    - Как ты попал на Умагангу? - спросил карлик.
    - По-моему, ты немного ошибаешься, - ответил Иван, -  это  никакая
не Умаганга.
    - Значит, я  не  могу  узнать  своей  планеты?  Значит,  я  совсем
трехнутый?! -  занервничал  Цай,  заматывая  раны  на  руке  какими-то
обрывками.
    Голова  в   овраге   продолжала   хохотать   и   скалиться.   Зато
съеживающееся тело "папаши" было похоже на выброшенную волной  медузу,
оно растекалось, превращалось в нечто бесформенное.
    - У вас бывает так? -  спросил  Иван  тихо,  но  твердо,  кивая  в
сторону головы.
    - Нет, - ответил карлик, бледнея еще больше.
    - Приглядись - все ли вокруг тебе знакомо? - настаивал Иван.
    Цай ван Дау приподнял бельмастые веки, повернул голову.
    - Я давно не был на  Умаганге,  очень  много  лет,  здесь  кое-что
изменилось, - сказал он. - Но не  могла  же  луна  Угага  стать  вдвое
меньше,  верно?  А  стена?!  -  Он  подполз  к  стене  и  ковырнул  ее
металлическим ногтем, посыпалась крошка.  -  Это  не  агайский  пенный
янтарь, а какая-то дрянь. Куда они подевали настоящую стену?! И  трава
... она же ненастоящая! - У Цая словно заново открывались глаза.
    Он ничего не мог понять. Он тер виски, озирался, бледнея  смертной
бледностью, до зелени, до синевы.
    - Здесь нет ничего настоящего, Цай, - сказал Иван.  -  Потому  что
это не Умаганга. Это Осевое измерение.
    - Неправда!
    - Ты видел Малиновый Барьер?
    - Да.
    - Мы в Осевом измерении, Цай. Сюда редко попадают живые. Но  мы  с
тобой попали.
    На минуту Цай погрузился в  мрачные  размышления,  на  него  стало
страшно смотреть. Это был самый  настоящий  труп  -  труп  маленького,
корявого, большеголового уродца; труп,  скорчившийся,  перекореженный,
жалкий. Наконец он шевельнулся, ожил.
    - Наверное, ты прав, Иван. Это  не  Умаганга.  -  Помолчал.  Завел
иное: - Вы с Кешей пробились на базу, так?
    - Пробились.
    - Ты нашел там...
    - Там ничего не надо было искать.  Гиперторроид  торчал  в  центре
огромного зала, открыто.
    Цай усмехнулся.
    - Открыто - на глубине в сотни миль, в толщах гиргенита, в  слоях,
которые  никто  и  никогда  не  исследовал,  потому  что  там  гиблое,
ненужное,  пустое  место?!  Это  перевалочная  база.  Понял?  Я  давно
догадывался, что Гиргея не просто планета-каторга, не только  ридориум
притягивает к ней словно мух всякую сволочь! Теперь я убедился в этом,
Иван.
    Иван присел на траву. Он глядел на скалящуюся голову.
    Он не хотел видеть это уродство, но  оно  приковывало  его  взгляд
словно магнитом. Сидел и слушал Цая. Тот говорил все верно.  В  недрах
проклятой Гиргеи нашли себе приют многие: и довзрывники, если  это  не
галлюцинации, и Синдикат, и чужие... планета освоенная, прочно занятая
каторгами,  рудниками,  на  нее  доступ  закрыт,  никто   не   полезет
ковыряться  в  ее  нутре,   ядро   остывшее,   сверхтвердое,   удобные
ходы-выходы, какие-то связи и инфраструктуры  еще  с  прежних  времен,
стародавних, исчисляющихся миллионолетиями. Так где же  еще  создавать
перевалочные базы?! Где ставить  статоры  и  гиперторроиды?!  Сам  Бог
велел на  Гиргее!  Или  сам  дьявол!  Значит,  эти  устроители  баз  и
перебросчиков имеют свободный доступ на Гиргею? Они не боятся  системы
заслонов, силовых полей и кодированных гипносетей на орбите?  Или  для
них эдаких мелочей просто не существует? Слишком много вопросов.
    - Мы никогда не разберемся в этом болоте! - сказал Иван Цаю.
    - У Синдиката есть свои интересы в Осевом,  -  неожиданно  выпалил
карлик. - Понимаешь?
    - Нет.
    - Я сюда попал только потому, что Осевое нужно  Синдикату!  Я  щуп
этой  гнусной  мафии!  -  Цай  ван  Дау  вскочил   на   свои   кривые,
изуродованные ножки и заорал во всю мочь: - Я не боюсь их!  Пусть  все
слышат! Пусть все видят! Не-бо-юсь!!!
    Иван догадался в чем дело, ему не надо было  разжевывать  мелочей.
Они оба здорово влипли.
    - Хватит кричать, - сказал он, - там нас Кеша ждет.
    - Кеша? - ошалело переспросил Цай ван Дау.
    - Угу.
    Цай сразу успокоился. Если кто-то и где-то их может ждать, значит,
еще не все потеряно. Вот только шли они в Осевое через разные  дверцы,
так где ж гарантия, что выберутся через одну?
    - Знаешь, когда я понял, что Осевое не мираж?  -  спросил  Иван  у
карлика Цая. И не дождавшись ответа, заявил: - Когда увидел, что ты не
признак! Если в каком-то измерении или пространстве оказались  двое  и
оба  ощущают  в  нем  присутствие  другого,   значит,   это   реальное
пространство.
    - Ну и что? - удивился карлик.
    - Для меня это был очень важный  вопрос.  Теперь  вопроса  нет,  -
пояснил Иван.
    - Для меня вопрос - как отсюда  выбраться,  -  карлик  усмехнулся.
Усмешка  на  изуродованном,  разодранном  лице   промелькнула   жуткой
гримасой.
    После ухода Ивана ветеран аранайской войны и  каторжник-рецидивист
Иннокентий Булыгин не долго предавался  унынию.  Сказано  было  ждать,
значит, надо ждать. Теперь он верил, что вертухаи  не  припрыгают,  не
прискачут и не приползут. Потому как нет  здесь  никаких  вертухаев  -
база брошенная, работает по привычке, в авторежиме. Ну и хрен  с  ней,
пускай работает.
    Он в несколько приемов овладел живоходом - поползал  по  стенам  и
потолку зала, полетал над огромным гудящим бубликом, который все звали
слишком уж торжественно и научно, гиперторроидом. Вернулся на  прежнее
место. И заснул.
    Кеша был немолод, к тому же он страшно устал  и  от  жизни,  и  от
войн, и от каторги. Последние события - побег, тряска, пытки взбодрили
его. Но  сколько  же  можно  без  сна?  Он  провалился  в  глубочайший
полусон-полуобморок.
    Сколько он спал, не  знал  никто  кроме  помалкивающего  бортового
"мозга" живохода. Перед самым пробуждением, как это  и  бывает  часто,
Кеше приснилось нечто странное.
    Ему приснилось, что он проснулся. Проснулся в удобном,  обтекающем
тело кресле. Откинутая на  большое  и  мягкое  изголовье  голова  была
Легка, невесома. Невесомым казалось и тело. Он славно  отдохнул!  Кеща
уставился вперед - прямо на пульт живохода. Больше смотреть было не на
что, обзор он вырубил перед тем, как заснуть. Он не  узнал  пульта.  И
зажмурил глаза. Потом снова открыл их. Рабочий пульт боевой  десантной
капсулы невозможно спутать с любым из других  пультов.  Кеша  чуть  не
вывалился из кресла.
    - Полный обзор! - закричал он, цепенея от догадки.
    И догадка подтвердилась.
    Он  висел  посреди  черного,  усеянного  звездами  неба,  висел  в
страшной космической пропасти, в которую падало все на свете  и  никак
не могло упасть - падение было бесконечным.  Он  вырвался  с  Гиргеи?!
Когда?! Как?! И где живоход?
    - Где мы?! - закричал он снова. - Координаты?!
    Мозг капсулы выдал на прозрачном невидимом  табло  перед  ним  два
ряда мигающих цифр и  для  понятности  одно  коротенькое  предложение:
"нестабильная орбита 1089 -  Гиргея".  Это  означало:  до  поверхности
планеты ровно одна тысяча восемьдесят девять километров, но расстояние
меняется каждую секунду, вместе с направлением и скоростью капсулы.  С
огромным трудом их можно засечь.
    Но сбить капсулу, уничтожить ее практически невозможно.
    По Кешиной небритой щеке поползла предательская слеза.

Предыдущая Части Следующая


Купить фантастическую книгу тем, кто живет за границей.
(США, Европа $3 за первую и 0.5$ за последующие книги.)
Всего в магазине - более 7500 книг.

Русская фантастика >> Книжная полка | Премии | Новости (Oldnews Курьер) | Писатели | Фэндом | Голосования | Календарь | Ссылки | Фотографии | Форумы | Рисунки | Интервью | XIX | Журналы => Если | Звездная Дорога | Книжное обозрение Конференции => Интерпресскон (Премия) | Звездный мост | Странник

Новинки >> Русской фантастики (по файлам) | Форумов | Фэндома | Книг