Русская фантастика / Книжная полка WIN | KOI | DOS | LAT
Предыдущая                         Части                         Следующая
     Теперь уже неизвестно в точности, называлась ли гостиница так, потому
что помещалась в тупичке, или же улица была  названа  тупичком  вследствие
того, что здесь была гостиница с таким названием.
     Незнайка и Козлик  вошли  в  дверь  и  очутились  перед  конторкой  с
окошечком. Заглянув в окошечко, Козлик спросил:
     - У вас найдется два места по десять сантиков?
     Кто-то, кого не видел стоявший сбоку Незнайка, ответил:
     - Найдется. Минус второй  этаж,  места  двести  пятнадцать  и  двести
шестнадцать.
     Козлик протянул в окошечко деньги и получил два жестяных  жетона,  на
которых были выбиты цифры: "215" и "216".
     - А что значит - минус второй этаж?  -  заинтересовался  Незнайка.  -
Почему минус?
     - Этот дом не только поднимается вверх, но  и  опускается  вниз,  под
землю, - объяснил Козлик. - Все этажи, которые вверх, те - плюс, а которые
вниз, те - минус. Минус второй этаж - это значит второй подземный этаж.
     - А почему нам нельзя вверх?
     - Вверх дороже, - ответил  Козлик.  -  Вот  разбогатеем,  переселимся
наверх.
     Спустившись по грязной деревянной лестнице на два  этажа  вниз,  наши
друзья  вошли  в  дверь  и  очутились  в  огромной   комнате   с   низким,
прогнувшимся, закопченным потолком. Первое впечатление  у  Незнайки  было,
будто он снова попал в каталажку. Такие же складские полки с лежавшими  на
них коротышками, такая же чугунная печь с длинными, тянувшимися через  все
помещение трубами, такая же тусклая лампочка  под  потолком.  Вся  разница
заключалась в том, что здесь было гораздо грязней и тесней. Полки были  не
из пластмассы, как в каталажке,  а  из  грубых,  почерневших,  неотесанных
деревянных досок, и стояли они так  тесно,  что  между  лежавшими  на  них
коротышками, казалось, трудно было просунуть палец.
     В отличие от арестованных,  которые  томились  в  каталажке,  здешние
обитатели пользовались гораздо большей свободой. Каждый здесь считал  себя
вправе делать все, что ему приходило в  голову.  Многие  не  только  пекли
картошку в золе, но и варили в жестянках из-под консервов похлебку, жарили
какие-то длинные, бесформенные коржи из теста, развешивая  их  на  горячих
жестяных трубах. На этих же трубах висели, вперемежку  с  коржами,  чьи-то
носки, сохнущее  после  стирки  белье,  изорванное  до  последней  степени
тряпье, бывшее когда-то одеждой, даже чьи-то ботинки.
     От всего этого жарящегося, варящегося, пекущегося, сохнущего и просто
чадящего  в  помещении  стоял  такой  удушливый  запах,  что  у   Незнайки
перехватило дыхание и помутилось в глазах. Почувствовав головокружение, он
зашатался и принялся  хвататься  руками  за  стенку.  Видя,  что  Незнайка
неожиданно побледнел, Козлик подхватил его под  руки  и  сказал,  что  это
ничего, что это у него с непривычки и постепенно пройдет.
     - Старайся только не дышать носом. Дыши ртом, - советовал Козлик.
     Незнайка старательно зажал пальцами нос.  Понемногу  он  отдышался  и
пришел в себя.
     - Теперь тебе надо полежать, и все будет хорошо, - утешал его Козлик.
     Поддерживая Незнайку под руку, он  провел  его  между  рядами  полок,
словно по лабиринту. Увидев приколоченные  к  полкам  таблички  с  цифрами
"215" и "216", Козлик остановился.
     - Вот и наши места, - сказал он.
     Недолго думая Незнайка залез на полку и увидел,  что  здесь  не  было
даже матраца, а вместо подушки лежал простой деревянный чурбан.
     - Что это? - удивился он. - Как же здесь спать?
     - Спи, да и все тут, - отозвался коротышка с  соседней  полки.  -  Уж
если захочешь, так и на голой доске заснешь,  а  не  захочешь,  так  и  на
мягкой перине будешь без сна валяться.
     - Это ты верно, братец, - подхватил другой коротышка. - Когда-то и  в
этой ночлежке были матрацы да подушки, так, поверишь, дошло до  того,  что
никто спать не мог.
     - Это почему же? - заинтересовался Незнайка.
     - Потому что в матрацах развелись клопы и другие  вредные  насекомые.
От них, поверишь ли, никому житья не было. Зато  когда  матрацы  пришли  в
негодность,  хозяин  этой  гостиницы  господин  Дрянинг  решил  новых   не
заводить, а старые приказал сжечь вместе с клопами.  Истинное  благодеяние
учинил! С тех пор хорошо стало.
     - И нам хорошо, и господину Дрянингу тоже неплохо: не нужно тратиться
на матрацы, - вступил в разговор третий коротышка.
     - Ты, братец, на Дрянинга не сердись, - сказал первый. - Он коротышка
хороший. Истинный благодетель наш. Так и в газетах пишут. Если бы  не  он,
сколько коротышек осталось бы  без  ночлега!  В  какой  ты  еще  гостинице
найдешь  место  за  десять  сантиков?..  Эх  ты!  Недаром  тебя   называют
Строптивым!
     - А тебя недаром зовут Покладистым, - ответил Строптивый. -  Думаешь,
Дрянинг эту ночлежку для нашего с тобой удовольствия построил? Как  бы  не
так. Для собственной выгоды!
     - Какая же выгода в десяти сантиках? Если бы он гнался за выгодой, то
построил бы гостиницу, в которой можно фертинг за номер брать, а то и два.
А он о бедных заботится, о тех, у кого  нет  фертингов.  Так  и  в  газете
писали!
     - Экий же ты тюфячок, братец! Мало ли что в газетах напишут! Для того
чтоб хорошую гостиницу построить, надо много  денег  затратить.  Да  и  на
обстановку надо потратиться. В хорошей гостинице ты  получишь  за  фертинг
целую комнату, а здесь нас гляди сколько напихано: один над другим  лежит!
С каждого десять сантиков - это получится выгодней,  чем  по  фертингу  за
целую комнату брать, - сказал Козлик.
     - Говорят, этот Дрянинг накупил в каждом городе на окраинах  участков
земли по дешевке и настроил вот таких гостиниц, вроде мусорных  ящиков,  -
сказал Строптивый. - Ну и что ж, доход верный! Бедняки-то везде есть!
     - Не слушай его,  братец,  -  зашептал  Покладистый,  повернувшись  к
Незнайке. - А ложись-ка ты лучше спать. Тебе хорошее место  досталось,  на
средней полке. На верхней полке спать душно, потому  что  нагретый  воздух
всегда вверх поднимается, а на нижней полке опасно: крыса укусить может.
     - Крысы - это самое  скверное  дело  в  дрянинговских  гостиницах,  -
сказал Козлик. - В прошлом году я жил в дрянинговской  ночлежке  в  городе
Давилоне. Там у нас одного коротышку укусила крыса за шею.  Ужас  до  чего
мучился, бедный! На шее у него вздулся желвак величиной с два кулака,  вот
не вру, честное слово! С тех пор я боюсь, как бы и меня не укусила  крыса.
Мне все почему-то кажется, что она меня куснет обязательно  за  это  самое
место, что и того коротышку, - показал Козлик пальцем на шею.
     - А крыса может укусить того, кто на средней полке лежит?  -  спросил
Незнайка.
     - Крыса все может, - сказал Строптивый. - Конечно, ей  прямой  расчет
укусить сперва того, кто на нижней полке лежит. Но бывают  крысы  бешеные.
Такая крыса бежит, словно с цепи сорвалась, и кусает всех без разбора. Она
не станет смотреть, на какой ты полке лежишь!
     - Что вы там про крыс завели беседу! Или у вас нет  другой  темы  для
разговора? - закричал коротышка, лежавший на верхней полке. - Вот я  слезу
сейчас и заткну вам глотки!
     Коротышки притихли. Отвратительный запах уже не так тревожил обоняние
Незнайки, но было нестерпимо душно. Решив лечь  спать,  Незнайка  принялся
стаскивать с себя рубашку, но Строптивый сказал:
     - А вот этого я тебе не советую. Закусают!
     - Кто закусает? - удивился Незнайка.
     - А вот увидишь кто, - усмехнулся Строптивый.
     Незнайка решил последовать совету Строптивого и растянулся на  полке,
не снимая одежды. Скоро он  почувствовал,  что  на  него  напали  какие-то
мелкие  зверушки  и  принялись  немилосердно  кусать.  Незнайка   чесался,
раздирая чуть ли не до крови тело, но это не помогало.
     - Ты лучше не  чешись,  братец,  -  посоветовал  ему  Покладистый.  -
Расчешешь  тело,  так  они  еще  больше   кусать   начнут.   Клопы   очень
чувствительны к запаху крови.
     - Ты ведь говорил, что клопов сожгли вместе с матрацами, -  проворчал
Незнайка.
     - Ну и что ж? Тех сожгли, а это развелись новые. Все равно их  теперь
меньше стало. Ты просто не представляешь, братец, сколько их раньше  было.
Теперь благодать! Ты только потерпи малость вначале, а потом они насосутся
крови и лягут спать. Клопам тоже спать надо.
     Незнайке, однако же, не хотелось дожидаться,  когда  клопы  насытятся
его кровью. Правда, некоторое время он терпел, а потом соскочил на  пол  и
принялся сбрасывать с себя этих отвратительных насекомых. Воздух внизу был
не такой душный, поэтому Незнайка решил сидеть всю ночь на полу,  надеясь,
что клопам не придет в голову искать его здесь. Сев на пол и прислонившись
спиной к деревянной стойке, он задремал, но в тот же момент  почувствовал,
как что-то коснулось его ноги. Открыв глаза, он увидел перед собой  жирную
серую крысу, которая вытянула вперед свою острую усатую мордочку и, шевеля
кончиком носа, обнюхивала его ботинок.
     - Чу! Чтоб ты пропала! - испугался Незнайка и отдернул ногу.
     Крыса, не особенно торопясь, отбежала  в  сторонку  и,  остановившись
неподалеку,  стала  поглядывать  на  Незнайку  своими  блестящими,  словно
бусинки, глазками. С тревогой осмотревшись по сторонам. Незнайка  заметил,
как из-под лавки вылезла  другая,  точно  такая  же  крыса  и  тоже  стала
шевелить  носом.  Сообразив,  что  спать  в  клопином  обществе   все   же
безопаснее, чем в крысином. Незнайка полез обратно на полку. На  этот  раз
он решил последовать совету Покладистого и лежал тихо, добровольно отдавая
себя на съедение клопам.
     - Ешьте, черти! Хоть всего съешьте! -  сердито  бормотал  он.  -  Все
равно жизнь такая, что ее и не жалко вовсе!
     Вокруг него  все  уже  спали.  Многие  коротышки  были  простужены  и
задыхались от душившего их кашля. Некоторых терзали  во  сне  кошмары.  Их
стоны, мычания, вскрикивания каждый раз заставляли  Незнайку  вздрагивать.
Видя, что и  другим  коротышкам  приходится  несладко,  Незнайка  перестал
обращать внимание на свои страдания, на окружающий его шум, вонь, духоту и
клопиные укусы. К  тому  же  он  почему-то  вспомнил  о  Пончике  и  начал
высчитывать, на сколько дней может хватить ему запасов еды в ракете.
     Вспомнив, что запас еды был приготовлен на  десять  дней  для  сорока
восьми путешественников, Незнайка помножил сорок восемь на десять.
     Это он сделал, чтоб узнать, на сколько дней хватит еды,  если  вместо
сорока восьми путешественников останется только один. Получилось четыреста
восемьдесят. Зная, что в году, круглым счетом, триста шестьдесят дней, а в
месяце тридцать дней, Незнайка вычислил, что еды в ракете  должно  хватить
на год и четыре месяца.
     Убедившись, что непосредственная гибель от недостатка питания Пончику
пока не грозит, Незнайка успокоился. Произведенные арифметические расчеты,
однако, настолько утомили Незнайку, что глаза его сами собой закрылись,  и
он погрузился в сон.


                         Глава двадцать четвертая
                           ПРИКЛЮЧЕНИЯ ПОНЧИКА

     А что же Пончик? Занявшись Незнайкой, мы совсем позабыли о  нем.  Это
нехорошо, пожалуй, так как  многих  читателей  может  интересовать  и  его
судьба. Мы расстались с Пончиком, когда он  пошел  с  Незнайкой  в  лунную
пещеру и потерял там один свой  космический  сапожок.  Читатели,  наверно,
помнят, что Незнайка  в  тот  момент  как  раз  провалился  сквозь  лунную
оболочку.
     Окликнув Незнайку несколько раз и убедившись, что его поблизости нет,
Пончик страшно перепугался и,  вместо  того  чтоб  отправиться  на  поиски
своего друга, решил поскорей возвратиться в ракету. Выбравшись из  пещеры,
он  заковылял  по  прямой,  словно  луч,  дорожке  к  видневшемуся   вдали
космическому кораблю.
     Солнышко, однако ж, припекало с такой страшной силой, что  Пончик  не
выдержал  и  пустился  бежать  вприпрыжку.  От  быстрого  бега  и   второй
космический сапожок свалился у него с ноги, но Пончик  и  не  подумал  его
поднимать, а даже обрадовался,  так  как  бежать  совсем  без  сапог  было
значительно легче. За каких-нибудь двадцать минут он добежал до  ракеты  и
нажал кнопку, которая имелась в ее хвостовой части. Дверца шлюзовой камеры
гостеприимно раскрылась. Недолго думая Пончик залез в ракету. Здесь он был
в безопасности. Ничто теперь не угрожало ему, но все же тревожило какое-то
неприятное чувство, оттого что он убежал из пещеры, оставив  Незнайку  без
помощи.
     Зная по собственному опыту, что любое неприятное чувство  может  быть
вытеснено каким-либо противоположным, то есть  приятным  чувством,  Пончик
решил  пойти  в  пищевой  отсек  и  несколько,  как  он  имел  обыкновение
выражаться, подзаправиться там. Забравшись в пищевой  отсек,  он  принялся
уничтожать содержимое  целлофановых  и  хлорвиниловых  трубочек,  тюбиков,
мешочков,  пакетиков,  извлекая  их  из   термостатов,   холодильников   и
саморегулирующихся космических духовых шкафов.
     Пончик, который, как известно, был  не  дурак  покушать,  показал  на
наглядном  примере,  насколько  велико  может   быть   расхождение   между
теоретическими расчетами и практической жизнью.  Незнайка  установил,  что
Пончику обеспечен запас еды больше чем на год, так как все свои вычисления
произвел в расчете на обыкновенного едока, не  принимая  во  внимание  его
индивидуальные, то есть личные, едовые свойства. Вся беда оказалась в том,
что личные едовые качества Пончика заключались в его  чрезвычайной  едовой
недисциплинированности. Говоря проще, он мог есть что угодно, где  угодно,
когда угодно и в каких угодно количествах.
     То, что по расчетам Незнайки должно было  хватить  на  год  и  четыре
месяца, в действительности хватило Пончику лишь  на  четверо  с  половиной
суток. Прикончив в этот  рекордно  короткий  срок  запасы  продовольствия,
находившиеся в пищевом отсеке, Пончик пробрался в хвостовую часть ракеты и
попробовал жевать семена, хранившиеся в складском помещении.
     Семена, однако, показались ему  невкусными.  Вот  тогда-то  он  опять
вспомнил о Незнайке.
     "Наверно, Незнайка  вернулся  бы  в  ракету,  если  бы  не  обнаружил
где-нибудь продуктов питания, -  подумал  Пончик.  -  А  поскольку  он  не
вернулся, значит, продукты питания где-то найдены, а раз это так,  то  мне
нет никакого смысла сидеть в ракете, а необходимо  отправиться  на  поиски
Незнайки".
     Натянув на себя космический скафандр и подобрав новые, подходящие  по
размеру космические сапоги. Пончик выскочил из ракеты и поскакал  во  весь
опор к уже известной ему пещере. Добравшись  до  пещеры,  он  спустился  в
сосульчатый  грот,  а  оттуда  в  тоннель  с  ледяным   дном.   Здесь   он
поскользнулся, как и Незнайка, и,  прокатившись  на  животе  по  наклонной
плоскости, полетел в подлунный колодец. Спустя некоторое время он заметил,
что выскочил  из  колодца  и  летит  на  страшной  высоте  с  раскрывшимся
парашютом над  каким-то  приморским  городом.  Сильный  ветер  нес  его  в
сторону. Постепенно снижаясь, Пончик  пролетел  над  приморскими  городами
Лос-Свиносом и Лос-Кабаносом. Уже значительно снизившись,  он  подлетел  к
городу Лос-Паганосу, но изменивший свое  направление  ветер  понес  его  в
сторону моря. Пончик видел, что купания ему не  миновать.  Утонуть  он  не
боялся, так как был толстенький, а толстенькие коротышки, как известно,  в
воде не тонут. Единственное, чего он боялся, это как  бы  его  не  укусила
акула.
     Шлепнувшись в воду, он тотчас принялся работать  руками  и  ногами  и
спустя час уже был у берега. Прибой в этот день был  особенно  сильный,  и
Пончику никак не удавалось пришвартоваться к берегу. Это происходило из-за
того, что в громоздком космическом скафандре он был крайне неповоротлив  и
не мог маневрировать в бурной морской воде с  достаточной  ловкостью.  Как
только он ощущал под собой дно и пытался  встать  на  ноги,  подкатившаяся
сзади волна опрокидывала его и, перевернув  на  спину,  тащила  обратно  в
море. Пробившись у самого берега минут двадцать, он понял в конце  концов,
что ему необходимо расстаться со скафандром. Кувыркаясь  в  волнах  словно
дельфин, он умудрился сбросить с себя космические сапоги, потом гермошлем,
а потом и сам скафандр. Все эти ставшие теперь ненужными  ему  космические
причиндалы были тотчас унесены морем, а Пончик, став в  тот  момент  более
обтекаемым и подвижным, ускользнул от бросавшихся на него волн и  выскочил
на сухой берег.
     Первое,  что  требовалось  ему  после  столь  героической  борьбы   с
разбушевавшейся водной стихшей, был отдых. Сняв с себя вымокшую одежду, он
разложил ее на берегу для просушки, сам же лег рядом и принялся  отдыхать.
Теплый, ласковый ветерок приятно обдувал его тело. Морские волны  ритмично
шумели, что действовало на Пончика успокаивающе и усыпляюще. Решив все  же
не спать, так как это было  бы  неблагоразумно  в  незнакомой  обстановке,
Пончик принялся изучать окружавшую местность.

Предыдущая Части Следующая


Купить фантастическую книгу тем, кто живет за границей.
(США, Европа $3 за первую и 0.5$ за последующие книги.)
Всего в магазине - более 7500 книг.

Русская фантастика >> Книжная полка | Премии | Новости (Oldnews Курьер) | Писатели | Фэндом | Голосования | Календарь | Ссылки | Фотографии | Форумы | Рисунки | Интервью | XIX | Журналы => Если | Звездная Дорога | Книжное обозрение Конференции => Интерпресскон (Премия) | Звездный мост | Странник

Новинки >> Русской фантастики (по файлам) | Форумов | Фэндома | Книг