Русская фантастика / Книжная полка WIN | KOI | DOS | LAT
Предыдущая                         Части                         Следующая
      - Убили, - глухо произнёс у самого моего уха женский голос. - Сегодня
ночью.
      Ночью! Ко мне вдруг вернулись все мои недавние ночные страхи. И
шорохи, и поворот ключа в замке, и - главное - стон! Теперь-то я уже на всё
смотрел иначе, теперь всё выглядело в совершенно ином свете. Мой ум
прирождённого сыщика, постоянно терзаемый детективной беллетристикой,
заработал на всю катушку. Главное - не упустить ни одной детали, и прежде
всего - восстановить в памяти весь ход ночных событий. Итак: без двадцати
три я проснулся, в три выглянул за дверь, в это же самое время, то есть в
три или, в крайнем случае, минут пять четвёртого, я услышал стон, следом -
поворот ключа в неизвестном номере (жаль, что я не обратил тогда на него
внимания), далее - пустая ампула на кафельном полу туалета (слово "омнопон"
теперь казалось мне зловещим), и в двадцать минут четвёртого я снова лёг
спать. Значит, этот несчастный стонал (если, конечно, стонал именно этот
несчастный) примерно в три часа ночи или что-то около того. А отсюда
следует, что в этот час он был ещё жив, но уже смертельно ранен. Однако,
повторяю, все эти рассуждения справедливы лишь в том случае, если ночью
стонал именно этот мужчина, а не кто-нибудь ещё. А стонать мог любой из
трёх десятков человек, здесь собравшихся.
      - Врач был? - спросил я.
      - Что толку! - махнул рукой стоявший рядом мужчина. - Не врач, а
дерьмо. Пьян в стельку.
      - Милицию вызвали?
      - Вызвали, - ответил кто-то. - Полчаса дозвониться не могли.
Единственный аппарат - у директора, да и тот работает через раз.
      - Какой ужас! - услышал я знакомый голос и обернулся. Лида стояла в
двух шагах от меня и круглыми от потрясения глазами смотрела на неподвижное
тело. Её била мелкая дрожь.
      - Пойдёмте отсюда, - сказал я, беря её за руку и выводя из толпы. -
Это зрелище не для вас.
      Откуда-то вырос бледно-зелёный Сергей и увёл её вниз по лестнице. Я
же стоял и растерянно озирался. Надо что-то предпринять - но что?.. Тут я
увидел бодро шагающего Мячикова, весёлого, с блестящими от возбуждения
глазами, с румянцем во всю щеку, с ласковой улыбкой на круглом лице - он не
шёл, а буквально катился, словно мячик. Вот уж кому сон пошёл на пользу!
      - Доброе утро, дорогой Максим Леонидович! - приветливо заговорил он,
подходя ближе. - Что же вы меня не разбудили? Ай-ай-ай, нехорошо! После
завтрака - махнём на лыжах, а? Ходите на лыжах? По-моему, лыжи - это
единственное, на что здесь можно рассчитывать в качестве источника
удовольствия... Что случилось? - Он настороженно посмотрел вокруг, только
сейчас заметив, что в доме отдыха творится что-то неладное.
      - Человека убили, - ответил я, хмуря брови.
      - Убили?! - Он выкатил глаза от изумления. - Да не может такого быть!
Чтобы здесь - да убийство! Да никогда не поверю!
      - Взгляните сами, - произнёс я, жестом руки приглашая его к месту
происшествия.
      Впрочем, его слова показались мне не лишёнными смысла: для убийства
более подходил бы какой-нибудь фешенебельный отель, чем эта захолустная
конура. Но убийство совершено - и это было непреложным фактом.
      Мячиков вынырнул из толпы. Вид у него был донельзя расстроенный, он
всерьёз переживал, принимая трагедию слишком близко к сердцу.
      - Не могу я смотреть на такие вещи, - чуть слышно произнёс он,
бледнея буквально на глазах. - С самого детства.
      Появился директор. Он тоже был бледен и испуган.
      - Товарищи, товарищи, соблюдайте спокойствие! Отойдите, пожалуйста,
от тела, сейчас прибудет милиция и во всём разберётся.
      - И дёрнул меня чёрт приехать сюда, - в сердцах произнёс кто-то
рядом.
      - И не говорите! - ответили ему в тон. - Сидели бы лучше дома.
      - А главное - убийца где-то среди нас! - добавил третий.
      Последние слова прозвучали зловеще. Люди разом смолкли и исподлобья
уставились друг на друга. Какаято женщина в спортивном костюме громко
взвизгнула и собралась было грохнуться в обморок, но вовремя одумалась и
судорожно закурила. В воздухе повисла настороженность.
      - Кто этот несчастный? - шёпотом спросил меня Мячиков.
      Я пожал плечами:
      - Понятия не имею.
      - Пойдёмте спросим у директора, - предложил он и, не дожидаясь моего
согласия, потащил меня в другой конец холла - туда, где директор пытался
навести порядок.
      - Товарищ директор, позвольте полюбопытствовать, - начал Мячиков,
когда мы приблизились к директору, стоявшему к нам спиной.
      - А? - дёрнулся тот и резко обернулся. - Вы что-то хотели спросить? -
Он смотрел исключительно на меня и Мячикова, казалось, вообще не замечал.
      - Кто этот несчастный? - повторил вопрос мой спутник.
      Тусклый взгляд директора лишь коснулся Мячикова и снова вернулся ко
мне.
      - Передовик производства, с Алтая, - пояснил он, уткнувшись взглядом
мне в переносицу и почему-то боясь смотреть в глаза, - с какого-то рудника.
Их целая группа приехала, пять человек, в порядке поощрения за трудовые
успехи.
      "Вот так поощрение!" - удивился я. Да неужели на Алтае нет места,
чтобы на лыжах покататься да по лесу побродить? Да никогда не поверю! Вот
если бы их в Крым либо в Пицунду отправили, тогда другое дело, тогда ещё
можно как-то расценить это мероприятие как поощрение, а так... Впрочем,
нам, москвичам, не понять психологии провинциалов: возможно, их притягивает
близость Москвы, столицы нашей Родины - кто знает?
      - Спасибо, - поблагодарил я директора, и мы с Мячиковым отошли.
      - Что за нервный тип! - покачал головой Мячиков, косясь на сутулую
спину директора. - Как только вы к нему подходите, дорогой Максим
Леонидович, его в дрожь бросает. Заметили? И вчера, в его кабинете -
помните?
      Да, действительно, это казалось странным. Мой вид, похоже, вызывал у
директора дома отдыха какое-то беспокойство, иначе не смотрел бы он на меня
столь пристально и с какой-то патологической неприязнью.
      Я пожал плечами.
      - Возможно, я ему кого-то напоминаю. Хотя должен согласиться с вами -
его поведение довольно-таки странно.
      На завтрак никто не пошёл, полагаю, аппетитом в то утро никто не
отличался. Все сидели и ждали приезда милиции. К десяти часам кое-кто
отправился собирать вещи. Ещё минут через двадцать часть отдыхающих с
чемоданами в руках столпилась в холле, требуя от директора немедленной
отправки в Москву или хотя бы на станцию, но директор, загораживая своим
торсом проход на лестницу, отвечал:
      - Без паники, товарищи, без паники! Соблюдайте спокойствие. Без
ведома органов правопорядка я не имею права отправить автобус на станцию -
таково распоряжение местного УВД. Потерпите ещё немного, с минуты на минуту
появится милиция и решит вопрос о вашем пребывании здесь.
      - А я, например, не собираюсь отсюда никуда уезжать, - шепнул
Мячиков. - Вы ведь тоже останетесь, Максим Леонидович, не правда ли?
      - Бесспорно, - твёрдо ответил я, уже почуяв возможность окунуться в
новую детективную историю и не желая эту возможность терять. - Бесспорно, я
остаюсь.
      - Вот и ладненько, - пропел Мячиков, радостно потирая свои маленькие
пухлые ручки. - Как только наши доблестные органы разберутся с этим делом,
сразу же махнём на лыжах. Идёт? Посмотрите, Максим Леонидович, какая
чудесная стоит погода!
      Я кивнул. Погода в это утро, безусловно, была прекрасной. Солнце
слепило сквозь пыльные стёкла окон, редкие лёгкие снежинки медленно
кружились, купаясь в лучах дневного светила, ежеминутно переливаясь,
вспыхивая отражённым светом. Полное безветрие - и ни облачка на чистом,
прозрачно-голубом небе; морозный воздух парил над белоснежной землёй, снег
искрился и хрустел под множеством чьих-то ног: А, вот и они!







3.




      Прибытие милиции внесло в атмосферу дома отдыха некоторый порядок и
спокойствие, люди с облегчением вздохнули, почувствовав себя под надёжной
защитой дюжины человек в серой форме. Нас всех попросили разойтись по
номерам и ждать вызова с целью дачи показаний. Мы безропотно подчинились.
      Когда очередь дошла до меня, Мячиков похлопал меня по плечу, пожелал
удачи и посоветовал говорить правду, только правду и ничего кроме правды. Я
покинул номер со стеснённым чувством. Опрос потенциальных свидетелей
проводился в кабинете директора, который любезно согласился предоставить
свои апартаменты под нужды уголовного розыска. Беседу вёл розовощёкий
молодой человек в очках и со стрижкой "бобриком". Он был проникнут
сознанием собственной значимости и больше всего на свете желал, как мне
казалось, сам, лично, без чьей-либо помощи, найти убийцу, а если удастся -
то и обезвредить его. Ему от силы было года двадцать три - двадцать четыре,
но гонора ему было не занимать. Пытаясь казаться суровым, он неумело хмурил
брови и отчаянно травился "Беломором", однако сквозь всю эту напускную
важность и строгость отчётливо проглядывался неплохой в общем-то и неглупый
парень, но при этом такой "зелёный", что я едва сдержал улыбку, совершенно
неуместную в данных обстоятельствах. Помимо него в кабинете находилось ещё
три человека: один в штатском, и двое - в милицейской форме.
      С самого начала я решил подробно рассказать следователю всю правду о
моей ночной вылазке, не утаивая ничего и ничего не скрывая. Во-первых, мои
правдивые показания могли принести пользу следствию, а вовторых, причин
что-либо скрывать у меня не было, так как никакой вины я за собой не
чувствовал. Я выложил ему всё, расписав своё ночное похождение буквально по
минутам, опустив, однако, эпизод с ампулой: она казалась мне к делу
совершенно непричастной. От усердия и охватившего его вдруг азарта молодой
следователь нетерпеливо ёрзал в директорском кресле, то и дело протирал
очки, а когда я закончил, многозначительно переглянулся со своим коллегой в
штатском. Без сомнения, мои слова произвели на него должное впечатление.
      - М-да, ваш рассказ интересен, - произнёс он, пристально глядя мне в
глаза, - но, по-моему, в нём есть некоторые неточности.
      - Неточности? - удивился я.
      - Да, неточности. Вы уверены, что описываемые вами события произошли
именно в три часа ночи, а не раньше и не позже?
      - Абсолютно. За точность своих часов я ручаюсь. Вот, взгляните, идут
секунда в секунду, по ним можно кремлёвские ставить - и не ошибётесь.
      Он сверил мои часы со своими и удовлетворённо кивнул. Но следующий
его вопрос поверг меня в совершеннейшее недоумение.
      - Что вы делали в холле в столь позднее время?
      - В холле? - снова удивился я. - Но я не был в холле!
      - Разве? - Он подозрительно посмотрел на мои ботинки.
      - Клянусь! Я дошёл лишь до середины коридора.
      - Вот-вот, это-то и непонятно. Вы слышали стон, но дошли только до
середины коридора и почему-то повернули обратно, даже не поинтересовавшись
его источником. Неужели вы, гражданин Чудаков, настолько лишены
любопытства?
      Я попытался вкратце описать ему те чувства, которые испытывал тогда,
в тёмном коридоре, но он, помоему, так ничего и не понял и продолжал
недоверчиво коситься на мои ботинки.
      - Всё это прекрасно, гражданин Чудаков, только, знаете, чувства - это
не в моей компетенции. Давайте разберёмся в фактах. Вы утверждаете, что
слышали звук ключа, поворачивающегося в замке одной из дверей. Так?
      - Так.
      - И, конечно же, номера на двери вы не запомнили?
      Я развёл руками.
      - К сожалению, не запомнил.
      - Вот видите, как у вас всё получается, - покачал головой
следователь, - кто стонал - не знаете, номера не запомнили, зачем вообще
выходили из номера, тоже непонятно...
      - Так я же вам... - попытался было возразить я, но он жестом
остановил меня.
      - Ладно, допустим, всё так и было...
      - Да почему же допустим!..
      - Хорошо, хорошо, пусть всё так и было. Тогда ответьте мне хотя бы на
такой вопрос: саму дверь вы найти смогли бы?
      - Думаю, что да. Где-то в середине коридора, по левой стороне.
      - По левой стороне?
      - Ну да, по левой. Это если идти в сторону холла.
      - Вот как? И вы утверждаете, гражданин Чудаков, что шли именно в эту
сторону, когда щёлкнул замок?
      - Разумеется, - ответил я с раздражением. - Простите, гражданин
следователь, но мне не совсем понятен столь пристальный интерес к моим
словам. Я что-то не так говорю?
      Он кинул на меня быстрый, пронизывающий взгляд, в котором сквозило
явное недоверие, полистал какие-то бумаги, нашёл что-то, заинтересовавшее
его, и ответил:
      - Вот показания гражданина Хомякова, это у его номера вы остановились
нынешней ночью. - Следователь поднял на меня вооружённые очками глаза. -
Гражданин Хомяков утверждает, что видел вас идущим по коридору в начале
четвёртого ночи, но...
      - Но? - Я подался вперёд.
      - Но, - следователь умышленно затянул паузу, чтобы придать
значительность своим следующим словам, - и, надо сказать, преуспел в этом,
- но видел он вас идущим со стороны холла! Так-то, гражданин Чудаков. - Он
торжествующе усмехнулся, и стёкла его очков радостно заблестели.
      - Это ложь! - вскочил я, потрясённый услышанным и возмущённый до
глубины души. - Это или ложь, или ошибка - одно из двух.
      Следователь кивнул.
      - Возможно. Возможно, правы вы, а не Хомяков... Итак, вы настаиваете
на своих показаниях, гражданин Чудаков?
      - Ещё бы! Конечно, настаиваю, - ответил я решительно. - Более того, я
настаиваю также на очной ставке с Хомяковым. Немедленно!
      Моя горячность лишь позабавила этого розовощёкого молокососа.
      - Нет, гражданин Чудаков, - покачал он головой, - никаких очных
ставок я проводить не буду - не вижу смысла. Что же касается вас, то вы
лично можете устраивать очные ставки с кем вам заблагорассудится - никто
вас этого права не лишает. Вам ясно?
      - Ясно, - буркнул я, решив сегодня же, нет, сейчас же повидать
Хомякова и как следует его потрясти.
      - Ну, если вам всё ясно, то у меня к вам последний вопрос. В то самое
время, когда вы отлучались из номера, то есть около трёх часов ночи, что
делал ваш сосед - кажется, Мячиков его фамилия?
      - Спал, - уверенно ответил я. - Это так же верно, как то, что Земля
круглая.
      - Вы не ошибаетесь?
      - В чём? В том, что Земля имеет форму шара? - Я усмехнулся. - Нет, не
ошибаюсь.
      Он быстро посмотрел на меня поверх очков и залился ярким румянцем.
Сейчас закипит, решил я. Но он сдержался.
      - Его храп, - добавил я, - наверняка был слышен не только мне.
      Следователь утвердительно кивнул.
      - Верно, его слышали и в других номерах... Что ж, гражданин Чудаков,
- произнёс он сухо, - следствие учтёт ваши показания. Надеюсь, что они
правдивы. Благодарю вас, вы можете идти.
      Но я не торопился покидать кабинет, мне хотелось выложить ему всё до
конца.
      - Послушайте, - сказал я решительно, в упор глядя на его вспотевшую
переносицу, - я хочу вам дать один совет: нажмите как следует на Хомякова.
Возможно, он тоже был в коридоре в тот час ночи, но по каким-то причинам
решил это скрыть; возможно также, что ему выгодно, чтобы подозрения пали на
меня, - это отвлекло бы следствие от него самого.

Предыдущая Части Следующая


Купить фантастическую книгу тем, кто живет за границей.
(США, Европа $3 за первую и 0.5$ за последующие книги.)
Всего в магазине - более 7500 книг.

Русская фантастика >> Книжная полка | Премии | Новости (Oldnews Курьер) | Писатели | Фэндом | Голосования | Календарь | Ссылки | Фотографии | Форумы | Рисунки | Интервью | XIX | Журналы => Если | Звездная Дорога | Книжное обозрение Конференции => Интерпресскон (Премия) | Звездный мост | Странник

Новинки >> Русской фантастики (по файлам) | Форумов | Фэндома | Книг