Русская фантастика / Книжная полка WIN | KOI | DOS | LAT
Предыдущая                         Части                         Следующая
высшая награда, которой удостаивалась от него Наташа в прежние времена.
   Узнав, чем она занимается, мэтр огорченно покачал высохшей птичьей, но
еще сохранившей в посадке изящество великого балеруна, головой. И
предложил похлопотать, чтобы устроить на настоящую работу. Наташа не
сомневалась:
   Растоцкому достаточно позвонить, чтобы ее взяли хоть в "Мариинку". Нет.
Не в "Мариинку", конечно, но...
   "Спасибо, дядя Сережа, может быть, потом..." "Потом, голубушка моя,
меня может и не быть". Шутка. Растоцкий в свои под семьдесят, хотя и иссох
телом, от Вечности был еще далеко.
   Что же до голландского конкурса, то здесь мэтр триумфа ей не обещал. В
Голландии побеждают голландцы.
   Максимум - третье место. И то если подыграть конъюнктуре.
   - Не хочешь, Наташенька, осенью в Италии потанцевать? Там тебе лучше
будет.
   Наташа хотела. Но от Голландии отказаться уже не могла. Тем более
третье место - совсем неплохо. И деньги, с которыми последний год совсем
туго, - тоже неплохие. Даже за участие, от русского спонсора.
   - Третье место - будет, - уверенно пообещал Растоцкий. - В номере твоем
кое-что подправим, кое-что прибавим-убавим, лучше не станет, да и Бог с
ним.
   Жюри понравится.
   Договорились на послезавтра. Уже не дома (хотя в шестикомнатной
квартире Растоцкого места хватало), а на студии. Там - строже.
   Напоследок порасспросив Наташу о маме и велев позвонить и передать,
чтоб заглядывала, не забывала, Растоцкий Наташу отпустил. И еще раз
обнадежил.
   Так что домой Наташа ехала в розовом тумане. Забыв о том, что, кроме ее
мира, есть и другой.
   И этот другой мир не замедлил напомнить о себе.
   - Она, сука! - злобно сказала Лариса, показывая своим спутникам на
вышедшую из-за угла девушку.
   Один из мужчин, мышцеватый, лет двадцати пяти, с лихими усиками, тихо
присвистнул.
   - Клевый кадр! - сказал он. - Чем же она тебе, Ларка, не подфартила?
   - Из-за этой розочки три мужика теперь живьем гниют! - фыркнула женщина.
   - Ни хрена себе! Черный пояс, да? Так, может, она и нас замочит?
   - Не она, хахаль!
   - Так в чем проблема? - ухмыльнулся свистун. - Давай хахаля и чпокнем.
Жаль такую милашку позорить!
   - Жорик, - сердито сказала женщина. - Ты зелень взял? Давай работай.
Счас она в подъезд зайдет. Дашь ей дверь открыть и заваливай. Гвоздь - то
же самое.
   - Хахаль-то нам кайф не сломает?-спросил Гвоздь, дерганый худой мужик с
фиксой.
   - Не ссы. Хахаль к Башмаку поехал.
   - К Корвету, что ли?
   -Ну.
   - Ну ты, бля, что, подставить нас хочешь? - зашипел Гвоздь. - Под
"тобольцев"?
   - Не ссы, я сказала! Башмак за него не встанет. Разве для понта елдой
помашет!
   - Харе базарить. Гвоздь, - сказал Жорик. - Двигаем. Вон она уже рядом.
   Наташа, тихонько напевая, достала ключи, Андрея дома наверняка нет. Ну
и ладно. В последние дни она старалась не думать об их взаимоотношениях.
Что будет, то будет.
   Наташа открыла оба замка, потянула дверь на себя... И чужие пальцы
сдавили ей горло. - Только тихо, кисочка, - сказали ей в ухо. - И все
будет нормалек!
   Ласковин приехал на Конюшенную без пяти шесть. Его уже ждали. Митяй. И
не только.
   Мелехов и Коваль, два неразлучных дружка, семь на восемь; Крупицкий,
которого Андрей не видел уже лет пять (по слухам, открыл школу где-то в
Канаде; вранье, выходит?); Лешка Вожжа, трудившийся в телохранителях у
Нагибина, и с ним - Ростик Саэтдинов, капитан, особоуполномоченный и т. д.
Конечно, здесь был Шиляй, как же без него? И еще четверо из башкеевской
школы, Ласковин не помнил, как зовут, но в лицо знал хорошо. И сам
Башкеев, седой весь, но боец - будь здоров: мастера со временем только
крепчают, как хорошее дерево. Короче, не один-два, как рассчитывал Андрей,
а двадцать! Половина - зимородинских, остальные - кто откуда.
Друзья-соперники десятилетней с хвостиком давности.
   Арсюха Стужин, с которым вместе сдавали на зеленый пояс; Юрка Русков, у
коего Ласковин подружку увел в незапамятные времена (первую свою подружку,
кстати); Грушин, с этим и в новые времена оттянулись в масть, когда от
"Шлема" к финикам катались...
   В общем, едва Ласковин вылез из машины, тут же оказался в толпе.
Обступили, хлопали. Мяли.
   "Здорово, боец!" - "Ну, Ласка, как житуха?" - "Как в старые времена?
Дадим шарлатанам просраться?"
   Матерые мужики. Каждому минимум под тридцатник, а иным уже и на пятый
десяток перевалило. Кто худой, кто брюхом обзавелся. Кто преуспел, кто не
очень.
   Иные и отвоевали.
   - Я тут провел агитацию, - шепнул довольный Митяй. - Ты-то не против?
Не помешает?
   Ласковин едва не прослезился.
   А тачки все подъезжали. К шести скопилось уже человек тридцать. Даже
менты заинтересовались: вдруг разборка в центре Питера?
   Ростик к ним подошел, ксиву показал: "Все в норме. Собрались кореша
годовщину справить. Без заморочек".
   Ласковин смотрел на знакомые и полузнакомые лица, умилялся. Надо же! А
думал: один, сам себе брат.
   - Что, Ласка, время? - это Шиляй. - По машинам?
   - Да тут недалеко, пешком, - сказал Андрей. - Спасибо, мужики, не
ожидал! - добавил растроганно.
   - А ты думал! - отозвался Шиляй. - Покажем нынешним старую гвардию! -
И, понизив голос: - Я бы и глоткорезов своих прихватил, да зачем танец
портить. Я прав?
   - На все сто.
   - Тогда командуй.
   - Значит, так, - повысив голос, чтобы все было слышно, произнес
Ласковин. - Мужики, внимание! Расклад такой: я иду первым. С отрывом минут
пять максимум.
   Затем вы. Дверь, я постараюсь, чтобы открыли, они там гостей не
очень-то жалуют.
   Ну а вошли - особо не церемониться. В рамках, конечно.
   - Милое дело, - подхватил Коваль. - Кто возбух - в пятачину!
   - А кого учить будем? - поинтересовался кто-то.
   - А тебе не один хрен? - опередив Ласковина, ответил Вожжа. - Ты,
главное, жопу береги, Кузя! А то заседать не на чем будет!
   - Базар, бойцы! - гаркнул Шиляй. - Давай, Ласка, двигай. На праздник
опоздаем!
   - Точно! - подхватил кто-то. - На работу, как на праздник!
   Вокруг засмеялись.
   - Давай адрес! - потребовал Шиляй.
   - Конюшенная, 13. Во двор и направо. А потом налево и вперед. Железная
дверь в подвал в правом дальнем углу. За кучей мусора. Для верности я на
ней крест нарисую.
   - Ясно, - кивнул Шиляй.
   - А сэнсэй у них кто? - спросил Крупицкий.
   - Лешинов. Знаешь такого?
   - Встречал где-то фамилию. Крут?
   - Крут, - кивнул Ласковин. - Но им я сам займусь.
   - Лешинова я знаю, - вмешался Башкеев. - Если это тот, что у Галицына
лет двадцать назад...
   - Вот этого я вам не скажу, - качнул головой Андрей. - Он больше как
экстрасенс известен.
   - Если экстрасенс, то надо было Стежня подписать, - сказал Русков. - Он
теперь тоже, я слышал, экстрасенсом заделался.
   - Точно, - подтвердил Крупицкий. - Я его в Неметчине в прошлом году
видел.
   - Дрался? - спросил Вожжа.
   - Я дрался, а он судил. Стежень - это уровень. Митяй, почему Глебушку
не позвал?
   - Да он где-то за городом живет, - ответил Николай. -
Законспирировался, как Джеймс Бонд.
   - Вспомнил твоего Лешинова, - сказал Шиляй. - В программке его видел.
На последней странице. Значит, заходим туда, где ты, Али-Баба, крест
поставишь. И никакая Гюльчатай его не сотрет?
   - Сотрет - сам сообразишь.
   Приподнятое настроение Ласковина, вызванное мощной поддержкой,
понемногу рассеивалось. Он нащупал в кармане куртки Корветов ствол.
   Два пистолета, кинжал и три десятка настоящих бойцов за спиной. Если
этого не хватит, тогда только атомная бомба. Сбоку возник Саэтдинов.
   - Ямэн, мужики. Ласка, на пару слов. Ко мне в машину, ладно? - Пошли.
   Что-то интонация у капитана какая-то не та. Может, связываться не хочет?
   Но тогда зачем пришел?
   Сели в машину. Взгляд особоуполномоченного Ласковину понравился еще
меньше интонации.
   - Времени мало, - сказал Саэтдинов. - Поэтому сразу к делу. Ты в курсе,
что на тебя всесоюзный розыск объявлен?
   - Нет, - осторожно ответил Ласковин. - Но предположить могу. Я за
последние полгода столько всего натворил, что меня по нашим законам с ходу
сажать надо.
   Ростик хоть и мент, но старый кореш. Влет вязать не станет. Да и не
сможет, пожалуй.
   - Это я тебе как другу, - сказал Андрей. - А тех, с кем я разбирался,
вообще из зоны выпускать нельзя.
   - Вот это не тебе судить, - сухо ответил Саэтдинов.
   - Возможно. Зато можно списать на бандитские разборки. У меня, Ростик,
теперь даже кличка есть, как у заправского бандюгана. Спортсмен.
   - Ни хрена себе! - изумление вытеснило все прочие чувства. - Так это
ты, значит? Что ж, слыхал. То-то ты две пушки на себе таскаешь.
   - Заметил?
   - Слепой не заметит. Значит, ты - Спортсмен... Крепко. О тебе прямо
легенды ходят, даже завидую, старик!
   - А арестовывать не будешь? - усмехнулся Ласковин.
   - А ты мне ничего не говорил.
   - За что же меня ищут? - спросил Андрей. - За Крепленого?
   - Если бы! Не Спортсмена ищут, а Ласковина Андрея Александровича. И
инкриминируют тебе убийство при отягчающих, садизм, изнасилование...
короче, целый букет.
   - Ни хрена себе!
   Теперь пришло время изумляться Ласковину.
   - И давно ищут? - спросил он. - Я ж, вроде, не прячусь.
   - То-то и оно, что недавно. С сегодняшнего утра. Ты квартиру на
проспекте Блюхера арендуешь?
   -Да.
   - Там обнаружен труп женщины. Избитой, изнасилованной и задушенной.
   Андрей постарался, чтобы на лице его не отразилось ничего лишнего.
   - Я ее не убивал, - сказал Андрей. - И не насиловал.
   - Но домой к себе ты ее привез?
   - Я, - признался Ласковин.
   - Может, случайно, заигрались, а ты не заметил?
   - Я что, похож на садиста?
   - Могу тебе сказать как профессионал: половина садистов не похожи на
садистов.
   - Но меня-то ты знаешь!
   - Знаю, - кивнул Саэтдинов. - Поэтому и толкую с тобой. Совет: бабу эту
ты к себе не привозил и никаких трахов в цепях с ней не устраивал.
   - Я и не устраивал, - хмуро сказал Ласковин. Вот не было печали! Мало
ему Лешинова и остального!
   - Тебя подставляют, - сказал Саэтдинов. - И подставляют грамотно.
Звонок доброжелателя: в квартире такой-то за стенкой кричит женщина.
Причем, как выяснилось, соседи ни криков не слышали, ни, естественно,
звонков в милицию не делали. Но дело похабное. Ты теперь - маньяк. И на
тебя спокойно можно еще десять дел списать.
   - Я ее не убивал, - напомнил Ласковин.
   - Мне можешь не говорить. Что я не знаю, как на тебя бабы вешаются? Но
ты, старик, столько хвостов прижал, что сам черт не разберет, кто тебе эту
срань лепит.
   - Может, ты это дело себе возьмешь? - с надеждой спросил Ласковин.
   - Не могу, не мой профиль. Разве что шепну кому надо, чтобы по-дешевому
тебя не давили. Но херово будет, это наверняка. Ищи крутого адвоката.
   - Мне бы, Ростик, сегодняшний день пережить, - вздохнул Андрей.
   - Что, эти, кого мы урезонивать идем, так опасны?
   - Лешинов опасен. Если бы он парнишку моего не захватил, я бы, может, и
не рискнул змею в норе душить. И вообще их там - до жопы. Сам не знаю
сколько.
   Иначе бы и не стал вас заряжать. У тебя, кстати, неприятностей не
будет, если начальство узнает? Ты же человек государственный.
   - Начальство не узнает, - усмехнулся Саэтдинов. - Не в первый раз. Ты
только из этого, -похлопал по ласковинской кобуре, - не очень-то пали.
   - Как получится. Потому и сказал, что сам Лешиновым займусь. Кроме
меня, его никто не сделает. Некому.
   - Ладно хвастать. Так уж и никто? Ни Ширяй, ни Крупа, ни Стужин?
   - Никто, - Андрей покачал головой. - Поверишь или нет, но он - колдун.
   Натуральный.
   - Хрена ж себе! Ты знаешь, поверю. Хоть башка не принимает, но пару раз
уже сталкивался и... реально работают, как Слава Зимородинский говорит.
Кстати, почему он-то не пришел?
   - Не смог, - покривил душой Ласковин. Говорить о своем сэнсэе, что он
трус?
   Нет, увольте!
   - Может, и прав Стужа: Глеб Стежень не лишний был бы. Раз тоже
экстрасенс.
   - Глеб и как боец - первый класс, - сказал Ласковин. - Но ведь нет его.
   Есть и против лома приемчики, сам знаешь. Я справлюсь, Ростик. А не
справлюсь, тогда... плохо.
   - Ладно, сексуальный маньяк. - Саэтдинов подмигнул. - Не робей,
подмогнем.
   - Спасибо. Пошли, что ли?
   - Пошли. Я тебе все сказал.
   - Шиляй, - произнес Андрей, когда они вышли на площадь. - Я иду.
Вопросы есть?
   - Никаких. Входим через пять минут и давим квалификацией передовую
молодежь. Главного оставляем для тебя. Не перепутаем?
   - Вряд ли.
   - Тогда я пошел. Митяй, пригляди за моей спиной. Чтоб не повис никто. А
то вдруг раньше времени при знают.
   - Я пригляжу, - сказал Саэтдинов. - Мне привычней,- И вполголоса: -
Удачи, Спортсмен!
    
 Ударила Наташа скорее от неожиданности, чем по умыслу. Не зря все-таки
Ласковин с ней работал. Действия на уровне рефлексов тела.
   Резкий удар назад локтем правой руки - схвативший ее крякнул, но хватки
не ослабил - и второй, снизу вверх, пяткой в пах.
   - У-йу, - сказал Жорик и мгновенно отпустил девушку.
   Ну он бы ей врезал... если бы мог! По самым помидорам угодила, дрянь
такая!
   Пока Жорик в характерно-образной позе костерил девушку. Гвоздь прыгнул
вперед и крепко прижал Наташу к стене так, что ей ни рукой, ни ногой не
шевельнуть. А снизу уже спешила Лариса. Если удастся затолкать девушку в
квартиру, то потом им уже никто не помешает сделать с ней все что угодно.
   Бандит смрадно дышал Наташе в лицо. В полумраке подъезда она толком не
могла его рассмотреть - только золотой блеск в ощеренном рту.

Предыдущая Части Следующая


Купить фантастическую книгу тем, кто живет за границей.
(США, Европа $3 за первую и 0.5$ за последующие книги.)
Всего в магазине - более 7500 книг.

Русская фантастика >> Книжная полка | Премии | Новости (Oldnews Курьер) | Писатели | Фэндом | Голосования | Календарь | Ссылки | Фотографии | Форумы | Рисунки | Интервью | XIX | Журналы => Если | Звездная Дорога | Книжное обозрение Конференции => Интерпресскон (Премия) | Звездный мост | Странник

Новинки >> Русской фантастики (по файлам) | Форумов | Фэндома | Книг