Русская фантастика / Книжная полка WIN | KOI | DOS | LAT
Предыдущая                         Части                         Следующая
-  он  не  коверкал саккаремские слова, однако произносил их с легким гортанным
акцентом.  Тотчас в диалог вступил истинный саккаремец, Фарр это  понял  сразу:
изысканный, вычурный выговор уроженца Мельсины.
     -   ...Нет,  нет,  почтенный  господин  посланник.  Шад  более  не  желает
выслушивать  ваши  отговорки.  Мы  не понимаем,  отчего  богоподобный  басилевс
Тиберис отказывает нам. Ты же видишь, без помощи волшебства, свято хранимого на
вашем  Острове, победить орду мергейтов невозможно, я уж не говорю о той силе,
что стоит за спиной Гурцата. Ты, Гермед, сам слышал рассказ аттали о Диком Гоне
-  столь невероятных событий не происходило уже более тысячи лет. Гурцат  сумел
возродить или, что скорее всего, найти древнюю магию...
     Голоса приближались, и Фарр испугался, что его сейчас застанут на тропинке
и  поймут:  он  подслушивал. Конечно, можно оправдаться:  направлялся,  мол,  к
аттали,  а тут вы, почтенные... И кому вообще интересен молодой мардиб?  Однако
атт-Кадир,  неким  шестым чувством уяснив, что невольно  становится  свидетелем
крайне важного разговора, нырнул в кусты жасмина и затаился, опасаясь, что  его
белый с серебром халат отлично просматривается сквозь зеленые ветви.
     -  Арранты полагают, - снова заговорил иноземец по имени Гермед,  -  будто
волшебство  здесь  ни  при чем. Гурцат - выдающийся полководец.  Подобные  люди
рождаются  раз  в  тысячелетие. Странности, сопровождающие  его  завоевательный
поход, не более чем зловещие совпадения или проявления особых сил природы. Я не
хочу  тебя  обидеть,  уважаемый  Энарек, благо считаю  тебя  своим  другом,  но
осмелюсь  заметить: проигравшие всегда ищут оправдания своему поражению,  сколь
невероятно оно бы ни звучало.
     Саккаремец огорченно вздохнул, а Фарр наконец увидел сквозь листья, как на
каменную  дорожку  из-за угла вышли двое. Первый был высок,  очень  широкоплеч,
красив  лицом  и облачен в пурпурную мантию, под которой скрывался вызолоченный
доспех,  откованный  в  форме человеческого тела. Свисающие  кожаные  полосы  с
бляхами  прикрывали  ноги лишь до колен, а ниже были видны роскошные  сандалии.
Аррант. Безусловно, аррант.
     Рядом  же,  шаркая по зеленовато-серому граниту остроносыми  туфлями,  шел
худощавый  и сутулый человек, с острой бородкой, окрашенной в яркую  рыжину,  в
шафраново-желтом  халате и невысоком тюрбане, на котором,  однако,  красовалось
усеянное  бриллиантами  и крупными изумрудами серебряное  перо  -  высший  знак
власти в Саккареме.
     "Неужто  шад?  -  в  смятении подумал Фарр. - Нет, не может  быть!  Аррант
называл   этого   человека  Энареком  и  разговаривал   с   ним   без   должной
почтительности. Видимо, просто один из приближенных Даманхура..."
     -  Гнев  богов,  проявившийся в Мельсине, - более чем  спокойно  продолжил
человек  в  желтом, - не измышление. Дикий Гон, происшедший два  дня  назад,  -
реальность.  Невероятные  способности хагана мергейтов превосходят  возможности
человека.  Вспомни,  друг  мой, штурм Мельсины -  города,  который,  прости  за
откровенность,  не  смогли  бы  взять  даже  прославленные  легионы   басилевса
Тибериса. Очень много странного творится вокруг в последнее время...
     -   Тварный  мир  вообще  вещь  удивительная,  -  снисходительно  произнес
великолепный аррант. - Энарек, мы с тобой, как ты верно заметил, друзья и знаем
друг  друга  не первый год. Я позволю себе признаться в том, о чем  никогда  не
скажу  лично  Даманхуру или любому другому саккаремцу. Я знаю,  в  чем  причина
войны.  Знаю, отчего происходят все эти, как ты называешь, "странности". Однако
надо  мной довлеет слово басилевса, каковое гласит: "Это только война, и ничего
больше". Ты меня понимаешь? Вот и отлично. Давай больше никогда не возвращаться
к этому разговору.
     -  Аррантиада  и  ее интересы превыше всего, - с обидной  иронией  ответил
управитель.  -  Любопытно, что ты будешь говорить, когда Гурцат,  влекомый  все
далее  и  далее неким демоном, захватившим власть над степняками, высадится  на
берегах Аррантиады?
     -  Да,  ты прав. Для меня благо нашего Острова - первейшее дело.  Но  могу
тебя успокоить. Гурцат никогда не вступит на землю Великолепных.
     -  Две  луны назад мы говорили то же самое, имея в виду улицы ныне  павшей
саккаремской столицы. Но раз ты попросил больше не говорить об этом, я  замыкаю
источник  своих  уст.  Лучше давай побеседуем о переходе  армии  из  Дангары  к
Меддай...
     "Кэрис  и  Драйбен  верно предполагали, - с тихой радостью  подумал  Фарр,
когда  двое  благородных  мужей  исчезли из  виду,  и  их  голоса  стали  почти
неразличимы. - Арранты знают многое... Но почему тогда не хотят помочь?"
     Атт-Кадир выдрался из кустов, пытаясь соблюдать тишину, и, забыв  о  своем
желании  узреть  воочию шада Даманхура, рванулся прочь,  на  улицу.  Безмолвные
телохранители Солнцеликого глянули ему вслед, однако задержать не пытались.
     Этим вечером Фарр пропустил и закатную и полуночную службу.
     * * *
     -  Очень  интересно. Ну прямо-таки захватывающе. - Кэрис, выслушав рассказ
Фарра,  даже  забыл  о кубке, полном вина. Между прочим, бурдюк  он  извлек  из
мешка, который, судя по всему, пребывая в радости от встречи с хозяином,  начал
производить  невероятно  вкусные  и крепкие  напитки,  принятые  у  вельхов.  -
Драйбен, что скажешь?
     - Что кое-кто, - нардарец хмуро поглядел на Кэриса и перевел взгляд на его
чашу,  пахнущую  лесными  плодами, - очень скоро умрет  от  невоздержанности  в
питии. Между прочим, ты выдул сегодня не меньше двух ведер этой отравы.
     -  Не  нравится  -  не пей. А ты, Фарр, не сверли меня столь  укоризненным
взглядом.  Знаю,  здесь храм и все такое, а ваш Провозвестник не  одобряет  сок
виноградной  лозы. Но ведь это вино сделано из ежевики, а ее Эль-Харф  в  своей
Книге не упомянул. Ваше здоровье, между прочим.
     Под  развязными речами Кэрис пытался скрыть озабоченность, появившуюся  за
тем,  как  Фарр атт-Кадир, едва только не в мыле, прибежал в их  комнатку  и  с
пятого на десятое изложил суть подслушанного разговора. Итак, теперь можно было
с полной уверенностью утверждать: арранты действительно знают больше, чем хотят
показать. Но почему тогда ничего не предпринимают?
     -  У  меня есть предположение, которое, однако, может выглядеть безумным,-
после  некоторых  размышлений  заявил Драйбен. - Островитяне  совершенно  точно
бывали  раньше в Пещере, где живет Оно. Помните, на стене были фигуры созданные
ожившим  камнем? Каждый из нас видел силуэт арранта в тоге. По всей  видимости,
Повелитель  Самоцветного кряжа украшает подгорное жилище образами своих  жертв.
Впрочем, это неважно. Я с большой долей уверенности могу предположить, что кто-
то из аррантской экспедиции выбрался с Тропы и сумел унести ноги.
     -  Стоп,  стоп!  - вдруг закричал вельх. - Ну-ка поднимайтесь  и  пошли  в
библиотеку!  Сейчас вечер, но, я думаю, нас пустят, благо даже ночные  часы  не
отменяют распоряжений мудрейшего аттали.
     -  Зачем?  - удивился Фарр.- Мы и так перерыли почти все свитки по  магии,
колдовскому искусству и летописи Столетия Черного неба. Что еще искать?
     -  Вот! Именно! Мы читали книги только одной определенной направленности -
волшебство,  колдовство,  нарлакский  "Герметический  Корпус",  апокрифы   Эль-
Харфа... Какими мы были идиотами! Спасибо Драйбену, он навел на мысль.
     Кэрис  вскочил  с  ковра, едва не опрокинув вино, растянулся  в  улыбке  и
выпалил:
     -  Каждый  аррантский  путешественник ведет дневники,  а  потом  старается
написать  сочинение  о своих приключениях. Если когда-то  некая  экспедиция  из
Арра,  Лаваланги или, к примеру, Аланиола отправлялась исследовать  Самоцветные
горы,  значит,  ее следы мы можем обнаружить в записях. Драйбен,  вспомни,  как
именно выглядел аррант, появившийся на стене пещеры?
     -  Оторочка  тоги... - сдвинул брови Драйбен, вспоминая, -  скорее  всего,
принадлежит  к  флавийскому  стилю,  принятому,  если  не  ошибаюсь,  в   эпоху
царствования басилевсов династии Аргистисов. То есть около шестисот-семисот лет
назад.  Может  быть,  чуть  больше. Ни до,  ни  после  кесарей  из  этой  семьи
флавийские  узоры  не  употреблялись - слишком вычурны, а философия  Аррантиады
призывает видеть красоту в простоте. Следовательно, от пятисот пятидесятого  до
семисот тридцатого года нашей эпохи. Постойте-ка...- Нардарец рванулся к своему
сундуку  и  извлек книгу в зеленой обложке. Заглянувший ему через  плечо  Кэрис
присвистнул. Под заглавием стояла дата: 608 год.
     -  Есть!  -  воскликнул вельх. - Два совпадения! Твоя книжка переведена  с
аррантского,  а,  как  ты  утверждаешь,  написана,  именно  в  годы   правления
Аргистисов.  Первоисточник Далессиния Коменида, который мы видели в библиотеке,
написан  лет на пятьдесят раньше. Сам Далессиний происходит родом из Лаваланги,
однако, скорее всего, не участвовал в походе своих соотечественников на материк
и  записал историю с чьих-то слов. Далее. У нас уже есть три основные  посылки,
из которых можно делать дальнейшие выводы. Некогда я читал...
     Драйбен  фыркнул,  и  даже Фарр улыбнулся. Представить  себе  их  приятеля
читающим было почти невозможно.
     -  Нечего  ржать!  Так  вот, я читал книгу известного  философа  (Драйбена
начало  тряси  от  смеха)  Луция  Астурдийского и  запомнил  принадлежащую  ему
чудесную мысль, каковая гласит: "Если допустить, что в мире Творения существует
хотя бы одна отправная точка, которая не является символом чего-то иного или из
нее не проистекает что-то иное, то мы ошибаемся, как никто во Вселенной".
     - Это ты о чем? - удивился глубокомысленности сказанного Драйбен.
     - О том, что на основании всего сказанного я могу делать следующие выводы:
экспедиция  аррантов в Самоцветные горы состоялась в конце пятисотых  -  начале
шестисотых годов нынешней эпохи, что часть путешественников сумела вернуться  в
Аррантиаду  и потешить Далессиния Коменида удивительным рассказом.  Потому  как
сей  ученый  муж  жил  именно в Лаваланге, я заключаю: неугомонные  островитяне
отправились  на  материк  именно  из  этого  города.  Теперь  достаточно   лишь
посмотреть соответствующие летописи, и мы выйдем на след...
     -  Все  твои рассуждения ничего не стоят, - возразил нардарец. -  Хотя  бы
потому,  что  все  необходимые нам рукописи с отчетами  путешественников  можно
найти  только  на Великолепном острове, и то если они за столько  лет  не  были
похищены,  не  погибли в пожаре или их не сгрызли крысы.  А  даже  если  они  и
существуют,  то  арранты никогда не покажут тебе свитки  хотя  бы  потому,  что
считают тайну Владыки Самоцветных гор своей собственностью. В этом мы убедились
после  рассказа Фарра: сам басилевс Ти-берис заинтересован в деле, и я осмелюсь
предположить, что Царь-Солнце хочет использовать знания о Пещере в неких своих,
одному  ему  известных целях. Следовательно, рукопись, которая в  теории  может
существовать, хранится за семью замками, от любопытных взглядов таких  пройдох,
как ты.
     -  Семь  замков,  -  проворчал вельх. - Да хоть семьдесят!  Напоминаю  для
некоторых, особо подверженных скептицизму, - я броллайхан.
     - Так что же, придется ехать в Аррантиаду? - робко спросил Фарр.
     - Наверно... Не прямо сегодня, конечно. Сейчас идем в библиотеку, - может,
найдем какие следы в списках летописей седьмого или восьмого веков. Быстро!
     * * *
     - У тебя в заднице даже не шило, а огромная неструганая оглобля, - шепотом
ругал  Драйбен  вельха.  -  Пришли бы утром, как  нормальные  люди.  Никуда  не
опаздывает тот, кто не торопит коня, ибо скакун от изнеможения может  пасть,  и
путник останется один на дороге, поставленный перед выбором - либо идти пешком,
либо отменить все дело.
     - Какие мы дураки! - упрямо нагнул голову Кэрис. - Как мы только раньше не
додумались сопоставить все факты? Я еще посмотрю, что ты запоешь, когда  Гурцат
и  его красавцы пройдут стальной лавиной по твоему любому Нардару! Вот ты целых
два  дня  меня  спрашиваешь о том, что я делал во время  Дикого  Гона?  Хорошо,
удовлетворю твое любопытство. Я попытался пощупать на крепость нашего  главного
врага. Я столкнулся, заметь, не с ним самим, а только с его воплощенной мыслью.
И  получил по заслугам - кролик не может драться с тигром. Это чучело  едва  не
отправило  меня  из  мира зримого в мир незримый, но в самый  последний  момент
почему-то  не  решилось довести дело до конца. Теперь понимаешь, почему  я  так
боюсь существа, овладевшего мергейтским хаганом?
     - Не совсем, - усмехнулся Драйбен.
     -  Ах, не совсем? - Вельх бросил на нардарца свирепый взгляд и остановился
перед  дверью  в здание библиотеки. Закат догорал, и сумерки вечера  постепенно
сменялись темнотой. - Тогда посмотри. Показываю первый и последний раз, хотя бы
потому, что мне самому это неприятно. Фарр, спустись вниз и немножко погуляй  в
саду. Я что тебе сказал? Иди!
     Атт-Кадир непонимающе посмотрел на двоих друзей, но все-таки развернулся и
послушно  зашагал  вниз,  даже не думая о том, как бы подсмотреть,  что  именно
будет происходить. Кэрис все-таки не человек и чувствует на себе чужой взгляд.
     Вельх  быстрым движением сдернул с пояса Драйбена кинжал, повертел  его  в
руке,  ловя отполированным лезвием свет нарождающихся звезд, подбросил  клинок,
снова поймал и... Резко вонзил его себе в грудь между четвертым и пятым ребрами
слева от грудины. Точно в сердце. У Драйбена задрожали колени.
     -  Видишь?  - Голос Кэриса почти не изменился. Рукоять кинжала торчала  из
его  груди, лезвие погрузилось в плоть по гарду, а по белой рубашке стекали  на
живот расплывающиеся пятна крови. - Лет пятьдесят назад в стране горных вельхов
я однажды попал в капкан, установленный на медведя...
     - В капкан? - переспросил нардарец. - В смысле - сам попал или помогли?
     - Сам. Я просто был тогда в своем истинном обличье. Про капкан забыли, и я
целых  девять  дней не мог выбраться. Потом люди из клана Мерфи вспомнили,  что
установили  ловушку,  и  пришли  туда.  Меня  истыкали  копьями,  отрубили  все
конечности  и  сняли шку... кожу. И, как видишь, я до сих  пор  жив  и  неплохо
выгляжу.  Но  думаю, ты можешь понять, каково мне было тогда. Убить броллайхана
почти  невозможно.  Вернее, не убить, а распылить по миру. Так  вот,  давеча  я
стоял на этой грани. Ясно?
     -  Ну...  Ясно.- Драйбен в который раз подумал о том, насколько  необычное
существо стало его другом. - Ты меня извини, конечно. Теперь я понимаю,  почему
ты боишься.
     -  Не  боюсь, а опасаюсь. Разные понятия. - Кэрис выдернул клинок из своей
груди  и  вытер  окровавленную сталь о кусок тряпки, обнаружившийся  в  кармане
шаровар.  - И опасаюсь не за себя, а за весь мой народ. Очень немногочисленный,
между прочим. Думаю, что, если броллайханы уйдут, этот мир не станет лучше.  Мы
тоже часть Творения, а разрушать картину, созданную Отцом всех богов, не вправе
ни  ты,  ни  я, ни тварь, засевшая в Самоцветных горах. Возьми кинжал,  кстати.
Хорошая ковка. Эй, Фарр, поднимайся! Давай, давай, мы поговорили!
     * * *
     Библиотека    отнюдь    не   пустовала.   Мардиб-хранитель,    разумеется,
отсутствовал,  пребывая ныне на вечернем богослужении, но в  глубине  огромного
помещения,  средь  пыльных шкафов и угловатых каменных полок светился  довольно
яркий  огонек фонаря. Кэрис, а вслед за ним и Драйбен уверенной походкой людей,
прекрасно знающих, что им позволено все или почти все, прошествовали  к  столам
переписчиков,  один из которых занимали развернутые инкунабулы,  придавливавшие
по  углам  расстеленную в середине карту материка Длинной Земли. На  деревянном
стульчике  спиной  к  новоприбывшим  восседал  некий  незнакомец  со   светлыми
волосами, распущенными по плечам.
     -  Эй,  -  окликнул позднего посетителя библиотеки вельх. - Ты чего  здесь
делаешь? Кто пустил?
     Человек   преувеличенно  медленно  повернулся,  окатив  Кэриса   настолько
презрительно-безразличным взглядом, что тот аж отступил на шаг.
     -  Тебе-то  что за дело? - процедил он, выговаривая саккаремские  слова  с
ясно  заметным акцентом. - Не мне, нардарскому дворянину, сыну кониса  и...  А,
так это ты, бродяга? Вот интересно, поблагодарил ли ты Солнцеликого шада за то,
что он спас твою жизнь в пустыне?
     Драйбен   моментально  признал  в  незнакомце  соотечественника,  молодому
человеку  даже  не  стоило представляться. Поэтому бывший эрл  Кешта  отстранил
слегка  опешившего Кэриса и, мельком глянув на посерьезневшего Фарра,  выступил
вперед.  Поклонился  по нардарскому обычаю, но не глубоко,  как  смерд,  а  как
следует дворянину, приложив правую ладонь к груди:
     -  Да будет позволено мне назваться. Драйбен Лаур-Хельк, последний из рода
эрлов Кешта. Могу ли я узнать имя благородного собеседника?..
     Светловолосый худощавый парень, сидевший за картой, был знаком с  этикетом
не понаслышке, а посему вскочил и наклонил голову в ответ:
     - Асверус Лаур, младший сын светлейшего кониса Юстиния. - На лице Асверуса
не  промелькнуло  и тени удивления, но в глазах засветился интерес.  -  Дорогой
родич, в столице тебя считали давно погибшим...
     -  Увы  для  многих недоброжелателей, но это не так. - Драйбен нахмурился,
что-то припоминая, и наконец позволил себе осторожно осведомиться: - Сударь,  я
в  годы  молодости  и  благоденствия неоднократно бывал при дворе  венценосного
кониса, однако...
     -  Однако  мы не встречались, - довольно твердо отрезал Асверус.  -  Тебе,
родич, уже не меньше тридцати лет, мне тогда от силы исполнилось десять, а наша
семья  славится  плодовитостью...  Всем известно,  что  отец  мой  конис  может
пересчитать  всю  свою  армию вплоть до распоследнего фуражира,  но  количество
отпрысков его исчислению не поддается.
     Драйбен  фыркнул, хотя это и было нарушением приличий перед лицом  принца.
Астиний   был  славен  любвеобильностью,  и  только  законных  детей   у   него
насчитывалась полная дюжина, не говоря уж о бастардах.
     -  Остановитесь,  -  взмолился Кэрис. - Драйбен, плюнь на  этого  надутого
гусака  и давай займемся делом. Не видишь, юноша просвещается, наверное впервые
в  жизни  дорвавшись до достойной библиотеки. Небось всю жизнь доныне провел  в
военных смотрах и соколиных охотах.
     Это  было уже неприкрытое оскорбление. На следующее утро Драйбен так и  не
смог  решить  каким  образом вельх сумел пропустить удар со  стороны  Асверуса.
Ясновельможный принц не стал марать свой длинный палаш, а попросту  наклонился,
мгновенно  перехватил тяжелый табурет за ножку и наотмашь съездил обидчику  сим

Предыдущая Части Следующая


Купить фантастическую книгу тем, кто живет за границей.
(США, Европа $3 за первую и 0.5$ за последующие книги.)
Всего в магазине - более 7500 книг.

Русская фантастика >> Книжная полка | Премии | Новости (Oldnews Курьер) | Писатели | Фэндом | Голосования | Календарь | Ссылки | Фотографии | Форумы | Рисунки | Интервью | XIX | Журналы => Если | Звездная Дорога | Книжное обозрение Конференции => Интерпресскон (Премия) | Звездный мост | Странник

Новинки >> Русской фантастики (по файлам) | Форумов | Фэндома | Книг