Русская фантастика / Книжная полка WIN | KOI | DOS | LAT
Предыдущая                         Части                         Следующая
опытов не проводил почтением ваш..." и так далее. Тут стоит его фамилия и
больше ничего... Но как замечательно мы вывернулись, ваша святость! Не
только можно, но к тому же можно именно при помощи нашего прибора
"ММ-222"! Значит, и расходов у нас не будет почти никаких! Вот это
называется повезло!.. Теперь пожалуйте, ваше божеское всемогущество! Мы
вам так дадим прикурить, что даже мантии от вас не останется!
  Ведеор Браск весь охвачен радостным возбуждением. Гросс сардунский тоже
приободряется. Но он более сдержан и умен, чем этот провинциал из
Марабраны.
  - Не увлекайтесь, сын мой! - говорит он Куркису Браску, с виду совершенно
спокойно. - Ответ из Марабраны во многом упрощает дело. Но нам не следует
забывать о бесконечно опасных качествах вызванной вами конкретизации. Тут
нужно действовать сугубо осторожно, дабы не попасть в еще более ужасное
положение... Кстати, о мантии. Насколько мы уразумели из вашего первого
доклада, эта мантия покрыта сплошь рядами необыкновенно крупных
бриллиантов. Так ли это?
  - Безусловно так, ваша святость! Я стоял от бо... от этой конкретизации в
двух шагах!
  - Ну вот, видите! Следовательно, мантию нужно обязательно уберечь от
дематериализации и реквизировать для нужд нашей святейшей общины. Это
можно будет осуществить?
  - Не знаю, ваша святость!.. Ведь мантия на нем, а он вряд ли станет
раздеваться... Нет, скорей всего мантию сохранить не удастся. Она
взорвется и улетучится в первую очередь!..
  - Не беспокойтесь, сын мой. Мы заставим его раздеться! - уверенно заявляет
гросс и, немного подумав, добавляет: - Вы укроетесь с малым прибором
позади моего трона. Аппарат должен действовать абсолютно безотказно!
  - Так точно, ваша святость! Все будет, как надо!.. Слегка покачиваясь на
ходу, Куркис Браск уходит из кабинета. В ту же минуту перед сыном божьим
вновь предстает его беспорочество протер-секретарь. Он сгорает от
любопытства и надеется, что из очередного приказа узнает, какую приятную
новость доставил гроссу марабранский промышленник. Но гросс не намерен
посвящать протера (имея в виду его причастность к Барбитскому Кругу) во
все свои деловые секреты. Вместо того чтобы диктовать, он перебирается к
письменному столу и принимается собственноручно трудиться над листом
бумаги. Закончив пространное послание, он запечатывает его в конверт и
приказывает протеру лично доставить по адресу.
  Адрес на конверте предельно краток: "Особой комиссии".
  Украдкой вздохнув и тряхнув бородкой, протер отправляется выполнять роль
курьера.
  Особая комиссия находится в специальном закрытом помещении святейшего
собрания. Здесь собрались лучшие богословы, философы и юристы гирляндской
религиозной общины Им задана трудная задача: решить, следует ли считать
богом единым то удивительное существо, которое возникло в результате
"научного эксперимента" на полях провинции Марабрана. Своим людям гросс
открыл подоплеку дождевого чуда, чтобы не усложнять понапрасну и без того
каверзный вопрос о боге. Особая комиссия роется в тоннах пыльных
богословских фолиантов, жарко спорит до полного изнеможения, но никак не
может прийти к согласованному решению. Новое послание гросса, доставленное
протером-секретарем, встречается членами особой комиссии с огромным
энтузиазмом. Теперь у них дело пойдет быстрее!..


  БОЖЕСКИЙ АВТОПРОБЕГ


  Старенький мираль стрекочет по темным гирляндским дорогам, поглощает
трудолюбиво километр за километром, неумолимо приближаясь к столице. Он
миновал рудники Робры Верры, одолел крутые перевалы поднебесного Ардилана,
пробежал по спящим городам и селам богатой провинции Тартахона и к
полуночи допыхтел до Ланка, первого крупного населенного пункта Сардунской
провинции.
  Здесь аб Субардан покорнейше просит разрешения передохнуть. Но его грозный
пассажир в блистательной мантии и слышать не желает об остановках. Он
позволяет лишь набрать у бензоколонки горючего и приказывает немедленно
ехать дальше.
  - Да исполнится воля твоя, о повелитель вселенной! - шепчет аб Субардан и,
припав к рулю, снова выводит машину на пустынное сардунское шоссе...
  Когда они удалились от Ланка километров на двадцать, им навстречу выезжает
из темноты военная колонна из пяти мотоциклов и бронетранспортера с
замаскированными фарами. Бог предусмотрительно сбрасывает с плеч мантию и
заталкивает ее под сиденье. И правильно делает, так как передний
мотоциклист приказывает миралю остановиться. Потом машину окружает группа
военных с автоматами и начинается допрос:
  - Кто такие?
  - Служитель бога единого благочестивейший аб и крестьянин, старейшина
храма! - отвечает старец, а аб Субардан лишь согласно кивает.
  - Откуда?
  Старец называет одну из деревень Тартахонской провинции.
  - Куда следуете?
  - В Сардуну по делам религиозной общины!
  - По вызову его святости гросса сардунского?
  - Нам не велено разглашать тайну, ведеор капитан, но коли вы знаете, что
сын божий призывает к себе своих самых верных слуг, то считайте, что мы
едем именно по его вызову. Но мы вам об этом не говорили!..
  - Вы слишком гладко выражаетесь для крестьянина!.. А что скажете вы, ваше
благочестие? Почему вы молчите и предоставляете говорить за себя простому
старейшине?
  - Его благочестие простудился и потерял голос, ведеор капитан, - поспешно
поясняет бог, стараясь умерить раскаты своего бесподобного баса.
  Аб Субардан быстро кивает и сипит едва слышно:
  - Мой старейшина говорит правду, капитан! Будьте добры, не задерживайте
нас!
  Офицер немного подумал, потом козырнул абу и пожелал ему доброго пути...
Мираль затрещал мотором и торопливо покатил дальше...
  - Мой приход уже всполошил все государство! Подлый гросс двигает против
меня воинскую силу. Посмотрим, поможет ли ему воинская сила!.. Торопись,
червяк! А при следующем дозоре помни, что ты должен отвечать! Я не могу
губить этих невинных солдат, а задерживаться тоже не могу!
  - Воля твоя для меня закон, о лучезарный! Ашем табар! - покорно отвечает
аб Субардан, уже начисто лишенный способности думать и действовать
самостоятельно...
  В два часа пополуночи на горизонте появляется множество огней.
  - Смотри, о повелитель вселенной, вон Сардуна! - осмеливается доложить аб.
  - Знаю без тебя, червяк, что это Сардуна! Наддай газу! - раздается в ответ
громовый голос всеведущего бога...
  Машина, судорожно рванувшись, мчится вперед на предельной для своего
возраста скорости...
  Путешественники благополучно миновали погруженные в сон трущобы рабочего
предместья, дымные районы гремящих заводов и шумные, полные людских толп
центральные улицы. Но проникнуть на другой берег Лигары оказывается
нелегким делом.
  Тайная полиция Барбитского Круга останавливает на мостах все машины,
придирчиво осматривает пассажиров, проверяет документы. Однако скромному,
невзрачному миралю и здесь сопутствует удача.
  Барбитские головорезы как раз вытаскивают из шикарного лоршеса какого-то
дородного бородатого митрарха, прибывшего, по всей вероятности, из далекой
восточной провинции. Они настолько увлечены опросом этого духовного
вельможи, что совсем не замечают паршивого, кашляющего, покрытого пылью
мираля.
  Видя на мосту кордон, аб Субардан собирается тормозить, но бог тычет его
кулаком в спину и рявкает:
  - Гони, червяк!
  Через десять минут, добежав до дворца гросса сардунского, автомобиль
испускает последний вздох, останавливается и как-то нелепо заваливается на
сторону...


  АШЕМ ТАБАР! ГРЯДЕТ БОГ ЕДИНЫЙ!


  Три часа ночи. В конференц-зале святейшего собрания при ослепительном
свете пяти огромных люстр сошелся весь цвет гирляндской религиозной
общины. Среди подавляющей массы желтых сутан благочестивейших абов приятно
ласкают глаз синие с серебром мантии гремов, лиловые с золотой отделкой
облачения митрархов, черно-зеленые ризы настоятелей монастырей - синапов
и, конечно, белоснежные, сверкающие своей беспорочностью одеяния протеров
Гроссерии. Всего по зову гросса сардунского в зале собралось более тысячи
священнослужителей гирляндской религиозной общины. Среди гигантских
полотен с символическими знаками и синих священных знамен пылают не
электрические, а настоящие жертвенные светильники, огромные, древние,
выбитые тысячу лет назад безвестными мастерами из пластин литого золота...
  Торжественность и благолепие!
  Сиятельный сын божий восседает на своем высоком престоле под балдахином во
всем своем блеске и великолепии. Сколько торжественности, сколько сознания
собственного величия в его горделивой осанке!
  Позади престола, скрытый пока что от глаз собравшихся, томится под
надзором двух дюжих монахов наш незадачливый фабрикант чудес Куркис Браск.
Он выглядит далеко не так геройски, как выглядел два часа назад в кабинете
гросса. Перед ним стоит раскрытый чемодан с малым прибором "ММ-222",
приведенным в полную боевую готовность. Но мысли марабранского
промышленника заняты отнюдь не предстоящей операцией. Он думает только об
одном: как бы отсюда улизнуть! Как бы развязаться с проклятыми попами!
  Его беспорочество протер-секретарь, заикаясь от волнения, зачитывает
очередную сводку мнений, поступившую от особой комиссии. Собравшиеся
священнослужители слушают сводку и согласно кивают мудрыми головами.
  -... И посему мы считаем, - несется по залу дрожащий голос
протера-секретаря, - что явление, возникшее в результате научного
эксперимента в полях провинции Марабрана, в силу того, что оно
сопутствовало самому эксперименту в качестве непредвиденной ассоциации,
следует рассматривать как некую субстанцию божественной схемы, которая
хотя и имеет прямое отношение к естеству непостижимого бога единого, тем
не менее не может быть рассматриваема как самостоятельный стимул
вселенского образования. Исходя из вышесказанного, рекомендуется отнести
явление, возникшее в провинции Марабрана и именующее себя повелителем
вселенной, к такому разряду явлений, которые не выходят за рамки реального
бытия. Однако, если же это явление окажется, паче чаяния, наделено
сверхъестественным могуществом и станет присваивать себе божеские
прерогативы, рекомендуется не вступать с ним в тщетные и опасные
пререкания, не раздражать его, но стараться мягкостью, покорностью и
любовью снискать его благорасположение и всецело привлечь его на сторону
гирляндской религиозной общины, которая от такого союза получит
неизмеримые выгоды. В случае же, если это явление окажется строптивым,
несговорчивым и, следовательно, для общины опасным, то рекомендуется со
всей решительностью поступить с ним по закону обратного действия, то есть
вернуть его в первоначальное полевое состояние, конфисковав у него
предварительно все имущество в пользу казны его святости гросса
сардунского. В этом же случае рекомендуется после исправления марабранской
ошибки вызвать силами вернейших служителей гирляндской религиозной общины
истинного бога единого, полностью тождественного со вселенским учением и
канонами общины. Такой повелитель вселенной...
  На этом месте чтение сводки было прервано. В конференц-зал пулей влетел
позеленевший от ужаса главный привратник, крича во все горло:
  - Ашем табар!!! Ашем табар!!! Грядет бог единый судить живых и мертвых!!!
  По залу проносится волна тихой паники. Бледные священнослужители жмутся
друг к другу, как перепуганные овцы. Протер-секретарь, выронив из рук
листки сводки, тихонько скулит и изо всех сил старается вскарабкаться на
балдахин святейшего престола. Гросс роняет витой жезл, закрывает лицо
руками и колотится в жесточайшем ознобе. Два дюжих монаха, приставленные к
Куркису Браску, как подкошенные валятся на ковер и превращаются в
неподвижные трупы. А сам ведеор Браск, видя вокруг такое смятение,
молниеносно развинтил свой прибор, захлопнул чемодан и затем глазами
загнанного зверя стал шарить по всем окнам, выбирая, в которое в случае
чего сподручнее будет выскочить...
  Все ближе и ближе гремят тяжелые шаги по гулким сводчатым галереям дворца,
и с каждым их ударом растет невыразимый ужас, охвативший блистательное
сборище многоопытных служителей бога.
  Наконец портьера, скрывающая высокий дверной проем, резко откидывается в
сторону. В конференц-зал не спеша входит величественный старец могучего
телосложения, с гордо поднятой головой. Вся его гигантская фигура
задрапирована в просторную голубую мантию, густо унизанную крупными
бриллиантами. Его пышные, тщательно расчесанные, белоснежные кудри
рассыпаны по широким плечам. Серебристая, веерообразная борода доходит до
самого пояса. На смуглом, запыленном с дороги лице полыхают два огненных
черных глаза...


  СТОЛКНОВЕНИЕ


  Не доходя шагов десяти до престола гросса, старец подернулся к залу и...
словно гремящий вихрь пронесся под высокими сводами. Гаснут жертвенные
светильники перед священными знаменами, испуганно звенят хрустальными
подвесками электрические люстры.
  - Так-то вы встречаете своего владыку небесного, рабы недостойные?! На
колени, мерррзавцы!!! - львиным рыканьем взрывается старец, тряхнув своей
белой гривой.
  Словно колосья под напором урагана, безмолвные священнослужители мигом
простираются ниц, прячут носы и глаза в ковровом ворсе.
  Старец окидывает их разноцветные спины грозным взглядом и затем медленно
оборачивается к престолу.
  Прежде чем он успел повернуться, из-за престола стрелой выскочил Куркис
Браск с чемоданом в руке и, в несколько прыжков достигнув выхода, исчез за
широкой портьерой. Его стремительного бегства не заметил никто: ни бог, ни
гросс, ни служители божьи...
  Повернувшись к престолу, старец вонзает в первосвященника свой жгучий
взор. Он молчит и явно чего-то ожидает. Глаза его все больше и больше
разгораются гневом. А гросс сидит ни жив ни мертв и не смеет взглянуть на
повелителя вселенной.
  И тогда, встряхнув нетерпеливо белоснежной гривой, могучий старец вновь
прогремел:
  - Ты, червь земной, мерзкий, хлипкий и погрязший в пороках! Ты, гнуснейший
и вероломнейший из человеческих тварей! Ты, подло присвоивший себе звание
моего сына на земле! Тебе говорю я: встань и сойди с престола!
  "Конец!" - пронеслось в парализованном мозгу гросса сардунского.
  Но именно это сознание неизбежной гибели, это чувство, что терять уже
больше нечего, возвращает гроссу некоторое самообладание, пробуждает в нем
инстинкт самосохранения, толкает его на борьбу, пусть даже заведомо
безнадежную. Он не спешит подчиниться приказу бога. Он лишь с бесконечной
покорностью и кротостью смотрит на страшного бога и, поправив на голове
сбившуюся набок тиару, говорит тихим, елейным голосом:
  - Прости, о повелитель вселенной, дряхлого, немощного старика. Ты,
великий, всемогущий и всеведущий, знаешь, сколь преданно тебе мое сердце,
истомленное постом и молитвами. Яви же милость ко мне, о всеблагий и
всемилостивый, не ввергай меня на старости лет в пучину позора и
унижения... Да, я мерзок и грешен! Но кто из смертных не грешен, о
владыка! Ты един без греха и скверны, ибо в тебе начало и конец всего
сущего! Ашем табар! Ашем табар! Ашем табар!
  Произнося эти ни к чему в общем-то не обязывающие слова, гросс в душе
приободряется, почти ликует:
  "Жив еще и на престоле сижу! Не испепелил, не пронзил меня молнией, а
стоит и слушает! Стоя слушает своего лукавого раба! Значит, еще не все
потеряно! Значит, еще поборемся!"
Но бог, словно прочитав мысли гросса, сверкающей громадой надвигается на
престол и обрушивает на него потрясающие раскаты своего страшного голоса:
  - Слазь долой, тля ничтожная! Ты еще смеешь разглагольствовать! Где знаки

Предыдущая Части Следующая


Купить фантастическую книгу тем, кто живет за границей.
(США, Европа $3 за первую и 0.5$ за последующие книги.)
Всего в магазине - более 7500 книг.

Русская фантастика >> Книжная полка | Премии | Новости (Oldnews Курьер) | Писатели | Фэндом | Голосования | Календарь | Ссылки | Фотографии | Форумы | Рисунки | Интервью | XIX | Журналы => Если | Звездная Дорога | Книжное обозрение Конференции => Интерпресскон (Премия) | Звездный мост | Странник

Новинки >> Русской фантастики (по файлам) | Форумов | Фэндома | Книг