Русская фантастика / Книжная полка WIN | KOI | DOS | LAT
Предыдущая                         Части                         Следующая
- довольно грубо сказал он ей на прощание и ушел.
   Страх быть отвергнутым и осмеянным загнал его чувство в  сны.  Едва  он
засыпал, серебристо-серые глаза Солнышка вспыхивали,  как  две  путеводные
звезды в небе его мрачных снов. Он до острой боли в предплечьях  вытягивал
руки и, сотрясаемый миллиардами  лошадиных  сил  воображения,  устремлялся
ввысь. Трудно сказать, сколько продолжались эти полеты. Во сне время течет
по-особому. Но, что не подлежит сомнению, они изматывали его  до  предела.
Он беззвучно плакал, продираясь во  сне  сквозь  ледяной  мрак  и  твердую
пустоту космоса, вскрикивал от боли и метался в постели, когда сквозь него
пулями проносились малые метеориты... Верно, Леро еще бы и  не  то  вынес,
лишь бы близко,  на  расстояние  вытянутой  руки,  подлететь  к  Солнышку,
прекрасное лицо которой,  озаренное  синими  солнцами  соседних  галактик,
печально светилось  в  беспредельной  вышине.  Нет,  этого  ему  никак  не
удавалось сделать. Как бы долго и быстро он ни летел,  Солнышко  ближе  не
становилась!
   Это в снах. А в жизни Леро обращался  с  ней  день  ото  дня  грубей  и
бесцеремонней. Его теперь раздражало, что девчонка вся светится  кротостью
и чистотой, - завидев ее, он стал  демонстративно  надевать  темные  очки.
Теперь ловил  момент,  когда  соседка,  задумавшись  о  чем-то  на  уроке,
нечаянно залезала локтем на его половину парты. Брезгливым щелчком  пальца
он водворял ее локоть на место...
   Все же после каждой выходки ему становилось стыдно за себя.  Просыпаясь
по утрам, он давал клятву: сразу  после  завтрака  подойти  к  Солнышку  и
громко ей сказать: "Ты меня извини, но я жить без тебя  не  могу!"  Однако
заканчивался завтрак, подходил обед - Леро молчал. Страх быть непонятым  и
непрощенным запаивал ему губы. Бывало, он с решительным видом  подходил  к
ней. И с таким же решительным видом, промолчав, убегал прочь.
   Однажды он тайком пробрался в кабинет доктора Кальцекса и для храбрости
выпил месячный запас валерьянки. Главным теперь для него  было  признаться
Солнышку в своих чувствах, а там, как говорится, будь что будет! Прямо  из
кабинета Леро отправился на поиски соседки по парте.  Кто-то  ему  сказал,
что она играет в вечно цветущих садах Нескучной Обители. Но уже по  дороге
туда он почувствовал, как у него все реже и реже бьется сердце, деревенеют
губы - валерьянка давала  о  себе  знать...  Солнышко  стояла  на  зеленой
лужайке  под  вечно  цветущей  яблоней  и  крутила  хулахуп.   Она   сразу
догадалась, зачем он пришел. Вся напряглась и застыла в ожидании, но обруч
продолжал вращаться вокруг нее, как спутник по заданной орбите.
   - Ты... - начал Леро произносить заранее заготовленные слова и  надолго
замолчал, глядя себе под ноги. В нем почти остановилась жизнь.  Голос  был
глухим и враждебным. Слово "ты" в его одеревенелых  устах  прозвучало  как
угроза жестокого оскорбления, - ...меня.
   С огромным трудом он договорил фразу  до  конца.  Поднял  голову  и  по
безжизненно лежавшему на траве обручу догадался: Солнышко, испугавшись его
вида, давно ушла.
   Детской душой будущей женщины она догадалась, что Леро сражен  каким-то
недугом, но как и чем помочь  ему,  не  представляла.  Ее  доброе  сердце,
истерзанное предчувствием беды, теперь не знало, о чем говорить с  сердцем
Леро. Лишь изредка горько жаловалось ему то  на  ужасную  тесноту,  то  на
безмерную пустоту в груди...
   А что Леро?  Болезнь  продолжала  в  нем  свою  разрушительную  работу.
Крылатое существо, почти вытеснившее из него  человека,  сделало  крен,  в
результате чего с мальчиком произошло самое печальное за все это время: он
стал неправильно воспринимать  положение  вещей!  Все  доброе  ему  теперь
казалось подозрительным.  Во  взгляде,  обращенном  к  нему  с  любовью  и
жалостью, он видел дерзкую  насмешку.  Отныне  он  стал  избегать  всякого
общения. Уже не просил товарищей будить его по утрам. Спал теперь и  ночью
и днем. Просвет между сном  и  бдением  катастрофически  сужался.  На  его
сознание  надвигалась  полярная  ночь  Летаргии  -  покровительницы   всех
измученных и всех измучивших себя...
   Сансанч посадил вялого, дремлющего Леро в  корзину  аэростата,  сбросил
балласт, и они полетели в клинику физического бессмертия, расположенную на
заснеженной вершине горы.
   Там мальчика обследовали и пришли к  заключению,  что  он  будет  спать
свыше восьмидесяти лет.
   - Не хотел бы  я  быть  на  его  месте,  -  хмуро  заметил  Сансанч.  -
Проснуться,  когда  все  твои  друзья  и  подруги  уже   будут   глубокими
стариками...
   - Можем еще предложить вечный сон, - бессильно развели руками врачи.
   - Чем он отличается от смерти?
   - Спящий один раз в столетие глубоко вздыхает, открывает глаза и тут же
засыпает еще на сто лет. И так далее.
   Сансанч отказался усыплять Леро и вместе с ним полетел к подножию горы,
в  Нескучную  Обитель.  Он  надеялся,  что  по  дороге  домой   что-нибудь
придумает. Но ничего стоящего не пришло в голову. Приземлившись, он  отнес
спящего мальчика в его надувной домик - последнее  время  Леро  ночевал  в
самом глубоком и темном ущелье округи. А сам пошел к себе в кабинет, чтобы
по космическому телефону связаться с родителями  ученика  и  испросить  их
волю...
   Увы, он не знал, что Леро сквозь дрему слышал приговор  врачей.  И  как
только руководитель НО,  заботливо  прикрыв  его  одеялом,  ушел,  мальчик
принял решение, которое ему показалось до того простым и  мудрым,  что  он
впервые за много дней слабо улыбнулся.
   Он встал за час до рассвета. Ночью,  как  ни  странно,  ему  ничего  не
приснилось. Но это не повлияло на его решимость исполнить  задуманное.  Он
вышел из домика и в последний раз, как бы запоздало возрождаясь  к  жизни,
сделал утреннюю гимнастику, почистил зубы, ополоснулся ключевой  водой.  И
начал восхождение в гору.
   Шел он быстро  и  за  это  время  всего  один  раз  остановился,  чтобы
полюбоваться  на  оцепеневшую  на  листе  магнолии   черную   бабочку   со
светящимися во тьме серебристыми  каплями  росы  на  бархатных  крылышках.
Встреча с  этим  прекрасным  видением  неповторимой  жизни  заставила  его
покрепче стиснуть зубы, чтобы не заплакать над своей судьбой.  Он  ускорил
шаг.
   Ровно через час он стоял на самой высокой в округе скале с острыми, как
ножи, зубьями. Однажды он уже поднимался на нее и бросал  отсюда  камни  в
море. Но так и не дождался, когда они упадут в воду. По всей видимости, их
относило ветром куда-то в сторону.
   Он отсчитал от края пропасти сорок шагов. В  последний  раз  огляделся.
Чем-то место для разбега ему  напомнило  взлетную  площадку  его  крылатых
снов. Но какое значение это  имело  теперь?  Он  побежал  к  пропасти  без
капельки страха в душе. Оттолкнулся от края  скалы,  изогнул  тело  дугой,
чтобы затем выпрямиться и начать падение строго вертикально.
   Но ураганный ветер, ринувшийся Леро навстречу из  бездны,  не  дал  ему
падения. Он развел его устремленные книзу руки и расставил так, будто  они
были крыльями. Леро завис над бездной.
   - Это не сон?!  -  потрясенно  вскричал  он,  когда  воздушная  подушка
подкинула его выше скалы и понесла  в  синеющем  просторе  рассвета.  Крик
мальчика обвальным эхом отозвался в ущельях горы.
   - Это не сон! - утвердительно ответило ему эхо, вообще,  как  известно,
неспособное передавать сомнения.
   Леро, независимый по натуре,  попытался  вырваться  из  цепких  объятий
ветра. Тот поднял его еще выше и закружил, как сережку ясеня, затем как бы
расступился под ним. Леро мог камнем полететь вниз. Но налетавший  во  сне
много часов, он обнаружил сноровку: извернулся, выполз из воздушной ямы  и
начал свободный полет на руках. А ветру, казалось, лишь этого и надо было:
тонко засвистел в пальцах летающего мальчика.
   Еще не совсем рассвело. Предутренний мрак пока что толстым слоем  лежал
на всей земле. Но Леро был высоко в небе, в тот день он  первым  из  людей
увидел рождение солнца.  Сначала  это  был  тонкий  жгутик  ослепительного
света, проклюнувшийся сквозь  черту  горизонта.  Несколько  мгновений  он,
радостно извиваясь, плескался в черных волнах  далекого  безлюдного  моря.
Затем из него образовался полый,  как  будто  бы  дышащий  шарик  розового
света. Его первые лучи промчались  сквозь  толщу  мрака  и  зажгли  в  нем
розовые угольки утра. А вот и вся гора, одетая зелеными, в  росе,  лесами,
засверкала как изумруд  и  вновь  предстала  в  своей  вечной  женственной
красоте. Леро стремительно понесся над гранью, разделяющей  сушу  и  море.
Зеркала укромных бухт стреляли по  нему  зарядами  золотисто-синего  огня.
Тело мальчика приятно  покалывало  иглами  пустоты.  Его  молодой,  гибкий
позвоночник прогибался подобно грифу гавайской гитары и чуть  слышно  пел.
Хотя Леро летел высоко в небе, его  ноздри  уловили  вполне  земной  запах
свежего огурца.  То  в  устья  здешних  чистых  рек  входила  для  нереста
серебряная рыбка  корюшка,  которой  природа  моря  по  странному  капризу
зачем-то даровала этот самый огуречный запах...
   Кружа над сахарной головой горы, Леро отчетливо  увидел  под  собой  ту
самую причудливую тень, похожую на какое-то слово.  Он  сбросил  скорость,
завис над тенью и с удивлением прочитал; орел... С  минуту  он  ничего  не
понимал. Наконец до него дошло: его имя состоит из тех же букв, что и  имя
гордой и смелой птицы!
   Ободренный этим  открытием,  он  сделал  несколько  сильных  взмахов  и
полетел вверх, потом вниз, барахтаясь в сиянии утра,  как  в  воде.  Кровь
далеких предков, загубленных тяжелой работой  в  кромешно  темных  шахтах,
теперь победно звенела в его жилах. Их мечта о  синем  небе  над  головой,
погребенная глубоко под землей, через века  взошла  в  потомке  ненасытной
жаждой и способностью к свободному полету, а пузырьки в крови придали  его
телу летучесть водорода. Леро изначально умел летать! И, знай об этом,  он
уже мог бы -  не  во  сне,  а  наяву  -  налетать  миллионы  километров...
Наверстывая упущенное, он делал круг за кругом  над  горою.  Летая,  видел
караваны надводных кораблей, стада синих китов, заморские страны - все то,
что видел в снах, конечно, кроме островов, видимых только во сне.
   Из живых существ в небе Леро первой повстречалась  чайка.  "Сейчас  она
упадет в обморок", - весело подумал он, поставив себя на место  птицы.  Но
чайка продолжала спокойно лететь. Она сразу смирилась с  фактом  появления
человеко-птицы.
   - Доброе утро! - резким, как у всех чаек, голосом поздоровалась  она  и
бросилась вниз, к устью реки, где на бреющем полете стала  выхватывать  из
волн и судорожно заглатывать живое серебро корюшки...
   Еще немного погодя Леро услышал позади себя надсадный свист реактивного
двигателя. Его нагонял самолет  типа  "колибри",  рассчитанный  на  одного
человека. Когда  их  скорости  сравнялись,  Леро  положил  руку  на  крыло
"колибри" - ему захотелось еще раз убедиться, что не спит. Покрытая  инеем
плоскость крыла обожгла его холодом.
   - Давно занимаешься этим видом спорта? - спросил у него пилот.
   - Только начал, - застенчиво ответил Леро.
   - В твои годы я занимался дельтапланеризмом. Увлекательное занятие.  Но
после того, как дети, принимая меня за бабочку необычных  размеров,  стали
гоняться за мной с сачком, я, от греха подальше, пересел на самолет...
   - На ваш взгляд, у меня что-то получается?  -  вежливо  поинтересовался
Леро.
   - Для начала ты летаешь очень неплохо!.. - искренне похвалил его  пилот
и дал несколько советов: - Почаще отдыхай на восходящих потоках. Заставляй
работать ноги, пользуйся стопами как хвостовым оперением...
   - Скажите, а что лучше иметь - крылья или?..
   - Умную голову и крепкую веру в себя! - не дал  ему  договорить  пилот,
засмеявшись.
   - Да, но без крыльев далеко не улетишь...
   - Будем откровенны: ни у меня, ни у тебя их нет, но мы же летим! В  том
и штука: человеку мало быть человеком!  Ему  хочется  побыть  и  птицей  и
рыбой... Сдается мне, он и богов когда-то для себя придумал,  чтобы  потом
самому стать богом и все невозможное сделать возможным...
   - Согласен с вами! - горячо воскликнул Леро. - Хоть тресни, но  верь  в
чудо, и оно обязательно свершится!
   - Э-э... - шутливо погрозил ему пилот  пальцем.  -  Не  приписывай  мне
мыслей, которых я не высказывал. Уж если в кого-то и верить, так только  в
человека, потому что он и есть самое большое чудо во всей Вселенной...
   - Здорово сказано! - пришел в восторг Леро. - Сами придумали?
   - Это знают все, - снова засмеялся пилот и тут же немного взгрустнул. -
Но не все живут, помня об этом. Много еще людей, которые тратят  жизнь  на
безделье, грошовые удовольствия, пьянство, ссоры, интриги - на все то, что
убивает в человеке человека...
   Они еще немного поговорили о том о сем.
   - Нажми на кнопку под крылом, и тебе кое-что перепадет, - сказал  пилот
под конец разговора. Посмотрел на часы и добавил: - Извини, я опаздываю на
симпозиум по проблеме предутренних снов.
   Леро не заставил себя уговаривать, нажал на кнопку  и  получил  в  руки
блок с горячим кофе и бутербродом с сочной ветчиной. Пока он раздумывал, с
какой стороны ему откусить, "колибри" прощально  махнул  крыльями,  набрал
высоту и быстро скрылся из виду.
   Подкрепившись, Леро полежал на спине в  теплеющей  лазури  неба.  Потом
взобрался на розовое пухлое облачко и крепко уснул на нем...
   На земле его хватились во время завтрака. Самые  быстроногие  мальчишки
сбегали в ущелье. Надувной дом Леро был пуст. На  ноги  была  поднята  вся
Нескучная Обитель. Обследовалась каждая пядь земли.  Аквалангисты  старших
классов прочесывали морское дно... Кто же знал, что Леро был в небе?
   Сансанч и МАМА находились в смотровой вышке штаба по спасению  Леро.  В
который раз просматривая окрестности, они по очереди глядели  в  подзорную
трубу. Отчаявшись найти мальчишку, Сансанч горестно  запрокинул  голову  в
небо. Легкие утренние облака сменились  черноватыми  и  точно  в  какой-то
битве порванными тучами. По всему небосводу прокатывалась дрожь отдаленных
бурь. И какая-то смуглая щепочка носилась под днищами туч.
   - Соринка, что ли, попала? -  недоуменно  пробормотал  Сансанч.  Протер
платком красные от бессонницы глаза. Щепочка никуда  не  делась.  -  Самое
интересное: она не трет глаз, но и не исчезает.
   МАМА тоже взглянула вверх.
   - И мне попала соринка! - удивилась она. - И я тоже не чувствую ее...
   - Странное совпадение, не правда ли?  -  с  забившимся  сердцем  сказал
Сансанч.
   - Очень! - согласилась с ним МАМА. Она  приставила  подзорную  трубу  к
глазам и  направила  ее  на  мятущуюся  под  тучами  щепочку.  А  затем  с
потрясенно-счастливым видом передала трубу Сансанчу...
   Леро сам явился к обеду. Сел за стол как ни  в  чем  не  бывало.  Ел  с
большим удовольствием, оживленно переговаривался  с  товарищами.  Никто  у
него не допытывался, где он пропадал, и сам он  этого  не  касался.  После
обеда, как заведено, наступил тихий  час.  Леро  поставил  свой  домик  на
берегу моря и под рокот волн и крик чаек уснул.
   Вместо одного часа он спал трое суток. Ему снились сны, в том  числе  и
крылатые. Но теперь они приносили ему отдых, он  играл  ими,  как  усталый
пловец, достигнувший берега, играет красивыми камешками.
   Доктор Кальцекс, не будя Леро, обследовал его и  взял  анализы.  Больше
всего он опасался резкого увеличения пузырьков в крови.  Их  не  оказалось
вовсе! По всей видимости, на большой высоте они улетучились из крови Леро.
   Проснулся  он  свежим,  бодрым.  Выбежал  из  домика  и  первым   делом
искупался. А потом решил немного полетать. Упругий ветер  с  моря  как  бы
зазывал его в полет. Он долго взмахивал руками, яростно, как пропеллерами,
крутил ими. Но так и не смог оторваться от земли.
   Леро разучился  летать.  Грех  сказать,  что  мальчика  это  ничуть  не
огорчило. Кто хоть раз в жизни, пусть лишь во сне,  летал  на  собственных
руках, знает: это почти счастье, если не само счастье!.. Но он был  в  том
возрасте, когда у человека расцветают  все  способности,  в  том  числе  и
способность не слишком близко принимать к сердцу  утраты.  А  кроме  того,
теперь он знал: если быть правдивым, как  сама  правда,  много  трудиться,
верить в себя и в человека  как  самое  великое  чудо  Вселенной  -  можно
сделать свою жизнь прекраснее любого сна...
   Дела у него пошли как до болезни и даже лучше. Он хорошо учился. Каждый
день менял места ночевки. Перестал, приучая себя  к  умеренности,  просить
добавки. Больше того, от каждого блюда теперь оставлял толику для  птиц  -
их изучению и охране он решил  посвятить  свою  жизнь...  И  был  счастлив
только тем, что живет на одной планете с Солнышком. Девочка не  напоминала
ему об  обидах,  которые  он  ей  нанес.  И  Леро  не  докучал  ей  своими
раскаяниями. Молча сев после небольшого перерыва рядом с ней,  он  положил
свою руку на полсантиметра ближе, чем обычно. И с волнением ждал, как  она
отнесется к этому. Солнышко промолчала. Но и руки своей не  отодвинула!  А
когда ее вызвали к доске и затем разрешили сесть на  место,  она  положила
свою руку тоже на полсантиметра ближе, чем обычно...

--------------------------------------------------------------------
"Книжная полка", http://www.rusf.ru/books/: 06.09.2001 12:40

Предыдущая Части Следующая


Купить фантастическую книгу тем, кто живет за границей.
(США, Европа $3 за первую и 0.5$ за последующие книги.)
Всего в магазине - более 7500 книг.

Русская фантастика >> Книжная полка | Премии | Новости (Oldnews Курьер) | Писатели | Фэндом | Голосования | Календарь | Ссылки | Фотографии | Форумы | Рисунки | Интервью | XIX | Журналы => Если | Звездная Дорога | Книжное обозрение Конференции => Интерпресскон (Премия) | Звездный мост | Странник

Новинки >> Русской фантастики (по файлам) | Форумов | Фэндома | Книг