Русская фантастика / Книжная полка WIN | KOI | DOS | LAT
Предыдущая                         Части                         Следующая
быть не может, но я слышала, как он произнес "Герика", а потом его голос
сменился другим - знакомый тяжелый бас веско произнес: "Иди к нему". Я
потрясла головой, отгоняя наваждение.
  Вроде ничего не изменилось. Преданный дремал, вальяжно раскинувшись в
центре солнечного пятна. На раскрытом окне стоял кувшин с зелеными
ветками, солнечные лучи высвечивали подушки на креслах, брошенную шаль,
Книгу Книг с богатыми гравюрами, которую мне подарил Максимилиан и которую
я из политических соображений держала на столе. Разумеется, в комнате не
было ни Рене, ни басовитого незнакомца, но я готова была поклясться, что
СЛЫШАЛА их. Я уже ничего не понимала. Как человек, находящийся за
тридевять земель, мог называть меня по имени и уж тем более как я могла
отправиться к нему? Куда? В Кантиску? Дальше? Где тот безумный капитан,
который вопреки приказу Рене беречь меня как зеницу ока, возьмет меня на
борт? Как мы проберемся в осажденный город?
  Ни на один из вопросов не было ответа, но я уже знала, что должна
идти и пойду. Не так давно вместе с Преданным мы пересекли чуть ли ни всю
Арцию, но это было совсем другое дело. Тогда время ждало. Стоп, а откуда я
знаю, что теперь промедление смерти подобно?! Басовитый мне ничего не
сказал? Или же сказал все?!
  Я постаралась взять себя в руки. Прежде чем пускаться в дорогу, нужно
узнать, где сейчас Рене. Хорошо бы мне удалось еще раз взнуздать зеркало,
через которое на меня пытался напасть Пустоглазый. Удирая, он не успел
оборвать магические нити, и я по его следам овладела единожды подчиненным
стеклом.
  Правда, в магии я оставалась совершенным ребенком. Первый раз все
вышло случайно, я увидела Рене на Гибе и с ним эльфов. Мне даже как-то
удалось отдать герцогу часть переполнявшей меня силы. Второй раз я по
просьбе адмирала попыталась открыть окно в тонкий мир и открыла его, но
сама ничего, кроме дурацких глаз, не увидела.
  Будь Шани в Идаконе, я бы позвала и попросила его помочь - посмотреть
в стекло, пока я буду удерживать токи силы, но Шандер еще не вернулся от
атэвов. Что ж, придется все делать самой, не выйдет - обращусь к Белке!
Хотя впутывать в такие дела девчонку последнее дело, но больше мне
довериться некому. До возвращения Рене никто не должен знать, кто я.
  Я закрыла глаза, собираясь с мыслями и стараясь представить себе
Арроя таким, каким видела его в последний раз, когда он, прежде чем встать
к рулю "Созвездия", обернулся и махнул рукой остающимся. Неужели он меня
действительно звал?! Ведь ни разу после нашей поездки на разлив он не
показал, что я ему хоть немного нужна не как вдовствующая королева Таяны,
а как женщина или, на худой конец, как друг. Что же с ним случилось если
он вспомнил обо мне? Если Годой (отцом эту тварь назвать у меня язык не
поворачивается) причинил зло Рене, я доберусь до него, стереги его хоть
тысяча Оленей! Ярость меня захлестнула бурно и неожиданно, страхи и
сомнения, терзавшие меня, отступили перед одной мыслью - что с Рене?!
  То ли голова у меня закружилась, то ли комната, небо, дерево за окном
и с ними все сущее совершили почетный круг вокруг моей особы. Я
пошатнулась, но удержалась на ногах и уставилась в зеркало. Клянусь, в
моей голове не оставалось ни одной мысли, только стремление добраться до
Рене.
  Зеркальная гладь пошла рябью, мне в лицо ударил порыв ледяного ветра.
Стекло исчезло. Я стояла перед странной пульсирующей дверью, за которой не
было ничего, кроме Тьмы. Страх спеленал меня отвратительной мокрой
простыней, я отшатнулась от черного провала, и тут в моих ушах вновь
громыхнуло: "Ну же, иди к нему! Поторопись!"
Я шагнула вперед, как прыгают в ледяную воду, и ничего не произошло.
Только сверкнули впереди те же проклятые глаза, что и в прошлый раз, да
раздался за спиной какой-то хрустальный звон. Я стояла в пещере или гроте,
впереди маячила какая-то малосимпатичная одеревеневшая спина, а дальше
виднелись деревья и кусты, яростно раскачиваемые ветром. Приглядевшись, я
поняла, что от бури меня загораживает каменная статуя какого-то святого. В
следующее мгновение я поняла, какого именно. Это был знаменитый Мавриций
Праведный, изображение которого я видела в Книге Книг, а его кантисское
изваяние было знаменито на всю Арцию. Значит, я все же попала в Святой
город, и Рене наверняка где-то рядом! Я бросилась вперед, промозглый
ледяной ветер немедля вцепился мне в волосы и чуть не содрал с меня
слишком легкую для такой погоды одежду, но какая это была ерунда в
сравнении с тем, что я в мгновение ока перенеслась за невесть сколько диа.
Впрочем, размышлять о чудесах мне долго не пришлось. В Кантиске
происходило что-то невероятное и очень нехорошее.
  Небо, казалось, вспучивалось и трещало, как готовая сбросить ледяную
шубу река. Иногда в клубящихся лиловых облаках образовывались провалы, но
не черные, а какие-то белесые, выпускавшие тонкие длинные нити-щупальца,
тянущиеся к земле. Я словно бы собственной кожей ощущала их липкую,
холодную, ненасытную природу. Уши заложило, перед глазами мельтешили
какие-то блестящие мухи, но я все же могла держаться на ногах и даже идти.
  Прошла вечность, прежде чем я выбралась из сада на какую-то площадь,
с одной стороны ограниченную величественным храмом, с другой - крепостной
стеной. Здесь было полно народу, и я поняла, что переношу это
светопреставление куда лучше других. Даже сильные мужчины в муках падали
на четвереньки, катались по земле, пытаясь зажать уши руками, а я
бестолково топталась на месте, соображая, куда идти и что делать.
  Одна, особо длинная белесая плеть хлестнула по стене и словно бы
слизнула несколько человек, но затем ее конец полыхнул летней синевой и
рассыпался. Визг и вой стали не то чтобы тише, но не столь мучительны, я
попробовала поднять голову, и мне это удалось. Небо стало словно бы
повыше, белые проплешины частью затянулись, частью стали меньше. Люди
вставали на ноги, самые сильные или самые смелые обнажали оружие и,
шатаясь, брели на стены.
  Я была предоставлена сама себе, но любопытство, как известно,
сгубившее кошку, заявило о себе в полный голос, и я, вместо, того чтоб
укрыться в храме, как следовало благородной даме, поднялась на стену,
благо до меня не было никому никакого дела. Будь я нормальной женщиной,
то, что я увидела, заставило бы меня взвыть в голос, а я лихорадочно
соображала, что же мне делать, вслушиваясь, не подняла ли во мне голову
моя Сила. Увы, именно сейчас она меня оставила, пришлось спешно вспоминать
ту малость эльфийской магии, которой обучил меня Астени. Все лучше, чем
ничего, потому что происходящее не было природным катаклизмом. Это была
волшба. Древняя, страшная и безжалостная.
  На другом берегу неширокого Канна рыла копытом землю та самая тварь,
что гналась за нами в Таянских холмах. Но как же она выросла и окрепла!
Она по-прежнему походила на гигантского оленя, но была куда выше и мощнее
некогда остановивших ее Всадников. Таращились мертвые глаза, ветвистые
рога чуть ли не касались нависших облаков. Кишащие у столпообразных ног
твари люди казались в сравнении с ней муравьями. Видимо, там шло какое-то
ритуальное действо, потому что воины Михая Годоя и не пытались наступать,
наблюдая ройгианское камланье. "Рогоносцы" сновали с места на место,
бросались на колени, вскакивали, некоторые оставались лежать на земле,
другие, не замечая этого, проходили по неподвижным телам. И с каждым их
движением Белый Олень обретал все большую силу, я кожей чувствовала, как
она вливалась в него.
  Наконец монстр вновь издал тот самый повергающий в ужас высокий
протяжный визг, который я слышала еще в монастырском саду, и, поднявшись
на дыбы, словно бы пропорол небо мерзкими рожищами. На миг голова чудища
скрылась в облаках, затем над ним образовалось белесое пятно, от которого
стремительно разбегалась сеть трещин. Через них вползали, просачивались
смертельные щупальца. И снова ударил синий огонь, заставив их - нет, не
убраться, но все же отпрянуть, хотя дыр на сей раз осталось поболе...
  Я наконец догадалась оглянуться. Так и есть. Эльфы. Несколько
взявшихся за руки Лебедей во главе с Эмзаром сдерживали магию монстра, но
мне было очевидно, что силы неравны. Да уж, не уйди Преступившие и Роман
на поиски Эрасти, уцелей Астени, окажись Эанке существом пусть
бессердечным, но хотя бы способным понять происходящее, все могло быть
иначе. Вместе они еще могли бы отбиться, но теперь...
  Не соображая, что я делаю, я быстро побежала по стене к тому месту,
где кто-то озаботился пристроить к ней широкий деревянный пандус, по
которому могло пройти в ряд человек пятьдесят. Меня никто не останавливал,
люди в ужасе таращились кто на Оленя, кто на ставшее таким опасным небо.
Наверное, только я понимала, что смотреть надо на горсточку эльфов, что
только от того, на сколько их хватит, зависит, жить нам или не жить. То
есть что не жить - было очевидно, дело было лишь в том, сколько этой жизни
еще оставалось.
  Я добралась до места, когда Олень малость поутих, а его прислужники
засуетились, накачивая тварь новыми и новыми силами, которые, разумеется,
отбирали у жертв, согнанных сюда из окрестных деревень. Пытались
отдышаться и эльфы. Я оказалась как раз над ними и с какой-то спокойной
горечью поняла, как они измотаны. И как их мало. Эмзар и Клэр стояли
впереди, обняв друг друга за плечи, словно готовясь исполнять Осенний
Танец. Остальные преклонили колени за их спинами, окружив тлеющий голубым
костер. Нет, не костер. Я догадалась, ЧТО это было, и подивилась Эмзару,
не пожалевшему ради спасения нашего мира главного талисмана клана. Моих
знаний в магии хватило на то, чтобы понять: в общей сумятице, когда защита
Тарры ломалась изнутри и снаружи, Лебеди со своим Камнем получали хороший
шанс вырваться и уйти к своим собратьям. А вот поди ты... Пришли умирать
вместе со всеми. Если у людей еще теплилась хоть какая-то надежда, то
эльфы понимали все. Я видела как они отдавали свои силы талисману,
который, в свою очередь поддерживал заклятия Эмзара.
  На этот раз им удалось устоять. Я с отвращением посмотрела на
ройгианцев - похоже, те придумали что-то новенькое - щупальца исчезли, но
из пробитого рогами отверстия в наш мир вплывал отвратительный толстый
столб, который на конце начал раздуваться, растягиваться, превращаясь в
гигантский перевернутый гриб. Его "шляпка" тянулась к защитникам. Теперь
над Эмзаром зависло некое подобие перевернутого блюда, края которого
начали стремительно заворачиваться внутрь, пытаясь накрыть эльфов. Эмзар и
остальные вскинули руки, их окружило ярко-синее кольцо, и белая муть
остановилась, но не исчезла. Я поняла, что она будет ждать, пока силы
Перворожденных не будут вычерпаны до конца, после чего слизнет их вместе с
их талисманом и возьмется за смертных. А слабели Лебеди быстро, очень
быстро. Белый пласт начал медленно, почти незаметно опускаться, но
внезапно резко подскочил вверх. Сначала я не поняла, что произошло, а
поняв, не могла не удивиться.
  Уж во что во что, а в Творца, как его представляла Церковь Единая и
Единственная, я не верила, ибо, признав, что Он есть, приходилось
признать, что и все безобразия и подлости творятся с Его ведома, а по мне
уж лучше думать, что мы одиноки и свободны. Разумеется, в магические
способности адептов Церкви я тоже не верила, и, как оказалось, совершенно
зря.
  Кто-то седой и осанистый, в полном кардинальском облачении привел на
помощь к несуществующим или же богомерзким эльфам целую толпу верующих.
Конец света Его Высокопреосвященство встречал во всеоружии и по всем
правилам. В парадном одеянии цвета лучшего корбутского малахита, с увитым
белыми сияющими цветами Посохом и отливающим всеми цветами радуги
драгоценным наперсным Знаком "Знак - символ Церкви Единой и Единственной,
выполненный в виде нагрудного украшения, носимого клириками на массивной
металлической цепи. По Знаку можно судить о положении данного клирика в
Церковной иерархии", он был просто великолепен. Рядом шли несколько
клириков разного возраста и положения, в том числе и четверо кардиналов.
Слуги Церкви, как и простые смертные, воспринимали творящийся кошмар
по-разному - кто-то стоял до конца и делал что мог, кто-то забился в
щели... Тем не менее десятка два собратьев кардинал с цветущим посохом
присобрал, сотворив, наверное, самый странный за всю историю Церкви
Небесный Ход "Небесный Ход - торжественная церковная процессия, когда
верующие во главе с клириками выходят из храма и совершают круг вокруг
него, а в особо торжественных случаях по улицам или же вокруг населенного
пункта. Небесный Ход - непременный атрибут большинства признаваемых
Церковью праздников, однако может быть проведен и в экстраординарных
случаях, сопровождая молитвы "О победе", "О превращении Великого Зла" или
"О мире и благодати"". К нему примкнули тысячи верующих, истово молящих
Творца о спасении. Люди пытались петь молитвы, в руках многих мерцали
свечки, прикрываемые ладонями от порывов взбесившегося ветра. Похоже,
изначально процессия двигалась к храму, но затем седой кардинал повел свою
паству на стены.
  Увидев эльфов, клирик, видимо, все понял, а поняв, не колебался.
Знаком показав прочим остановиться и продолжать молитву, кардинал подошел
к Клэру и возложил холеную руку на его плечо. Я ничего не ждала от этой
манипуляции, хотя мужество церковника и вызывало уважение. Я ошибалась.
Посох Его Высокопреосвященства воссиял глубоким зеленым светом, а висевший
над площадью белый блин отвратительно задрожал, как задрожала бы огромная
медуза, вздумай ее кто-нибудь как следует тряхануть, и нехотя пополз
вверх. Увидев это, многие молящиеся попадали на колени, истово простирая
руки к такому жуткому небу, и, словно в ответ на их призывы, зеленый свет
полыхнул ярче, а студенистая мерзость наверху отступила еще немного. Что
ж, приходится признать, Церковь оказалась неплохим аккумулятором
магической энергии, капля которой есть в каждом живом существе, будь то
человек или, к примеру, корова. Молитвенный экстаз ее усиливал
многократно, а возглавивший Небесный Ход клирик вбирал в себя сотни
маленьких искр и отдавал их возводящему защитные барьеры Эмзару...
  И все равно этого было недостаточно. Какой бы сильной и искренней ни
была вера, только Святые, если предположить, что они существуют, могут
благодаря лишь ей творить чудеса, превозмогающие грязную магию смерти и
мучений. Неожиданная задержка лишь распалила ройгианцев, гнавших на убой
новых и новых заложников, чьи страдания питали Белого Оленя. Один за
другим четверо эльфов медленно опустились на колени, так и не разорвав
живой цепи, - их силы были на исходе. Белесый блин это сразу же учуял и
рывками начал спускаться к защитникам, и тут события понеслись с быстротой
бурного весеннего потока.
  Сначала словно бы из ниоткуда появились трое - старая женщина и двое
молодых людей. Я никогда не видела ни эту старуху с летящими белыми
волосами, ни ее спутников, один из которых, стройный и гибкий, обхватил
плечи кардинала. Седая и ее спутники встали плечом к плечу, заменяя собой
упавших, и белая смерть снова отпрянула.
  Дико, странно, нелепо, но мне все это напомнило старую добрую игру,
когда два отряда перетягивают веревку с закрепленным посредине
диском-меткой. Так Олень и Перворожденные с их нежданными союзниками
тянули друг на друга незримый канат, посредине которого была гибель.
Гибель, которая неотвратимо приближалась. Талисман эльфов вспыхнул не
правдоподобно ярко и погас. Он исчерпал себя. Все было окончено - ройгу
одержал победу!
  И в это время я наконец ощутила Силу, которая стремительно затопляла
все мое существо. Это было как и в прошлый раз, но намного сильнее,
пронзительнее. Магическая энергия переполняла меня, словно каждое
заклинание, каждая выпитая жизнь, доставшиеся Оленю, питали и меня, а
скорее всего так оно и было. Мгновение назад я была одинокой,
приготовившейся к неизбежному концу женщиной. О том же, чем я стремительно
становилась сейчас, странно и страшно было даже думать. И тут я услышала
зов. Голос, который слышала только я, звучал уверенно и самодовольно. Меня
прощали. Мне приказывали воссоединиться с породившей меня силой,
немедленно идти к Нему, ведь я изначально ему принадлежу... Я была
посвящена Ему при рождении, меня растили, готовя к Великой Миссии, которую
я чуть было не погубила. Но еще не поздно. Я еще исполню свой долг и буду
вознаграждена. Мои ноги сами понесли меня вперед. Я шла, нет, не шла,
летела туда, где только и могло быть мое место... Но меня остановили.
  Кто-то обхватил меня за плечи, и я обернулась. Рене! Герцог, хоть
лицо его и было искажено болью, на ногах держался, и держался твердо. Так
мы и замерли рядом, в одной руке он держал обнаженную шпагу, а другой
обнимал меня за плечи, прижимая к себе в извечном мужском желании защитить.
  Нет, он, конечно же, не понял, не мог понять, что со мной творится;
меня нынешнюю он совершенно не знал, а та женщина, которую он оставил в
Идаконе, видимо, могла сделать только одно - кинуться в отчаянье вниз с
крепостной стены. Герцог схватил меня за плечи и хорошенько встряхнул.
Кажется, он велел мне немедленно прийти в себя, и... я это сделала.
Переполнявшей меня силы хватило бы для того, чтобы и от самого Рене и от
всех, кто стоял с ним рядом, не осталось ничего... Голос приказывал мне
именно это - уничтожить Рене потому что это было необходимо Ему. Я больше
не чувствовала своего тела, оно казалось мне таким же орудием смерти, как
кинжал или шпага. Рене еще раз тряханул меня, я вскинула голову и
встретилась с его яростными и несчастными глазами... Взгляды наши

Предыдущая Части Следующая


Купить фантастическую книгу тем, кто живет за границей.
(США, Европа $3 за первую и 0.5$ за последующие книги.)
Всего в магазине - более 7500 книг.

Русская фантастика >> Книжная полка | Премии | Новости (Oldnews Курьер) | Писатели | Фэндом | Голосования | Календарь | Ссылки | Фотографии | Форумы | Рисунки | Интервью | XIX | Журналы => Если | Звездная Дорога | Книжное обозрение Конференции => Интерпресскон (Премия) | Звездный мост | Странник

Новинки >> Русской фантастики (по файлам) | Форумов | Фэндома | Книг