Русская фантастика / Книжная полка WIN | KOI | DOS | LAT
Предыдущая                         Части                         Следующая
равны, надо уничтожить деление на богатых и бедных. Все зло в мире - от
собственности. Прежде всего нужно упразднить частную собственность, тогда
исчезнут жадность, тяга к накоплению, возможность эксплуатировать и
обирать бедняков.
   Но как уничтожить частную собственность, как организовать Утопию на
Земле?
   В книге Томаса Мора все это сделал "Утоп, чье победоносное имя носит
остров"
   (король или завоеватель?). Видимо, Мор надеялся на благожелательность
мудрого короля, возможно, в глубине души уповал, что Генрих VIII, прочтя о
Нигдее (так называли Утопию друзья Мора), захочет превратить Англию в
образцовую страну. Генрих действительно читал "Золотую книгу...", но
сделал другой вывод: решил привлечь ко двору умного и образованного автора
не ради утопических проектов, а для того, чтобы служил королю. Томас Мор
представлял такую возможность, понимал и ее последствия, всю свою судьбу
заранее изложил в Утопии.
   Вот что говорит в этой книге рассказчик (якобы Томас Мор) Гитлодею:
   "...если ты решишься не чуждаться дворцов государей, то своими советами
можешь принести очень много пользы обществу...".
   На что Гитлодей отвечает:
   "Из этого не может выйти ничего другого, как то, что, стремясь вылечить
бешенство других, я сам с ними сойду с ума... Далее, попадая в такую
среду, которая легче может испортить даже прекрасного человека, чем
исправиться сама, ты не можешь встретить ничего такого, где ты мог бы
принести какую-нибудь пользу. Извращенные обычаи такого общества или
испортят тебя, или, оставаясь непорочным и невинным, ты будешь служить
прикрытием чужой злобы и глупости; нечего и говорить тут о каких-либо
достижениях путем упомянутой окольной дороги".
   Так написал Томас Мор, вкладывая свои мысли в уста Гитлодея, так оно и
получилось.
   Король все-таки привлек к себе на службу завоевавшего общеевропейскую
известность автора "Золотой книги...". Томас Мор стал докладчиком
прошений, затем хранителем казны, затем председателем палаты общин. Он
быстро продвигался вверх, хотя не раз, "стремясь вылечить бешенство
других", перечил и самому королю. В 1529 г. Мор стал лордом-канцлером,
вторым лицом в государстве. Ненадолго стал - на три года. Будучи католиком
и соответственно сторонником верховной власти папы, Томас Мор отказался
дать присягу королю как "верховному главе" англиканской церкви, после чего
был заключен в тюрьму, обвинен в государственной измене и казнен.
   "Утопия" еще не роман. Это трактат, написанный в форме диалога, обычной
для эпохи Возрождения. Сто лет спустя и Галилей написал в форме диалога
свою книгу о вращении Земли. А за две тысячи лет до Мора и до Галилея
также в форме диалога Платон поведал нам легенду о затонувшем острове
Атлантида.
   Трактат в форме диалога. Действующих лиц в нем нет, нет интриги, нет
развития событий, завязки и развязки, характеров и столкновений характеров.
   Идет беседа-рассуждение, в которой ощущается присущее фантастике
стремление к внешнему правдоподобию. Еще и Платон, повествуя об Атлантиде
(истиной или выдуманной им?), ссылается на рассказ, услышанный им в Египте
от некоего жреца. Известно, что Платон в Египте был, возможно, такой
рассказ слышал.
   Возможно, Атлантида действительно существовала, хотя и не десять тысяч
лет назад, правдоподобие выдержано. Остров был, остров исчез, следов не
найти, проверить невозможно.
   То же у Томаса Мора. Он ссылается на рассказ, услышанный от спутника
Америго Веспуччи. Веспуччи - подлинное лицо, но в ту пору он уже умер.
Америка еще не была исследована, кто знает, какие там есть государства. И
в самом деле, Мексика и Перу были открыты уже после выхода "Утопии". И
тогда, между прочим, в Перу очень многое напоминало порядки утопийских
общин.
   Но обширные неведомые государства можно было легко помещать на глобус
при Море - в XVI в., не без труда при Свифте - в XVIII в. К XX в. на
земном шаре не осталось места для "страны, которой нет". И фантастическая
литература отправилась за пропиской в космос или же, поскольку появилась и
окрепла надежда на то, что правильную жизнь можно наладить в будущем,
утопические романы все чаще датировались будущим временем.
   В будущее и ведет нас Иван Антонович Ефремов в своем романе "Туманность
Андромеды".
 
 
 
 
   Беседа девятая 
 
   Через тысячу лет 
 
   Общество будущего решил показать писатель-фантаст. Посылает в грядущие
века своих корреспондентов - героев романа. Каким путем они попадают туда?
 
   Литература знает несколько приемов.
 
   1. Будущее в чужой стране - едва ли на Земле, вероятнее - в космосе.
   Космонавты отправляются на другую планету, там существует цивилизация,
опередившая нашу.
 
   2. Парадокс времени. Согласно теории относительности при полете со
скоростью, близкой к скорости света, время идет медленнее, чем на Земле.
   Космонавты улетают к звездам, в пути у них проходят годы, а на Земле за
этот же срок - десятки, сотни лет. Вот и прибыли в гости к правнукам.
 
   3. Машина времени. Когда ее ввел в литературу Уэллс, она казалась
правдоподобной. Правда, путешествие во времени приводит к нелепостям,
герой может встретить сам себя, убить сам себя. Сейчас подобные
путешествия вводятся в произведение как условный прием.
 
   4. Сон или анабиоз. (Анабиоз - временное прекращение жизни из-за
высыхания или замораживания.) Прием, не вызывающий сомнения у ученых,
часто встречается в литературе ("Через сто лет" А.Беллами, "Записки из
будущего"
   Н.Амосова, "Клоп" В.Маяковского). Недостаток приема: нельзя же
вернуться из будущего, чтобы рассказать о своих впечатлениях.
 
   5. Машина, предсказывающая будущее. Вычисляет, предсказывает,
показывает на экране. Недостаток сюжетный - герои пассивны: сидят, смотрят
на экран (Абэ Кобо. "Четвертый ледниковый период").
 
   6. Откровенное обнажение приема. "Друг мой, я возьму тебя за руку и
отведу в будущее. Закрой глаза и вообрази себе..." (В.Захарченко.
"Путешествие в завтра").
 
   7. Отсутствие приема. Повествование начинается с определенной даты в
будущем, например: ...рано утром 1 января 2999 г.
   Критики Е.Брандис и В.Дмитриевский справедливо указывают, что первые
шесть приемов позволяют рассматривать будущее глазами наших современников,
а седьмой позволяет писателям показывать через внутренний мир человека
будущего.
   Томас Мор выбрал первый прием - будущее в чужой стране. В эпоху великих
географических открытий всего правдоподобнее казалось открытие еще одной
страны за океаном. Наш современник - Ефремов - предпочел седьмой путь -
отсутствие приема. На первой же странице его романа мы видим героев в
кабине звездолета:
   "В тусклом свете, отражавшемся от потолка, шкалы приборов казались
галереей портретов. Круглые были лукавы, поперечно-овальные расплывались в
наглом самодовольстве, квадратные застыли в тупой уверенности...
   В центре выгнутого пульта выделялся широкий и багряный циферблат. Перед
ним в неудобной позе склонилась девушка... Красный отблеск сделал старше и
суровее юное лицо..."
   События происходят лет через тысячу, в эре Великого Кольца. Уже
установлена радиосвязь с другими космическими цивилизациями, они передают
друг другу важные сообщения. Но визиты пока затруднительны. Звездолеты
посещают только ближайшие звезды, удаляясь от Солнца не далее чем на
два-три десятка световых лет. Каждая звездная экспедиция - трудное и
редкое предприятие.
   Как обычно в фантастике, даты условны; Ефремов их и не называет. Но
точно обозначены "до" и "после": после установления Великого Кольца, до
регулярных полетов к звездам.
   Данная тридцать седьмая звездная экспедиция под начальством Эрга Ноора
посылалась к сравнительно близкой (всего пять лет полета в один конец!)
   планете Зирда, почему-то замолкшей, переставшей транслировать
радиопередачи Кольца.
   Оказалось, что жизнь на планете загублена... и даже не атомной войной,
а всего лишь неумеренными опытами, постепенным накоплением радиации.
   Предостережение!
   На обратном пути экспедиция попадает в поле невидимой черной звезды,
вынуждена сесть на одну из ее планет. Но там важная тайна. Некогда на той
же планете потерпел крушение дискообразный звездолет из неведомых миров. И
Земля, и все Великое Кольцо не знают таких кораблей.
   Между тем Земля продолжает принимать передачи Кольца. В одной из них
эстафетой прибывает сообщение с довольно далекой звезды Эпсилон Тукана.
   Оказывается, там живут наши братья не только по разуму, но и по
внешности - существа ослепительной красоты. Увы, от той звезды свет и
передачи идут триста лет.
   Особенно сильное впечатление производит такая передача на молодого
физика Мвен Маса, который хочет победить, наконец, пространство и время,
разделяющие миры. На свой страх и риск, не получив разрешения, он
производит опасный опыт. И опыт кончается катастрофой.
   Терзаясь угрызениями совести, Мвен Мас бросает научную работу и
удаляется на остров Забвения, где живут люди, которым не по душе
цивилизация, приятнее простая жизнь пастухов и рыбаков. Но встреча с
жителем острова, огрубевшим и эгоистичным, заставляет Мвена Маса
вернуться. Его поступок обсуждает Совет Звездоплавания. Ученые оправдывают
Мвена, все они понимают, что невозможно познавать неведомое без риска.
   Человечество хочет идти вперед, и благодаря усилиям людей всей Земли
организуется не одна, а сразу три звездных экспедиции: очередная - к
сверхплотной звезде - белому карлику, еще одна - к далекой зеленой звезде,
вокруг которой обращаются пригодные для заселения планеты. Лететь туда в
один конец лет семьдесят, так что экипаж никогда не вернется на Землю.
   Третья же экспедиция направляется к опасной невидимой звезде.
По-видимому, диск прибыл из туманности Андромеды - галактики, отстоящей от
нас не на тысячи, не на десятки тысяч, а на целых два миллиона световых
лет. Нет предела для устремлений разума!
   Вы можете сделать заключение, что сюжет романа не так уж необычен для
фантастики. Космический полет, авария, неудачный опыт, проступок,
раскаяние и прощение, в финале - перспектива новых полетов. Но в том-то и
дело, что "Туманность Андромеды" - не чисто приключенческая фантастика,
волнующая нас напряженным развитием действия, а утопия. Главный интерес ее
- в изображении жизни будущих людей.
   Ефремов начинает повествование с изложения предыстории, с лекции о
событиях тысячелетия, отделяющего героев романа от наших дней. Лекцию эту
читает для Кольца историк Веда Конг.
   Историки будущего, по мнению Ефремова, считают, что мы с вами живем в
конце ЭРМ - эры Разобщенного Мира, когда на земном шаре множество
разноязыких государств, когда на одной планете два мира - социалистический
и капиталистический. Вторая Великая революция, завершающая ЭРМ, открывает
следующую эру - эру Мирового Воссоединения, последний век которой - век
Общего Языка, т.е. когда все народы сольются в единую нацию, говорящую на
едином языке. Далее следует ЭОТ - эра Общего Труда. Она начинается с века
Упрощения вещей. По мнению автора, не может быть изобилия без упрощения
потребностей, отказа от излишеств в пище, в одежде, бессмысленной тяги к
роскошной мебели и дорогим побрякушкам (замечаете перекличку с Томасом
Мором?). Конечно, все человеческие потребности можно удовлетворить, если
потребности эти разумны. Естественно, представление об уровне разумных
потребностей изменилось с XVI в. Человека уже не удовлетворит одноцветная
хламида на два года и шкура в качестве рабочего комбинезона.
   За веком Упрощения вещей идет век Переустройства природы, быта и
человека, века Первого Изобилия и Космоса, а из него вытекает ЭВК - Эра
Великого Кольца.
   Пожалуй, идея Великого Кольца - самая впечатляющая в книге Ефремова.
Сеть дружбы далеких цивилизаций, побеждающая пространство! Руки не могут
слиться в рукопожатии, но голоса доходят. А если инозвездные друзья не
могут преодолеть пространство, они передают послания эстафетой - со звезды
на звезду.
   "Аэлита" Алексея Толстого кончается апофеозом любви. Слова любви летят
через десятки миллионов километров с Марса на Землю; любовь покоряет
пространство.
   У Ефремова пространство покорено дружбой.
   Правда, придирчивый критик мог бы заметить, что конкретной пользы от
звездной информации не видно. Единственная практическая задача - полет
37-й звездной экспедиции, чтобы выяснить, почему замолчала планета Зирда.
   Звездолет Эрга Ноора прибывает слишком поздно, помощи оказать не может.
В остальных примерах Великое Кольцо выглядит самодовлеющим: работает само
на себя - на расширение Кольца. Ну что ж, можно считать, что Ефремов
описывает начальный период - после создания Кольца и до практических
результатов. Еще предстоит совершенствование - самый острый конфликт
романа и связан с этим совершенствованием.
   Кольцо еще "не принесло своих плодов", но век Переустройства уже
завершился до Эры Кольца. Глобальная реконструкция планеты Земля
выполнена. Растоплены льды Арктики и уменьшены льды Антарктики, благодаря
этому климат стал мягче.
   Население планеты сосредоточено в зонах умеренного климата, на уровне
Средиземноморья - колыбели земных цивилизаций. К югу и северу от жилых
полос - сырьевые зоны.
   Переустроена природа планеты, улучшена природа человека. Выверена
наследственность, убраны все огрехи, внесенные болезнями и неумеренной
радиацией в эпоху Разобщенного Мира. Все люди от рождения здоровы,
красивы, жизнерадостны и уравновешенны. Остальное дается воспитанием.
Герои Ефремова - сдержанные, дружелюбные, неболтливые люди (остроумие они
презирают, считают пустословием).
   Сдержанны они и в любви, любовь больше похожа на спокойную дружбу
единомышленников. Женщины во всем равны мужчинам, но превосходят их
красотой, изяществом, мастерством в искусстве. Рождение двух детей они
считают своим общественным долгом, но младенцы живут с матерью только до
одного года. После этого детишек передают в школы нулевого цикла. Всех
циклов четыре - каждый на четыре года. Для акклиматизации они проводятся в
разных частях света. Школьники старшего цикла шефствуют над малышами.
   Взрослые же, не только родители, но и любые почетные люди, выбираются
наставниками. Окончание школы и гражданская зрелость отмечаются трудовыми
заданиями - они торжественно называются "подвигами Геркулеса". Быть
медсестрой на острове Забвения предполагает девушка Рея. Юноши выбирают
задания поопаснее и потяжелее - провести дорогу через хребет, выяснить
причину появления больших осьминогов и истребить их.
   Выполняя "подвиги Геркулеса", молодой человек определяет свои вкусы и
выбирает специальность, первую. Жизнь долгая, люди будущего успевают
перепробовать пять-шесть профессий. Но везде они ценят творчество, во имя
творчества даже сокращают сроки жизни. Ефремов придерживается
распространенной, хотя и не всеми учеными принятой гипотезы о том, что
продолжительность жизни зависит от нервов. У творцов нервы расходуются
активнее, эти люди живут не 150-200 лет, а вдвое меньше.
   Творчество в работе, творчество в искусстве. Искусством, как и спортом,
занимаются в свободное время, это не специальность. Историк Веда Конг
поет, биолог Чара Найди - призер танца. Ефремов подробно и с увлечением
описывает празднества, например Праздник Пламенных Чаш, названный так в
память древнего индийского обычая. И вдохновенную главу автор посвящает
музыке будущего. Называется эта глава "Симфония фа-минор, цветовой
тональности 4,750 мю".
   Естественно, в научно-фантастическом романе много говорится о науке

Предыдущая Части Следующая


Купить фантастическую книгу тем, кто живет за границей.
(США, Европа $3 за первую и 0.5$ за последующие книги.)
Всего в магазине - более 7500 книг.

Русская фантастика >> Книжная полка | Премии | Новости (Oldnews Курьер) | Писатели | Фэндом | Голосования | Календарь | Ссылки | Фотографии | Форумы | Рисунки | Интервью | XIX | Журналы => Если | Звездная Дорога | Книжное обозрение Конференции => Интерпресскон (Премия) | Звездный мост | Странник

Новинки >> Русской фантастики (по файлам) | Форумов | Фэндома | Книг