Русская фантастика / Книжная полка WIN | KOI | DOS | LAT
Предыдущая                         Части                         Следующая
к другу..."
   Отрывок второй,  более поздний.  Почерк тот же,  текст на
русском.
   "Ты уже понял,  Сомов,  что происходит?  Мы существуем  в
режиме разделения времени.  Но не совсем.  Подсознание у нас
общее.  Я,  как видишь,  свободно изъясняюсь по-русски.   То
есть, я - это уже не совсем я. А ты?.. Но почему я бываю так
редко? Переключение сознания происходит для меня максимум на
сутки.  Черт побери,  как  бы  мне  совсем  не  рассосаться!
Бодрее, Сомов!  Чтобы ты не сомневался в моем существовании,
продолжаю по-шведски..."
   Далее текст по-шведски - примерно полстраницы.  Почерк  -
иной.
   И далее прежним почерком:
   "Уве,  я не понимаю по-шведски!  Попробуй установить,  не
связаны ли акты переключения с какими-то внешними факторами.
Возможно, этим можно управлять!".
   Далее вырвано страниц десять. Продолжение:
   "Женя,    не  будь  наивным - идет  какой-то  необратимый
процесс и остановить его нельзя. Я выпрыгиваю из небытия все
реже и реже.  Всякий раз ситуация совершенно новая,   но  не
успеваю я привыкнуть к этой,  как все меняется,  и  я  снова
вынужден  мучительно  искать  концы,    за  которые    можно
ухватиться. Я - на пределе. Приятно заглянуть в калейдоскоп,
но жить в нем - ад!  Обычный  человек,    вероятно,    и  не
подозревает,  какой уникальный подарок - непрерывность бытия
(подчеркнуто дважды - Сюняев).  А у меня...    Я  непрерывно
просыпаюсь не там,  где уснул,  и не могу ложиться спать  по
своему желанию. Тебе это знакомо?"
   "Да, но,  вероятно,  не в полной мере.  Раньше - чаще.  А
теперь провалы во времени все меньше и меньше,  а  сами  они
все реже... Я краду у тебя жизнь.  Сначала взял тело взаймы,
а теперь и вообще обнаглел".
   "Не  казнись. Какие  могут  быть  счеты  между    старыми
приятелями. Дело идет к концу, и скоро, думаю, ты останешься
один. Я просто уже не выдерживаю этого бешенного темпа смены
декораций и понемногу начинаю  сходить  с  ума.    Послушай,
Евгений,    вероятно,    все    дело    в    психологическом
несовместимости или в генетической памяти  (?    -  Сюняев).
Вспоминай, были ли между нами трения до аварии?"
   "Особых трений не было...  О чем ты говоришь,  Уве!    Мы
отлично уживались в составе трех экипажей".
   "Сомов,  не валяй дурака.  Вспоминай!    Должна  же  быть
причина.  Пойми,  у меня просто нет времени  (подчеркнуто  -
Сюняев) вспоминать.  А может быть наши личности так  велики,
что не умещаются в одной черепушке?  Я ду..." (текст оборван
- Сюняев).
   "Уве,  наше общение с моей стороны  напоминает  шахматную
игру по переписке. Сделал ход - ждешь три дня ответ.  За это
время выясняется,  что есть  лучшее  продолжение.    Я  буду
высылать не ходы, а целые варианты. Не возражаешь?"
   Вырвано, несколько страниц. Далее:
   "Женя,  больше не могу...  Не успеваю порой даже прочесть
твое послание.  Пиши короче и самое важное.  Где мы?  Что мы
делаем? Суть! И еще, я хо..." (текст оборван - Сюняев).
   "Я жду - дата" (до полета на Землю - Сюняев).
   "Жду по-прежнему - дата" (то же - Сюняев).
   " Женя, вырвись на Землю! Хоть на минуту оказаться там...
Боже мой, я схожу с ума!..  Хочу увидеться с Мартой.  Отвези
меня!.. Калу..." (текст обован - Сюняев).
   "Уве, что Калуца? Я жду!"
   "Надо встретиться с Сомовым и Калуцей. На Землю!"
   Вырвано несколько листов.
   "Уве!  Ты что-то понял?  Что?  Жду непрерывно!  Блокнот и
ручка всегда в нагрудном кармане.  Завтра улетаю  на  Землю.
Правильно? Ответь хоть как-нибудь.  Да - плюс.  Нет - минус.
Или перегни страницу".
   Вырвано еще несколько листов.
   "Уве, почему молчишь? Что-то не так? Что случилось?"
   Следующий лист до половины оборван.  На оставшейся  части
почерком Свеаборга:
   "Женя, я... Вавилов - шестой - кессон!!!"
   Дальше в блокноте только чистые листы.  Блокнот  доставлю
лично. Мало ли что... Привет коллегам! Сюняев.
   Р.S. Штокман ведет  переговоры  на  предмет  обследования
"Вавилова".  Выясняются интересные детали.  "Вавилов" никуда
не улетает,    а  каким-то  удивительным  образом  попал  на
эллиптическую орбиту с большим эксцентриситетом.  Сейчас  он
идет в перигелий.  То есть,   я  не  знаю  точно,    но  все
начальники многозначительно помалкивают или сидят,   потупив
взор.  А через пару лет войдет в зону Приземелья.   Забавно,
не правда ли?
   Надо раскочегаривать вопрос. Помогите Штакману,  надавите
на кого-нибудь!"


                        Глава 10


   Я изучал "шифровку" Сюняева в течение суток,  после  чего
утром позвонил Спиридонову и предложил собраться.
   - После обеда, - сказал Спиридонов.
   - А почему не сейчас?
   - А потому,  что "потому што" оканчивается на "ушто",   -
туманно пояснил он и отключился.
   Я позвонил Кикнадзе и мы обсудили кое-какие  мероприятия.
Потом  я  позвонил  в  архив  и  попросил  найти   кое-какие
материалы. Но, откровенно говоря, подобного рода "кое-какая"
деятельность мне  очень  не  нравилась.    За  нашей  спиной
какие-то лица занимались какими-то странными делишками,    и
было понятно, как дважды два, что ситуацией мы не владеем...
   Спиридонов  открыл  совещание  следующим   незамысловатым
образом. Он прихлопнул ладонью по столу и сказал:
   - Так. Все молчат!  Говорю я.  Первое: послание Сюняева я
читал, хотя и не анализировал. На это нужно время,  а у меня
его нет.  Не знаю почему,    но  оперативная  обстановка  за
последнее время осложнилась и,  притом,  весьма.   То  есть,
факты нарушения  всего  подряд  посыпались,    как  из  рога
изобилия.    Я  далек  от  мысли,    что  нарушения   кем-то
инспирируются...  Что?  Ну,  черт с вами,    подстраиваются,
устраиваются или делаются специально.   Скорее  всего,    их
перестали скрывать. Это значит, что, с одной стороны, раньше
их скрывали,  а мы хлопали ушами,  и,    с  другой  стороны,
кому-то срочно понадобилось нас занять мелочевкой.   Выводы?
Кикнадзе!
   - Хорошенькое дело!..
   - Гиря!
   - Нам  пытаются  диктовать  политику,    -    сказал    я
многозначительно. - Втягивают.
   - Не думай, что ты такой умный,  - буркнул Спиридонов.  -
Просто у Зураба не было времени на размышления.    Но  вывод
верный. Втягивают. И мы в нее втянемся!
   - Мы в нее уже втянулись, - заявил Зураб. - Где Карпентер?
   - Где надо. Пишет заключение  по  четвертой  орбитальной.
Позже подключится я вам,  если потребуется.  Ты,   Кикнадзе,
садись и начинай писать трактат об этом деле.  Идея  такова.
Сколько и какие люди будут работать по  делу  -  неизвестно.
Необходимо иметь возможность вводить их в курс.   Поэтому  -
факты, гипотезы, соображения,  предложения.  И чтобы мухи от
котлет отличались. Ясно?
   - Так точно!
   - Постарайся  все  систематизировать  и   разложить    по
полочкам.  Но не мудри.  То есть,  мудри,  но  на  отдельных
бумажках.  Отдельно  -  установленные  факты,    отдельно  -
концепции,  отдельно - выводы и отдельно - предложения.  Вся
бухгалтерия - на тебе. Ты,  Гиря,  - Спиридонов для верности
указал  на  меня  пальцем,    -  ты  займешься   оперативном
деятельностью в области Калуца - Сомов -  Шеффилд  и  иже  с
ними.
   - А кто будет вести дело? - возмутился я.
   Спиридонов хмыкнул.
   - Дело, похоже, такое простое,  что вести его буду теперь
я.  И я же буду его официально представлять  в  компетентные
органы... Обиделся?
   Я, в общем-то, не обиделся,  я уже понимал,  что это дело
может вести только один человек - Спиридонов.    Потому  что
только он один среди нас имеет вес в верхах.   Ибо,    чтобы
заткнуть рот мне,  достаточно было,  вероятно,  Шатилова или
Кузьмицкого.  А вот кто может затянуть рот Спиридонову  -  я
даже представить не мог.
   Но на всякий случай я  сделал  вид,    что  оскорблен  до
глубины души.
   - И правильно,  что не обиделся,   -  заявил  Спиридонов,
игнорируя мой вид. - Свои люди - сочтемся.   Теперь  второе.
Первое. Смерть Свеаборга - это серьезный удар. Вывод: Сомова
надо беречь,  как зеницу ока!  Как?  Не знаю!  Но если и  он
загнется,  то...  Поэтому ты,  Гиря,  займешься  тем,    что
организуешь мне встречу с Калуцей.
   - А может быть, прямо сейчас с ним связаться?
   - Обсудим... Второе. Что за шестой, кессон на "Вавилове"?
Ты, Гиря, встретишься с Сомовым.  Я понял так,  что у тебя с
ним есть контакт,  и могу предположить,  что произошло между
Свеаборгом и его женой.  Но о чем он беседовал с Сомовым,  и
Калуцей, мы не знаем. Мы даже не знаем, имела ли место такая
беседа.  А кто за нас будет это знать?  А?  Что молчишь?  Вы
давайте, не молчите, а... того!
   - Не было команды шевелить,  -  сказал  Зураб.    -  Была
команда слушать.
   - Была команда молчать!  Так  и  молчите...    В  аспекте
"Вавилова" я уже провел  работу  -  этим  займется  Штокман.
Поддержку мы ему обеспечим... А то, ишь, взяли моду!
   - Остается Сюняев, - заметил я.
   - У Сюняева сейчас пока только  одна  задача:  он  должен
доставить с Марса блокнот Свеаборга и положить  его  вот  на
этот стол, - Спиридонов прихлопнул по столу.  - Уточняю: вот
сюда. Вот здесь,  тут вот,  между папкой и аппаратом...  Тут
ему самое место!  И пока он тут не лежит,  Сюняев будет  его
везти до тех пор,  пока  совсем  не  привезет.    Я  понятно
объясняю?
   - Очень доходчиво, Василии Васильевич, - подтвердил Зураб
и выразительно посмотрел на меня,  мол,   не  дразни  гусей,
иначе он никогда не кончит.  - Мы оба прониклись  пониманием
до глубины души.
   - Хорошо, что прониклись. А то бы пришлось еще доходчивее
объяснять... Да,  мужики,  блокнот - это,  скажу я вам..,  -
мечтательно произнес Спиридонов. - Я хочу его лицезреть.  Я,
пока не увижу его воочию,  не налюбуюсь  как  следует,    не
вчитаюсь в каждую строку - не успокоюсь.  А увижу и вчитаюсь
- все!  Ибо данный блокнот - это единственный на сегодняшний
день материальный объект в этом деле... А? Как считаете?
   - А нас пустят на него посмотреть? - спросил Зураб.
   - Вас? Не всех и не сразу.  Только самых достойных.  Да и
то... Короче, я вожделею этот блокнот, и все тут!.. Так.., -
Спиридонов вернулся в деловую фазу.  - Слово предоставляется
Гире.    Что  может  сказать  упомянутый  Гиря  по  существу
упомянутого блокнота? Выступающий готов?
   - Готов. Начинать?..  Блокнот очень интересный.    С  его
появлением все дело прояснилось и,  как справедливо  заметил
предыдущий оратор, перешло в разряд простых...
   Спиридонов крякнул, но пропустил удар мимо ушей.
   - Обобщая информацию, переданную коллегой Сюняевым, легко
прийти к следующим выводам.  Некоторым совершенно непонятным
образом в  теле  Свеаборга  оказалось  целых  две  личности.
Взаимодействие их, поначалу не вполне понятное, впоследствии
обрело характер ярко выраженного раздвоения личности на  две
совершенно изолированные.  Одна  из  личностей  принадлежала
самому Свеаборгу,  а другая,  судя по всему,  Сомову Евгению
Сергеевичу, погибшему при аварии "Вавилова".
   Спиридонов благосклонно покивал, и я продолжил:
   - Характер взаимодействия этих личностей, как явствует из
записей в блокноте,  определялся тем,  что ни в какой момент
времени они не могли проявить себя одновременно.   Поведение
Свеаборга,  в основном,  определялось личностью Сомова,    а
личность Свеаборга захватывала сознание только эпизодически,
причем,  чем дальше,  тем реже,  пока,  в конце концов,   не
утратила такую возможность вообще. Случилось это примерно за
пять недель до физической смерти Свеаборга,  то  есть  перед
его вылетом с Марса на Землю.  Что делал  Свеаборг-Сомов  на
Земле,  мы не знаем.  Известно только,  что он встретился со
своей женой, то есть с женой Свеаборга и...
   - А что, - перебил Зураб, - мы можем ее считать женой?  С
юридической точки зрения?
   - Помолчи, Кикнадзе, - строго сказал Спиридонов.  - Будут
вопросы к докладчику - тогда и встрянешь. Продолжай.
   - Собственно, я уже закончил.
   - Ага... Чрезвычайно содержательный доклад!    Вопросы  у
докладчику есть?  - осведомился Спиридонов.  И сам же дружно
ответил: - Есть! Что там с женой?
   - Судя по всему,    с  женой  взаимодействовала  личность
Сомова, что и привело к трагическим последствиям.  Возможно,
Свеаборг возник на какое-то время, и это ее шокировало.
   - Похоже  на  правду...    Зураб,    ты  встретишься   со
специалистами. Например, с тем же Щипаченко и... Кто там еще?
   - Мистер Хитачи, - подсказал я.
   - И  с  ним. Порознь!    Расскажешь   каждому    все    с
подробностями.   Поинтересуешься  мнением  как  экспертов  и
просто как человеков. Мнения изложишь и положишь вот сюда, -
Спиридонов показал на  место,    ранее  предназначенное  для
блокнота Свеаборга.
   - Рассказать все? - поинтересовался Зураб.
   - Этим все. Остальным - на твое  усмотрение.    Если  они
сочтут возможным,   пусть  завизируют  свое  мнение  личными
подписями.
   - Можно вопрос?
   - Валяй.
   - Сюняев доносит, что Свеаборг и Сомов были до "Вавилова"
в составе трех экипажей. Это подтверждается документально?
   - Это надо проверить. Я сделаю запрос. Вероятно,  так оно
и есть. Еще вопросы?
   - У меня вопрос к докладчику,  - сказал я.   -  Откуда  у
Свеаборга квалификация геолога?
   - А вот это вопрос!  - оживился Спиридонов. -  Кто  будет
отвечать?
   - Я,  - сказал я. - Вопрос к докладчику - он  и  ответит.
Единственный,  кто на "Вавилове" имел квалификацию геолога -
планетолог Сомов.

Предыдущая Части Следующая


Купить фантастическую книгу тем, кто живет за границей.
(США, Европа $3 за первую и 0.5$ за последующие книги.)
Всего в магазине - более 7500 книг.

Русская фантастика >> Книжная полка | Премии | Новости (Oldnews Курьер) | Писатели | Фэндом | Голосования | Календарь | Ссылки | Фотографии | Форумы | Рисунки | Интервью | XIX | Журналы => Если | Звездная Дорога | Книжное обозрение Конференции => Интерпресскон (Премия) | Звездный мост | Странник

Новинки >> Русской фантастики (по файлам) | Форумов | Фэндома | Книг