Русская фантастика / Книжная полка WIN | KOI | DOS | LAT
Предыдущая                         Части                         Следующая
чертовски трудный день.
     - Ты давно обо мне знаешь? - спросил Игорь, передвигая бутылки в
поисках хотя бы относительно полной.
     - С детства, - пожал плечами Вестгейт. - Сделай мне с водой,
пожалуйста.
     - Чего - с водой?
     Вестгейт подошел к Игорю и через его плечо заглянул в бар.
     - Н-да, - сказал он. - Извини. Значит, будем пить водку.
     Игорь с облегчением задвинул дверцу.
     - Холодную, - уточнил он и отправился на кухню. Открывая
холодильник, он вдруг ощутил легкое беспокойство. И глухой шлепок
падающего тела не заставил себя ждать. Громко выматерившись, Игорь
ухватил запотевшую бутылку за горлышко и бросился в гостиную.
     Вестгейт бился в конвульсиях. На столе нервно приплясывала
клякса.
     - Зар-раза! - рявкнул Игорь, замахиваясь бутылкой. Кляксу со
стола как ветром сдуло. Игорь швырнул "литру" на диван и метнулся в
кабинет за стимуляторами.
     Дипломат и разведчик оказался крепким парнем. Когда Игорь, держа
в руке инъекционный пистолет, вбежал в гостиную, Вестгейт, лежа на
боку, рывками полз к двери. Глаза у него лезли из орбит, язык
вывалился, лицо было синюшно-бледным, он хрипел и задыхался.
     Игорь выстрелил ему в шейную артерию, сменил ампулу и выстрелил
снова, другим препаратом. Вестгейт мучительно закашлялся и принялся
изо всех сил дышать. Судя по выражению лица, за последние шестьдесят
секунд он здорово соскучился по кислороду. Игорь перетащил грузное
тело на диван, задрал брату футболку и прижал к солнечному сплетению
теплый диск Батарейки.
     Несколько минут Вестгейт лежал на спине с закрытыми глазами, не
издавая ни звука. Потом он начал яростно зевать, так, что едва не
вывихнул челюсть. Потом осторожно приоткрыл один глаз.
     - Ты можешь войти в медитативный транс? - спросил Игорь. - Хватит
силенок? Или совсем плохо?
     Вестгейт слабо помотал головой и покосился на Батарейку.
     - Ладно, - вздохнул Игорь. - Тогда просто закрой глаза и
расслабься, горе луковое. И кто вас только учит руками хватать все,
что плохо лежит...
     Он пересел к изголовью дивана и положил ладони Вестгейту на
виски.
     - Я с тобой пять минут поработаю, только ты мне помогай. Придется
тебе на это время полностью мне довериться. Если сможешь, постарайся
меня полюбить всем сердцем. Осознал?
     Вестгейт что-то простонал с утвердительной интонацией. Игорь
закрыл глаза и сосредоточился.
     К концу сеанса лицо Вестгейта приобрело норомальный цвет, а у
Игоря на лбу выступили капли пота. Он устало вздохнул, утерся рукавом,
вытащил застрявшую между Вестгейтом и спинкой дивана бутылку и
повалился в кресло. Бесконтактный массаж у Игоря всегда получался
хорошо, но при этом требовал слишком большого напряжения.
     Вестгейт открыл глаза и посмотрел себе на живот, где дружелюбно
подмигивала зеленой лампочкой Батарейка.
     - Эту штуку тоже лучше не трогать? - поинтересовался он слабым
голосом.
     - Подцепи ее пальцем, она приклеилась?
     Вестгейт опасливо ткнул Батарейку и тут же отдернул руку.
     - Кажется, да...
     - Тогда походи с ней до ночи. Ты и так сильный, а будешь еще
крепче.
     - Что это? - спросил Вестгейт, садясь и заправляя футболку в
джинсы.
     - Изделие "два бэ восемь" Батарейка. Восстанавливает энергетику.
За шесть часов доводит энергетический потенциал трупа до уровня
среднего человека. Правда, трупу от этого не легче. Разве что процесс
разложения тормозится...
     Игорь свинтил пробку, сделал большой глоток прямо из горлышка,
сунул бутылку под мышку, взял из вазы на столе банан, очистил его,
подумал и хлебнул вторично. После чего поставил бутылку на стол и
мгновенно сжевал банан.
     - А тебе я принесу стакан, - сказал он, поднимаясь. - Тебе сейчас
граммов сто, не больше. А то будут побочные эффекты нежелательные...
     - Какие эффекты? - спросил Вестгейт хмуро, озираясь. Клякса
высунулась было из-за ножки дивана, но Игорь украдкой показал ей
кулак.
     - Развезет тебя в говно, - объяснил он, ставя на стол водочную
стопку и наливая потерпевшему на два пальца. - Из тебя за секунду
отсосали почти всю энергию. Очень странно, что ты дуба не врезал. Это
все я, кретин, ты прости меня, пожалуйста.
     Вестгейт залпом проглотил водку и потянулся за бананом.
     - Ну и денек... - пробормотал он, жуя. - Ну, бля, встретила меня
историческая родина...
     - Я должен был предупредить... Виноват. Забыл. Но у меня, сам
понимаешь, тоже выдался тяжелый день.
     Вестгейт кивнул.
     - Я тебе здорово кровь попортил, - признался он. - Ладно,
извинились. А что это за штуковина такая была? Или мне показалось...
     - Да нет, не показалось. Вот она, здесь.
     - Где?! - взвизгнул Вестгейт, подскакивая на месте. Игорь звонко
щелкнул языком, и клякса из-под ног гостя прыгнула через стол в
подставленную ладонь.
     - Вот, - сказал Игорь, демонстрируя кляксу побледневшему вновь
гостю. - Теперь она для тебя не опасна. Я просто не успел ее
предупредить, что ты друг. Понимаешь, она людей боится...
     - Да что это?!...
     - Клякса...
     - Ох! - Вестгейт схватился за голову. - Нет, ты только пойми меня
правильно! Я уже двое суток вздохнуть свободно не могу. Летаю
туда-сюда через уйму часовых поясов, чтобы с делами разобраться и
выскочить в Москву. Почему меня вызвали, понятия не имею. Сам
понимаешь, какой это стресс. Причем всю дорогу я читаю справочные
материалы, а это почему-то оказываются доклады про ваш Спецотдел. А я
фантастику, честно говоря, даже в детстве не любил. Но раз приказано
ознакомиться, я знакомлюсь... Потом меня уже здесь, в Москве,
загружают информацией, которой я всю жизнь жду... Мол поедешь к отцу
в гости... Потом ты... Потом выясняется, что наш папа экстрасенс. А
теперь еще батарейки какие-то, кляксы, этот ваш образ жизни московский
ненормальный, брат родной водку пьет, как воду, из горлышка...
     Игорь расхохотался и несколько раз подбросил кляксу на ладони.
Каждый раз Вестгейт обалделым взглядом следил, как она подолгу
зависает в воздухе.
     - Соболезную, - сказал Игорь, отсмеявшись. - Честное слово! До
меня только сейчас дошло, насколько тебе здесь все диким кажется и
безумным. Послушай, старик, ты чем вообще-то на Службе занимаешься?
     - Да как тебе... - Вестгейт на мгновение замялся. - Контактами.
Настраиваю определенных людей на верное понимание вопросов. Никакой
вербовки, никаких грубых приемов, Боже упаси! Поэтому меня и не
"ведут" до сих пор. Наоборот, у меня после каждой проверки наблюдается
очередной скачок карьеры. Я же чист со всех сторон. Я с людьми просто
говорю. О погоде, например. О цветочках... И ничего больше.
     - Нейролингвистическое программирование? - догадался Игорь.
     - Н-ну... Этого я тебе не говорил, верно? А сама по себе моя
работа - долгая, нудная, тяжелая. Но очень чистенькая. А ты? Я знаю -
есть Спецотдел, и у него странная, мягко говоря, тематика. Но в чем
именно состоят эти ваши спецпроекты, я так и не понял. Что ты делаешь
конкретно?
     - Ну, в принципе, я следователь. Но ты правильно сказал, по очень
странным делам. Меня специально натаскали на пограничные области
знания. И когда случается что-то непонятное, я должен разобраться -
было или не было. Прилетала, например, тарелка, или нет.
     - Ну и как? Прилетала?
     Игорь снова подбросил на ладони кляксу. Клякса уже поняла, что ее
простили, и теперь довольно пульсировала.
     - Хочешь погладить? - предложил он.
     Вестгейта передернуло. Он налил себе водки, выпил, поморщился и
взял апельсин.
     - Потом, - пообещал он. - Потом обязательно. Но очень потом.
     - Никто не знает, кто она такая, - сказал Игорь, опуская кляксу
на кресло. Клякса потерлась о его бедро и блаженно затихла. - И не
узнает, потому что ее никто не любит. Даже племя, которое ей
поклонялось, ее не любило. А вот я ее люблю. И однажды она мне
расскажет.
     - То есть, тарелка прилетала? - не унимался Вестгейт.
     - Да черт ее знает! Скорее всего, известные нам аномальные
явления - порождения самой Земли. Просто иногда мы входим в контакт с
другими измерениями. И видим то, что нам, в принципе, видеть не
положено. А еще мы постоянно создаем проблемы на свою задницу. Как в
деле Ларина. Когда по Москве толпами ходили зомби, а проклятый Объект
открывал для них все новые и новые двери в наш мир. И никто не
догадался, что эти явления связаны между собой, понимаешь, вот в чем
ужас! Только Ларин, и то ему понадобилось несколько лет! И никто ему
не верил, пока Охотники не взяли Объект штурмом, и все не кончилось
само собой...
     Вестгейт смотрел на Игоря по-прежнему недоверчиво.
     - Тебе придется все это усвоить, - сказал Игорь. - Иначе Волк
может подумать о тебе плохо.
     - Сомневаюсь, - криво усмехнулся Вестгейт.
     - Но он загружен такой информацией под самую пробку, учти! Он в
ней варился сначала на Службе, а потом...
     Вестгейт отмахнулся от Игоря, как от назойливой мухи.
     - Главное - чтобы я был, - заявил он. - А с тем, какой я, во что
верю и что знаю, отец сам разберется. Поверь, он многого от меня не
ждет. Я по его понятиям существо ущербное изначально. Я -
инструмент... Домкрат я. И не более того. Но я очень хочу его видеть.
     Игорь закусил губу. "Развозит братца".
     - А в чем же заключается твоя работа следователя? - спросил
Вестгейт. - Какие такие следственные действия ты проводишь?
     - Да внешне самые рутинные. Свидетелей опрашиваю, еду на место
разбираться, ищу следы...
     - Свидетели - те еще психи, небось...
     Игорь хмыкнул. "Сам ты псих".
     - Привожу классическую статистику, - сказал он холодно. - Сорок
лет назад в России провели опрос ста шести "контактеров". Здоровых
личностей выявлено не было. Акцентуированных четыре. Шизофреников
сорок пять, психопатов сорок два, органические поражения центральной
нервной у восьми, интеллектуальная недостаточность у пяти,
циклотимиков двое.
     - Ну и...
     - Вот в том-то и дело. Проверка, которую вел Спецотдел, показала,
что настоящими контактерами из этих ста шести оказались два
шизофреника и один дебил. Понял? Не тимики, не акцентуированные, не
пограничные какие-нибудь, а самые настоящие ядреные, кондовые шизики!
И дебил! Действительно столкнулись с чем-то, чему нет названия! Для
них это были инопланетяне. А для нас... Трудно сказать.
     - И ты с этой братией общаешься? - спросил Вестгейт с искренним
состраданием в голосе.
     - Вот поэтому я не психолог, - кивнул Игорь. - Потому что меня не
должно отвлекать профессиональное мнение. Моя единственная профессия -
искать Неведомое. И находить, - он бросил взгляд в сторону кляксы. Та,
казалось, спала.
     - А почему она у тебя э-э... живет? - спросил Вестгейт, опасливо
косясь на кляксу.
     - Не знаю, - бросил Игорь небрежно. - Я же тебе говорю: любовь.
     - Ох... - Вестгейт потер руками глаза. - Н-да. Ну что, работать
будем?
     - Будем-то мы будем, - сказал Игорь медленно, будто взвешивая
каждое слово. - Но не мешало бы для начала прояснить ситуацию.
     Вестгейт деревянно выпрямился. За долю секунды лицо его обрело
уже знакомое Игорю выражение - контроль, спокойствие,
доброжелательность, искренность. Но теперь Игорь знал, что настоящий в
этой гамме только контроль. А остальное - видимость. Атрибут
нейролингвистического программирования.
     - Мы теперь напарники, пусть и временно, - объяснил Игорь. -
Дело, которое нам подсунули, касается нас лично. И я хотел бы с тобой
утрясти один вопросик...
     - Мотивы, - кивнул Вестгейт. Вкрадчиво так, с пониманием.
     - Вот именно. У меня их нет вообще. Может, потом еще появятся. А
пока что мне это дело просто неприятно. К сожалению, отвертеться я не
смог...
     Вестгейт снисходительно рассмеялся.
     - Да у тебя вагон мотивов, - сказал он ласково, тоном умудренного
опытом старшего брата.
     Игорь помотал головой. "Попробую быть честным. Кто это сказал,
что честность - лучшая политика? Не помню".
     - Я всего лишь плачу долги. Службе, разумеется, не Волкову.
Конечно, начальство пытается повернуть это дело так, будто оно
задевает меня лично. Мягкие голоса, доверительный тон... Знаем,
проходили. А я просто не мог отказаться. Потому что меня одной рукой
гладят по шерстке, а другой взяли за глотку. Они еще сами не понимают,
как плотно меня прижали...
     Вестгейт внимательно рассматривал лицо брата. "Похоже, клюнул -
подумал Игорь. Будет, будет у него потом тет-а-тет с Дядей. И все он
Дяде расскажет. А мне только этого и надо".
     - Ну хорошо, - сказал Вестгейт. - А чего ты от меня хочешь? Я
тебе, в принципе, самое главное успел сказать. Мотивы-то мои совсем
простые. Образ отца в моем сознании очень сильно мифологизирован. И я
хотел бы этот миф либо развеять, либо... - он развел руками.
     - А зачем?
     Вестгейт вытаращился на Игоря как на полного идиота.
     - А тебе не тяжело жить в неизвестности? - спросил он.
     - А мне информации хватает. Тебе по Программе Детей дали файл?
     - Ой, не стоит об этом, ладно? - попросил Вестгейт и сделал такое
лицо, будто Игорь завел речь о чем-то совершенно несерьезном.
     - Ха! - Игорь радостно всплеснул руками. - Еще один параноик!
     - Что-о?! - Вестгейт воинственно упер руки в бока.
     - Я - офицер Службы, - сказал Игорь жестко. - И я полностью отдаю
себе отчет в том, что Служба из себя представляет. Она больна до мозга
костей. Она больше ни во что на свете не верит. Даже в документальные
свидетельства и элементарную логику.
     Вестгейт изобразил на лице улыбку глубокого соболезнования.
     - Да ты пойми, Служба не хочет понять, что Волк - мутант! -
рявкнул Игорь. - Не понимает этого и пытается договориться с ним так,
как будто он все еще человеческое существо! Но достаточно просто
сравнить! Взять манеру поведения Костенко и Ларина и сравнить с тем,
как вел себя Волков! Когда мутант осознает себя, он что? Он меняется!
У него кардинально ломается система ценностей! Как мы с ним
договоримся? О чем? Да плевал он на наши проблемы... И на нас с тобой
плевал! И поверь мне, братец, если он всего лишь плюнет - считай, что
нам очень повезло...
     - Ты еще совсем мальчишка, - сообщил Вестгейт. - Веришь в сказки,
которыми тебя Служба потчует. А я-то думал...
     - Ты... взрослый! - сказал Игорь, наставительно грозя пальцем. -
Лицо сделай попроще, ладно? Не хочешь обдумать мои аргументы - не
надо. Все равно давай, колись. Ерунду всякую я уже знаю - тебе нужен
Волк. А теперь мне хотелось бы узнать главное - зачем?
     - Ладно, - Вестгейт неприязненно скривился. - Могу повторить. Моя
программа-минимум - узнать, почему он не хочет меня видеть. Это даст
мне ответы на большинство вопросов.

Предыдущая Части Следующая


Купить фантастическую книгу тем, кто живет за границей.
(США, Европа $3 за первую и 0.5$ за последующие книги.)
Всего в магазине - более 7500 книг.

Русская фантастика >> Книжная полка | Премии | Новости (Oldnews Курьер) | Писатели | Фэндом | Голосования | Календарь | Ссылки | Фотографии | Форумы | Рисунки | Интервью | XIX | Журналы => Если | Звездная Дорога | Книжное обозрение Конференции => Интерпресскон (Премия) | Звездный мост | Странник

Новинки >> Русской фантастики (по файлам) | Форумов | Фэндома | Книг