Русская фантастика / Книжная полка WIN | KOI | DOS | LAT
Предыдущая                         Части                         Следующая
повстанческому отряду. Но ни в первое, ни во второе Арцеулову не верилось.
     Между тем Степа, молча, с несколько  насупленным  видом,  скользивший
"финским" шагом рядом с братом, думал о том же, хотя и с  несколько  иными
выводами. В нечисть Косухин верил слабо. Виденное им в Иркутске  не  могло
не   заставить   задуматься,   но   Степа,   считавший    себя    истинным
марксистом-материалистом, с легкой  совестью  относил  все  к  достижениям
науки или к природным явлениям, которые эта самая наука  еще  не  познала.
Беспокоило другое. Он не стал  отвечать  при  всех  ни  на  провокационный
вопрос белого гада Арцеулова, ни на намек брата. Похоже, они не поверили в
возможную засаду. Косухин же чем дальше, тем больше начинал беспокоиться.
     Он знал то, его не знали другие. Конечно,  товарищ  Чудов  и  местные
дружинники не догонят отряд Лебедева. В Иркутске - это Степа тоже  знал  -
имелись два "Фармана",  но  они  находились  в  распоряжении  уклониста  и
оппортуниста Федоровича, и едва ли такой головастый - хотя и откровенно не
наш мужик - передаст аэропланы  Чудову,  оголив  тем  и  без  того  слабую
оборону. В повстанческое "радио", о котором думал Арцеулов, Степа не верил
хотя  бы  потому,  что  по  должности  посланца   Сиббюро   неплохо   знал
расположения местных отрядов. Ни у Сайхена, ни в междуречье Китоя  и  Оки,
повстанцев не было.
     Зато Косухин помнил о  том,  как  Венцлав  и  его  странные  бойцы  с
голубыми свастиками на шлемах прошли по ледяной тайге несколько сот верст.
Прошли в легких шинелях и наверняка на голодном пайке. Конечно, даже бойцы
305-го, которых и пули не брали, все-таки не умели  летать,  но  Степа  не
забыл слова Венцлава перед прощанием. Кроме того, Косухин хорошо  запомнил
жуткую красноглазую собаку  -  или  волка,  кто  их  разберет,  -  которая
безошибочно  вела  его  по  ночному  Иркутску.  В  общем,  было  над   чем
задуматься.
     Степа  помнил  приказ  и  знал,  что  его  брат,  оказавшийся   самим
полковником Лебедевым,  должен  быть  в  интересах  мирового  пролетариата
задержан. Значит, он, Косухин-младший,  должен  идти  и  помалкивать,  тем
более, его ни о чем не спрашивают. Степа помнил, что  всех  присутствующих
(кроме, естественно, Арцеулова) надлежит брать живыми. Значит, его  брату,
Наташе, профессору и хилому интеллигенту Богоразу ничего не  грозит.  Даже
за беляка Арцеулова Степа был готов заступиться перед  трибуналом  -  ведь
капитан, как ни кинь, выполнял приказ в интересах науки.
     Все было бы проще, не помни Степа о другом  -  о  товарище  Венцлаве.
Командир 305-го знал правду с самого начала, но врал  ему,  Косухину,  как
малолетке. Степан не забыл страшную ночь у могилы Ирмана,  застрелившегося
штабс-капитана Мережко, которого он спас  -  спас  ли?  -  от  посмертного
допроса. Его брат может не захотеть отвечать Венцлаву. И тогда тот едва ли
остановится перед своими "особыми" методами.
     А самое главное, Косухин почти сразу сообразил, что группу, в которой
он нежданно-негаданно очутился, вообще не имеет смысла задерживать. Ведь в
любом случае ни  Чудову,  ни  даже  Венцлаву  не  достать  до  Китая,  где
находится "Мономах".
     А раз так, куда надежнее просто попасть туда  и  увидеть  все  своими
глазами. Если это в самом деле научный проект (а тут Степа  верил  брату),
вреда для пролетарской революции не будет, а будет  одна  лишь  польза,  и
немалая.
     "Ну что, чердынь-калуга, - спросил сам себя  Степа.  -  Сказать?  Так
ведь вроде измена выходит! Хотя какая измена..."
     - Коля, - не вытерпел он. - Ты, эта...
     Брат выжидательно повернул голову, Косухин вобрал в  легкие  побольше
воздуха и резко выдохнул:
     - В церковь не ходи... Ищут вас...
     - Ты точно знаешь?
     - Да ни черта я не знаю, чердынь-калуга, - огорчился Степа, уже жалея
о сказанном. - Только не ходи, братан! В снегу переночуем, в конце концов,
не помрем!
     - Но ведь нас действительно не могли обогнать, тут профессор прав,  -
не особо уверенно возразил Лебедев.
     - Да чего ваш профессор понимает! - окончательно расстроился Степа. -
Найдут вас! Могут найти! Этот зверюга-капитан за  карабин  схватится  -  и
положат вас всех рядком, без разбора! А мне чего потом делать, а?
     - Ты же красный командир, - бледно улыбнулся Лебедев.  -  Ты  же  нас
должен арестовать.
     - А! - обиделся Степа и замолчал. Рассказывать брату  о  Венцлаве  не
хотелось - в такое сроду не поверишь...


     Церковь открылась неожиданно  -  лесная  дорога  вывела  на  огромную
поляну,  посреди  которой  чернела  небольшая  церквушка,   сложенная   из
почернелых  от  времени  лиственниц.  Рядом  виднелись   почти   полностью
утонувшие в снегу старые кресты заброшенного  кладбища.  При  виде  церкви
маленький отряд немедленно остановился.
     - Через час будет темнеть,  -  негромко  заметил  полковник.  -  Ваши
предложения, господа?
     Арцеулов не  ответил,  внимательно  осматривая  поляну.  Человеческих
следов он не заметил, только  кое-где  виднелись  уже  знакомые  отпечатки
волчьих лап.
     - Снег шел два дня назад, - прикинул Семирадский,  подумавший  о  том
же. - Думаю, господа, если оставить версию о ведьмах на помеле...
     - Они могли подойти с другой стороны, -  Арцеулов  говорил  не  очень
уверенно, поскольку думал о другом. - Да и... вдруг здесь подземный ход!
     - И пятнадцать человек на сундук мертвеца, - хмыкнул профессор.
     - Жутковатое место, -  внезапно  заметила  Берг.  -  Какая-то  тишина
здесь... странная, будто ненастоящая...
     - Нервы, сударыня, вот что это! - наставительно заметил  Семирадский.
- Семен Аскольдович, вам тоже ведьмы мерещатся?
     - Мне мерещится воспаление легких - ворчливо ответствовал Богораз,  в
очередной раз кашляя. - Впрочем, господа, среди нас двое,  можно  сказать,
профессиональных военных. Я в этих делах - пас...
     Арцеулов и Косухин невольно переглянулись.
     - У  вас,  кажется,  есть  бинокль,  господин  полковник,  -  заметил
Арцеулов, машинально отмечая, что взгляд красного командира  был  какой-то
странный растерянный.
     Полковник протянул Ростиславу цейссовский бинокль - и тот прильнул  к
окулярам.
     Ничего особенного он не  заметил.  Увеличение  лишь  подтвердило  уже
увиденное - церквушка стояла, заметенная снегом почти по самые окна,  даже
перед дверью намело немалый сугроб,  возле  которого  ничего  похожего  на
следы не было. Окна оказались заколоченные досками, правда, в одном месте,
ближе  ко  входу,  несколько  досок  были   сорваны.   Капитан   вгляделся
внимательнее, - но перед окном никаких следов не обнаружил.
     Он пожал плечами, подумал и  неожиданно  для  себя  протянул  бинокль
Косухину. Тот наблюдал долго, затем молча вернул "Цейсс" брату.
     - Ничего не увидел, - честно отрапортовал Арцеулов. - Но,  господа...
Может, не будем рисковать?
     - Отчего же, батенька? - нетерпеливо возразил Семирадский. -  Этак  и
вправду замерзнуть можно!
     - Наш хозяин... Родион Геннадьевич, - решился наконец Арцеулов. -  Он
не велел заходить сюда. Это место... Ну, плохое...
     - Ага! - профессор произнес это таким тоном, что у  капитана  тут  же
пропала охота продолжать.
     Между тем Степа лихорадочно соображал, вспоминая виденное. Будь он на
месте Венцлава  -  или  любого  другого  командира,  посланного  наперерез
беглецам, -  лучшего  места  для  засады  не  придумать.  Правда,  церковь
казалась  безлюдной...  Степа  подумал  и  твердо  решил,  что   будь   он
командиром, то ни за что бы не  сунулся  сюда.  Мало  ли,  что  следов  не
видать!
     - Надо посмотреть с другой стороны... - проговорил  он,  взглянув  на
брата. - Там окна...
     - Разрешите, господин полковник? - тут же отреагировал  Арцеулов,  не
желавший отпускать  краснопузого  в  разведку.  Лебедев  подумал  и  молча
кивнул. Арцеулов приложил руку к шапке и легко заскользил по опушке леса к
дальнему концу поляны.
     - По-моему, это лишнее, - продолжал возмущаться профессор. - Господа,
это похоже на манию преследования, честное слово!
     - Плохое место, - буркнул Степа, ни к  кому  не  обращаясь.  Странная
церквушка нравилась ему все меньше и меньше.
     Арцеулов вернулся минут через двадцать. За это время профессор  успел
произнести  целую  речь  о  вреде  суеверий  и  об  антинаучном   мышлении
современной молодежи. Ему никто не возражал, но и  не  поддерживал,  если,
конечно, не  считать  поддержкой  надрывный  кашель  Семена  Аскольдовича.
Полковник ждал молча, время  от  времени  поглядывая  в  бинокль.  Косухин
топтался рядом, посматривая то на брата, то на Наташу  Берг.  Та  тоже  не
проронила ни  слова,  но  выглядела,  как  заметил  Степа,  встревоженной.
Наконец показался Арцеулов, добросовестно объехавший поляну по периметру.
     - Ни одного следа, - доложил он  с  несколько  растерянным  видом.  -
Сдаюсь, господа. Но... Не нравится мне все это!
     Полковник кивнул и посмотрел на брата.
     - Пес его знает, - пожал плечами Степа. - Может, и нет тут  никого...
Только место больно удобное. Могут окружить - и баста!
     - Нас могут окружить просто в лесу, - резонно возразил  профессор.  -
Здесь мы по крайней мере будем за стенами!
     Спорить не приходилось. Полковник вновь кивнул  и  первым  заскользил
прямо через поляну. Степа попытался догнать брата,  но  Арцеулов,  в  свою
очередь, прибавил скорость и занял место рядом с Лебедевым.
     - Косухин, вам тоже это место не нравится? -  Берг  догнала  Степу  и
оказалась рядом, отставая лишь на полшага.
     - Не пойму я, Наташа, - честно  ответил  тот.  -  Вроде  тихо  все...
Только чего-то не нравится, это вы в самую точку...
     - Мне тоже, - согласилась девушка и невольно вздрогнула.
     Косухин легко шел почти в затылок Арцеулову, пытаясь обмозговать свои
сомнения. Ну, церковь как церковь, в случае чего и отсидеться  можно,  тут
этот профессор  прав...  Но  что-то  заставляло  Косухина  вновь  и  вновь
посматривать на приближавшиеся черные стены и забитые окна.
     Нет, место определенно не нравилось. Будь он  один  или,  к  примеру,
лишь с братом и даже с этим беляком-капитаном, точно бы ушел отсюда,  пока
не поздно, развел бы где-нибудь костер и перебедовал ночь...
     "А может, и поздно, - вдруг подумал он. - Вон окно-то открыто!  Сидит
там кто ни есть и целит в рабов Божьих..."
     Неподалеку  от  входа  полковник  велел   остановиться.   Он   кивнул
Арцеулову, тот, пробравшись через высокий сугроб, подтянулся и заглянул  в
выбитое окно. Затем спрыгнул в снег и махнул рукой.
     Первыми к двери подъехали Лебедев с профессором  и  стали  утаптывать
валенками глубокий снег. Арцеулов стоял рядом, с сомнением  поглядывая  на
дверь. То, что он успел заметить, заглянув в окно,  немного  успокоило:  в
церкви было не просто пусто, но, вдобавок, пол занесло тонким слоем снега,
попавшего через окно, и на этом белом ковре не было видно ни следочка.
     - Стойте! - внезапно произнес Степа, когда снег у двери был  утоптан,
и  полковник  собирался  потянуть  за  полуоторванную  ручку.   -   Эта...
Подождите...
     -  В  чем  дело,  молодой  человек?   -   хмыкнул   Семирадский   уже
предвкушавший вечерний отдых. - Вам был голос свыше?
     - Не-а, - как  можно  спокойнее  ответил  Степа.  -  Тока  эта...  не
спешите...
     - А что там может быть, Степан? - удивился брат.
     Косухин и сам не мог сказать толком, но в этот момент совершенно ясно
понял, что входить внутрь опасно.
     -  Ну...  эта...  -  попытался  сообразить  он.  -  Самострел   могут
приспособить. Веревку протянуть к курку... Или гранату подвесить...
     "А ведь краснопузый прав, - тут же подумал Арцеулов. - Плохо,  что  я
сам не сообразил."
     Лебедев приказал отойти от дверей, Степа аккуратно потянул за  ручку,
тут же отпрыгнув в сторону и, прижавшись к  бревенчатой  стене.  Дверь  со
скрипом отворилась, так и оставшись висеть, чуть колеблясь на  рассохшихся
петлях. Ничего не случилось.
     - Ну, хватит! -  решительно  заявил  Семирадский.  -  Будем  считать,
сегодня на нас всех напала нервная горячка! В  знак  посрамления  суеверий
вхожу первым!
     - Стой, профессор! - закричал Степа, сам  не  понимая  почему.  -  Не
входи, чердынь!
     Семирадский, не оглядываясь,  помотал  головой  и  перешагнул  порог.
Степа весь сжался и почему-то закрыл глаза. И тут же в  уши  ударил  сухой
короткий звук, затем еще и еще...
     "Винтарь! - понял Косухин. - Ах ты, елы!.."
     При  первом  же  выстреле  Арцеулов  похолодел,  сообразив,  что  они
все-таки попались.  Сорвав  с  плеча  карабин,  он  оттолкнул  полковника,
стоявшего у самых дверей, и одним прыжком оказался внутри.
     Вспышку третьего выстрела  Ростислав  успел  заметить  -  били  из-за
алтаря. Четвертая пуля прошла над головой капитана, он упал  на  колени  и
тут же врезал прямо по вспышке. Он бил точно и  расчетливо,  остановившись
лишь после того, как опустел магазин...
     Невидимый враг не отвечал. В церкви вновь стало тихо, на белом снегу,
покрывавшем пол,  по-прежнему  нельзя  было  заметить  ни  единого  следа.
Профессор лежал у входа  ничком,  и  его  поза  сразу  же  не  понравилась
капитану.  Еще  на  что-то  надеясь,  он  перевернул  тяжелое  тело  Глеба
Иннокентьевича, хотел расстегнуть полушубок, но не стал этого делать.
     Все было и так ясно - одна из пуль попала точно в  горло,  чуть  ниже
"адамова яблочка".
     Арцеулов скрипнул зубами и стал аккуратно заряжать карабин. Тот,  кто
стрелял, мог и уцелеть, и капитан не хотел зря рисковать. Тем  временем  в
церковь вошел Лебедев и тут же отшатнулся при виде мертвого тела.
     -  Погодите,  господин  полковник,  -  сморщился   Арцеулов,   щелкая
затвором. - Я должен посмотреть...
     Он взял оружие наизготовку и шагнул к алтарю. Если этот  "кто-то"  не
носит железной брони, то сейчас  он  должен  лежать  там,  за  почернелыми
ликами икон. Капитан знал, что едва ли мог промахнуться, впрочем, легче от
этого не становилось. В случившемся был виноват прежде всего  он.  В  этой
компании интеллигентов он один понимал, что не все на  войне  определяется
формальной логикой. Арцеулов не поверил этому ровному  нетронутому  снегу,
но все же допустил, чтобы они сунулись в западню.
     За алтарем было тихо, но Ростиславу показалось, что он слышит  чье-то
хрипловатое дыхание. Капитан  сжал  в  руках  карабин  и  ногой  распахнул
почерневшую резную дверцу.
     Слабый неровный свет упал в дверной проем. На противоположной стороне
темнели свежие пулевые отверстия, пахло порохом, но ни  трупа,  ни  живого
врага за алтарем не было.
     - Спокойно, спокойно, - шептал Ростислав, осторожно  оглядывая  узкое
тесное помещение. - Двери нет... люка нет... Да  какой  тут  к  шуту  люк!
Стоп, углы...
     В углах лежала густая тень, но в этой  тени  человек,  даже  ребенок,
спрятаться все же не мог. Арцеулов на всякий случай ткнул прикладом в один
из углов, справа от себя, но металлическая прокладка лишь тупо ударилось о
дерево.
     - Все, сдаюсь! - безнадежно вздохнул капитан, на всякий случай  делая
шаг влево. И тут в черной глубине что-то  шевельнулось.  Арцеулов  вскинул
винтовку, но опоздал - нечто бесформенное,  напоминающее  сгусток  темного
тумана, пронеслось мимо него, обдав ледяным холодом. Ростислав бросился  к
резной дверце, но успел увидеть лишь  серую  тень,  исчезающую  в  дверном
проеме.
     - Ах ты, чердынь! - серую тварь Степа распознал тут же, как только  в
темном проеме алтаря мелькнули горевшие  красным  огнем  глаза.  Остальное
случилось слишком быстро - собака если (конечно, это была собака)  молнией
пронеслась к двери, проскользнув в  полушаге  от  братьев.  Еще  не  очень
соображая,  что  делает,  Косухин  вырвал  из  рук  полковника  карабин  и
выстрелил навскидку. Серая тварь дернулась, но лишь ускорила бег.
     Вторую пулю Косухин послал, уже прицелившись. Собака вновь дернулась,
даже подпрыгнула, но, словно заговоренная, продолжала  мчаться  к  опушке.
Третью пулю Степа пожалел, сообразив, что  свинец  может  пригодиться  для
тех,  кто  принимает  его  более  всерьез.  Он  опустил  оружие  и  нехотя
повернулся.
     Первое, что он увидел - это ствол карабина, целившийся  ему  прямо  в
лицо. Палец Арцеулова лежал на спуске.
     - А-а! - понял Степа. - Да ну вас...

Предыдущая Части Следующая


Купить фантастическую книгу тем, кто живет за границей.
(США, Европа $3 за первую и 0.5$ за последующие книги.)
Всего в магазине - более 7500 книг.

Русская фантастика >> Книжная полка | Премии | Новости (Oldnews Курьер) | Писатели | Фэндом | Голосования | Календарь | Ссылки | Фотографии | Форумы | Рисунки | Интервью | XIX | Журналы => Если | Звездная Дорога | Книжное обозрение Конференции => Интерпресскон (Премия) | Звездный мост | Странник

Новинки >> Русской фантастики (по файлам) | Форумов | Фэндома | Книг