Русская фантастика / Книжная полка WIN | KOI | DOS | LAT
Предыдущая                         Части                         Следующая
  - Как в суд! Рассказывают, у вас суд классовый?
  - Классовый, уж будьте спокойны.
  - Не погубите сироту, - сказал плаксиво Воланд и вдруг стал на колени.
  "Полоумный или издевается", - подумал буфетчик.
  - Лучше я вам уплачу, чем в суд идти. Засудят меня, ох засудят, как пить
дадут, - сказал Воланд. - Пожалуйте бумагу, я вам обменяю. Буфетчик полез
в карман, вынул сверток, развернул его и ошалел.
  - Ну-с, - нетерпеливо сказал хозяин.
  - Червонцы!! - шепотом вскричал буфетчик.
  Воланд сделался грозен.
  - Послушайте, буфетчик! Вы мне голову пришли морочить или пьяны?
  - Что же это такое делается? - залепетал буфетчик.
  - Делается то, что у вас от жадности в глазах мутится, - пояснил Воланд,
вдруг смягчаясь. - Любите деньги, плут, сознайтесь? У вас, наверное,
порядочно припрятано, э? Тысчонки сто тридцать четыре, я полагаю, э?
  Буфетчик дрогнул, потому что, ляпнув наобум, по-видимому, цифру, Воланд
угадал до последней копейки - именно в сумме 134 тысяч выражались
сбережения буфетчика.
  - Это никого не касается, - забормотал буфетчик, совершенно пораженный.
  - Мне только одно непонятно, - продолжал артист Воланд, - куда вы их
денете? Вы помрете скоро, через год, в гроб вы их не запихнете, да они в
гробу вам и не нужны...
  - Попрошу вас не касаться моей смерти, - тихо ответил буфетчик и
побледнел, и стал озираться. Ему сделалось страшно, отчего - он сам не
знал.
  - Я пойду, - добавил он, вращая глазами.
  - Куда же вы так спешите? - любезно осведомился хозяин. - Останьтесь с
нами, посидите, выпьемте. Бонифаций превосходно приготовляет напиток.
Отведайте, э?
  - Благодарствуйте, я не пью, - просипел буфетчик и стал пятиться
- Куда ж вы? - спросил вдруг сзади кто-то, и вынырнула рожа. Один глаз
вытек, нос провалился. Одета была рожа в короткий камзольчик, а ноги у нее
разноцветные, в полосах, и башмаки острые. На голове росли рыжие волосы
кустами, а брови были черного цвета, и клыки росли куда попало. Тихий звон
сопровождал появление рожи, и немудрено: рукава рожи, равно как и подол
камзола, были обшиты бубенчиками. Кроме того, горб. То есть не то что
выпивать с этой рожей...
  - Хватим? - залихватски подмигнув, предложила рожа и пододвинулась к
буфетчику. Рожа сняла с подставки святую чашу и поднесла ее буфетчику.
  - Не пью, - шепотом ответил буфетчик, вдавился в переднюю, увидел на стене
громадную шпагу с рукоятью чашей и затем совершенно голую девицу, сидящую
верхом на кресле, отделанном черепахой. Увидев буфетчика, девица сделала
такой жест, что у того помутилось в глазах. Не помня сам себя, буфетчик
был выпущен на лестницу, и за ним тяжело хлопнула дверь.
  Тут буфетчик сел прямо на ступеньку и тяжело дышал, глаза у него лезли
из-под бровей, хоть пальцами их вдавливай. Он почему-то ощупал себя. И
когда коснулся головы, убедился, во-первых, что она совершенно мокрая, а
во-вторых, что он шляпу забыл в квартире Воланда. Затем он проверил
сверток, червонцы были налицо. Солнце било на лестницу через окно Гулкие
шаги послышались сверху. Поравнялась женщина, брезгливо поглядела на
буфетчика и сказала:
  - Вот так дом малахольный. Ну, с утра все пьяные, ну, прямо потеха. Э,
дядя, у тебя червонцев-то, я вижу, курочки не клюют? - И
вдруг уселась рядом, кокетливо ткнула буфетчика в ребро. Тот пискнул и
машинально прикрыл червонцы ладошкой.
  - Имею такой план, - интимно зашептала женщина, и буфетчик, безумно глядя
ей в лицо, убедился, что она миловидна и не стара, - в квартире сейчас ни
одной души, все рассосались, кто куда. Ты мне червончик, а уж я тебя
ублаготворю. Водочка есть, селедочка. Я утром погадала, как раз мне вышла
амурная постель с трефовым королем, а трефовый король - ты.
  - Что вы? - воскликнул трефовый король болезненно и спрятал червонцы.
  - Ты думаешь, может, что я проститутка? - спросила женщина. - Ничего
подобного. Абсолютно честная женщина, муж счетоводом служит, можешь в
домкоме справиться.
  - Уйдите, Христа ради, - зашептал буфетчик, поднимаясь на дрожащие ноги.
  Женщина поднялась, отряхнула юбку, подобрала корзиночку и двинулась вниз.
  - Э, дурбалой, о, дурак, - сказала она, - вот уж, видно, рожна с маслом
надо. Да другая бы, чтоб к тебе прикоснуться только, три красненьких бы
слупила, а я, на тебе, червонец! А я с генерал-губернатором отношение
имела, ежели знать угодно, можешь в домкоме справиться.
  Голова ее стала исчезать.
  - Пошел ты... - донеслось снизу и стихло.
  Поборов усилием жадности страх, буфетчик нажал кнопочку, услыхал, как за
дверью загрохотали колокола. Сделав громадные глаза, но решив больше не
изнурять себя удивлением, втянув голову в плечи, буфетчик ждал. Дверь
приоткрылась, он дрогнул, на черном фоне сверкнуло голое тело все той же
девицы.
  - Что вам? - сурово спросила она.
  - Я шляпочку забыл у вас...
  Рыжая голая рассмеялась, пропала в полутьме, и затем из двери вылетел
черный ком и прямо в физиономию буфетчику. Дверь хлопнула, за нею
послышался взрыв музыки и хохот, от которого буфетчик озяб. Всмотревшись,
он охнул жалобно. В руках у него была не его шляпа, а черный берет,
бархатный, истасканный, молью траченный. Буфетчик плаксиво пискнул и
позвонил вторично. Опять открылась дверь, и опять голая обольстительно
предстала перед буфетчиком.
  - Вы опять?! - крикнула она. - Ах, да ведь вы и шпагу забыли? "Мать
честная, царица не..." - подумал буфетчик и вдруг, взвыв, кинулся бежать
вниз, напялив на себя берет. Дело в том, что лицо девицы на черном фоне
явственно преобразилось, превратилось в мерзкую рожу старухи.
  Как сумасшедший поскакал по ступеням буфетчик и внизу уже вздумал
перекреститься. Лишь только он это сделал, как берет, взвыв диким голосом,
спрыгнул у него с головы и галопом взвился вверх по лестнице.
  "Вот оно что!" - подумал буфетчик, бледнея. Уже без головного убора он
выбежал на расплавленный асфальт, зажмурился от лучей, уже не вмешиваясь
ни во что, услыхал в левом корпусе стекольный бой и женские визги, вылетел
на улицу, не торгуясь в первый раз в жизни, сел в извозчичью пролетку,
прохрипел:
  - К Николе...
  Извозчик рявкнул: "Рублик!" Полоснул клячу и через пять минут доставил
буфетчика в переулок, где в тенистой зелени выглянули белые чистенькие
бока храма. Буфетчик ввалился в двери, перекрестился жадно, носом потянул
воздух и убедился, что в храме пахнет не ладаном, а почему-то нафталином.
Ринувшись к трем свечечкам, разглядел физиономию отца Ивана.
  - Отец Иван, - задыхаясь, буркнул буфетчик, - в срочном порядке... об
избавлении от нечистой силы...
  Отец Иван, как будто ждал этого приглашения, тылом руки поправил волосы,
всунул в рот папиросу, взобрался на амвон, глянул заискивающе на
буфетчика, осатаневшего от папиросы, стукнул подсвечником по аналою...
  "Благословен Бог наш..." - подсказал мысленно буфетчик начало молебных
пений.
  - Шуба императора Александра Третьего, - нараспев начал отец Иван, -
ненадеванная, основная цена 100 рублей!
  - С пятаком - раз, с пятаком - два, с пятаком - три!.. - отозвался сладкий
хор кастратов с клироса из тьмы.
  - Ты что ж это, оглашенный поп, во храме делаешь? - суконным языком
спросил буфетчик.
  - Как что? - удивился отец Иван.
  - Я тебя прошу молебен, а ты...
  - Молебен. Кхе... На тебе... - ответил отец Иван. - Хватился! Да ты откуда
влетел? Аль ослеп? Храм закрыт, аукционная камера здесь!
  И тут увидел буфетчик, что ни одного лика святого не было в храме. Вместо
них, куда ни кинь взор, висели картины самого светского содержания.
  - И ты, злодей...
  - Злодей, злодей, - с неудовольствием передразнил отец Иван, - тебе очень
хорошо при подкожных долларах, а мне с голоду прикажешь подыхать? Вообще,
не мучь, член профсоюза, и иди с Богом из камеры...
  Буфетчик оказался снаружи, голову задрал. На куполе креста не было. Вместо
креста сидел человек, курил.
  Каким образом до своей резиденции добрался буфетчик, он не помнил.
Единственно, что известно, что, явившись в буфет, почтенный содержатель
его запер, а на двери повесил замок и надпись: "Буфет закрыт сегодня".



  МУДРЕЦЫ

  Нужно сказать, что, в то время как буфетчик переживал свое приключение, у
здания "Варьете" стояла, все время меняясь в составе, толпа. Началось с
маленькой очереди, стоявшей у двери "Ход в кассу" с восьми часов утра,
когда только-только устанавливались очереди за яйцами, керосином и
молоком. Примечательно появление в очереди мясистых рож барышников, обычно
дежурящих под милыми колоннами Большого театра или у среднего подъезда
Художественного в Камергерском. Ныне они перекочевали, и появление их было
весьма знаменательно.
  И точно: в "Варьете" было 2100 мест. К одиннадцати часам была продана
половина. Тут Суковский и Нютон опомнились и кинулись куда-то оба. Через
подставных лиц они купили билеты и к полудню войдя в контакт с
барышниками, заработали: Суковский 125 рублей, а Нютон 90. К полудню стало
страшно у кассы.
  В двенадцать часов с четвертью на кассе поставлена заветная доска "Все
билеты проданы на сегодня", и барышники, и просто граждане стали покупать
на завтра и на послезавтра. Суковский и Нютон приняли горячее участие в
операциях, причем не только никто ничего не знал об этом, /но и/ они друг
о друге не знали.
  В два часа барышники перестали шептать: "Есть на сегодня два в партере", и
лица их сделались загадочными. Действительно, публика у "Варьете" стала
волноваться, к барышникам подходили, спрашивали:
  "Нет ли?", и они стали отвечать сквозь зубы: "Есть кресло в шестом ряду -
50 рублей". Сперва от них испуганно отпрыгивали, а с трех дня стали брать.
  В контору посыпались телефонные звонки, стали раздаваться солидные голоса,
которым никак нельзя было отказать.
  Все двадцать пять казенных мест Нютон расписал в полчаса, а затем пришлось
разместить и приставные стулья для голосов, которые попроще. Все более к
вечеру выяснялось, что в "Варьете" будет что-то особенное. Особенного,
впрочем, не мало было уже и днем - за кулисами.
  Во-первых, весь состав служащих отравил жизнь Осипу Григорьевичу,
расспрашивая, что он пережил, осматривали шею Осипа, но
шея оказалась как шея, - безо всякой отметины... Осип Григорьевич сперва
злился, потом смеялся, потом врал что-то о каком-то тумане и обмороке,
потом врал, что голова у него осталась на плечах, а просто Воланд его
загипнотизировал и публику, потом удрал домой. Рибби уверял всех, что это
действительно гипноз и что такие вещи он уже двадцать раз видел в Берлине.
На вопрос, а как же собака объявила:
  "Сеанс окончен"? - и тут не сдался, а объяснил собачий поступок
чревовещанием. Правда, Нютон сильно прижал Рибби к стене, заявив
клятвенно, что ни в какие сделки с Воландом он не входил, а, между тем,
две колоды отнюдь не потусторонние, а самые реальнейшие тут налицо. Рибби,
наконец, объяснил их появление тем, что Воланд подсунул их заранее.
  - Мудрено!
  - Значит, фокус?!
  Пожарный был прост и не врал. Сказал, что, когда голова его отлетела, он
видел со стороны свое безголовое тело и смертельно испугался. Воланд, по
его мнению, колдун.
  Все признали, что колдун - не колдун, но действительно артист
первоклассный.
  Затем вышла "Вечерняя Газета" и в ней громовое сообщение о том, что
Аполлона Павловича выбросили из должности в два счета. Следовало это
сообщение непосредственно за извещением, исходящим от компетентного
органа, укорявшего Аполлона Павловича в неких неэтических поступках. Каких
именно - сказано не было, но по Москве зашептались, захихикали обыватели:
"Зонтики... шу-шу, шу-шу..."
Вслед за "Вечерней Газетой" на головы Библейского и Нютона обрушилась
"молния".
  "Молния" содержала в себе следующее:
  "Маслов уверовал. Освобожден. Но под Ростовом снежный занос. Может
задержать сутки. Немедленно отправляйтесь Исналитуч, наведите справки
Воланде, ему вида не подавая. Возможно преступник. Педулаев".
  - Снежный занос в Ростове в июне месяце, - тихо и серьезно сказал Нютон, -
он белую горячку получил во Владикавказе. Что ты скажешь, Библейский?
  Но Библейский ничего не сказал. Лицо его приняло серьезный старческий вид.
Он тихо поманил Нютона и из грохота и шума кулис и конторы увел в
маленькую реквизитную. Там среди масок с распухшими носами две головы
склонились.
  - Вот что, - шепотом заговорил Библейский, - ты, Нютон, знаешь, в чем
дело...
  - Нет, - шепнул Нютон.
  - Мы с тобой дураки.
  - Гм...
  - Во-первых: он действительно во Владикавказе?
  - Да, - твердо отозвался Нютон.
  - И я говорю - да, он во Владикавказе.
  Пауза.
  - Ну, а ты понимаешь, - зашептал Робинский, - что это значит?
  Благовест смотрел испуганно.
  - Это. Значит. Что. Его отправил Воланд.
  - Не мож...
  - Молчи.
  Благовест замолчал.
  - Мы вообще поступаем глупо, - продолжал Робинский, - вместо того, чтобы
сразу выяснить это и сделать из этого оргвыводы...
  Он замолчал.
  - Но ведь заноса нет...
  Робинский посмотрел серьезно, тяжко и сказал:
  - Занос есть. Все правда.
  Благовест вздрогнул.
  - Покажи-ка мне еще раз колоды, - приказал Робинский.
  Благовест торопливо расстегнулся, нашарил в кармане что-то, выпучил глаза
и вытащил два блина. Желтое масло потекло у него меж пальцев.
  Благовест дрожал, а Робинский только побледнел, но остался спокоен.
  - Пропал пиджак, - машинально сказал Благовест. Он открыл дверцу печки и
положил в нее блины, дверцу закрыл. За дверкой слышно было, как сильно и
тревожно замяукал котенок. Благовест тоскливо оглянулся. Маски с носами,
усеянными крупными, как горох, бородавками, глядели со стены. Кот мяукнул
раздирающе.
  - Выпустить? - дрожа, спросил Благовест...
  Он открыл заслонку, и маленький симпатичный щенок вылез весь в саже и
скуля.
  Оба приятеля молча проводили взорами зверя и стали в упор разглядывать
друг друга.
  - Это... гипноз... - собравшись с духом, вымолвил Благовест.
  - Нет, - ответил Робинский.
  Он вздрогнул.
  - Так что же это такое? - визгливо спросил Благовест.
  Робинский не ответил на это ничего и вышел.
  - Постой, постой! Куда же ты? - вслед ему закричал Благовест и услышал:
  - Я еду в Исналитуч.
  Воровски оглянувшись. Благовест выскочил из реквизиторской и побежал к
телефону. Он вызвал номер квартиры Берлиоза и с бьющимся сердцем стал
ждать голоса. Сперва ему почудился в трубке свист, пустой и далекий,
разбойничий свист в поле. Затем ветер, и из трубки повеяло холодом. Затем
дальний, необыкновенно густой и сильный бас запел, далеко и мрачно:
"...черные скалы, вот мой покой.. черные скалы..." Как будто шакал
захохотал. И опять: "черные скалы... вот мой покой..."
Благовест повесил трубку. Через минуту его уже не было в здании Варьете.


Предыдущая Части Следующая


Купить фантастическую книгу тем, кто живет за границей.
(США, Европа $3 за первую и 0.5$ за последующие книги.)
Всего в магазине - более 7500 книг.

Русская фантастика >> Книжная полка | Премии | Новости (Oldnews Курьер) | Писатели | Фэндом | Голосования | Календарь | Ссылки | Фотографии | Форумы | Рисунки | Интервью | XIX | Журналы => Если | Звездная Дорога | Книжное обозрение Конференции => Интерпресскон (Премия) | Звездный мост | Странник

Новинки >> Русской фантастики (по файлам) | Форумов | Фэндома | Книг