Русская фантастика / Книжная полка WIN | KOI | DOS | LAT
Предыдущая                         Части                         Следующая
     Балагуря   таким   манером,   Генобра   принимала  от   лемуров,   чередой
выстроившихся  к  ней,  разнообразные  хирургические  инструменты  и  лекарские
снадобья всех видов, начиная от сушеных трав и кончая летучими эфирами. Судя по
масштабам приготовлений, операция намечалась не такая уж и шуточная.
     Про  клинок она  как  будто вообще забыла,  и  это  начинало не  на  шутку
тревожить Окша. Надо былокак-то вывести ее из себя, взбесить, спровоцировать на
побоище.
     - Как это,  интересно,  вы  собираетесь оперировать меня,  если никогда не
моете рук и  только что ковыряли пальцем в  носу?  -  поинтересовался он  самым
невинным тоном.  -  И вообще,  я передумал. Останусь макса-ром. Могу даже взять
вас в жены. При условии, что вы пообещаете мне покорность и верность.
     - Молчи,  дурак!  -  прикрикнула на  него Генобра и  тут же  накинулась на
Рагну:  -  А  ты  чего рот раскрыла?  Быстренько пристегивай своего дружка,  да
покрепче! Разве не видишь, у него истерика начинается.
     Такое развитие событий они заранее предусмотреть не могли, и Рагна, обычно
находчивая и  решительная,  на  этот раз  растерялась.  Однако Окш  еле заметно
кивнул ей:  делай,  мол,  что приказывают. Для вида накинув кандалы ему на руки
(но не заперев), она занялась ножными креплениями. Окш при этом громко стонал и
поносил  всех  максаров,   а   баб-максаров  в   особенности.Как   они   загодя
договорились, эта ругань была сигналом к началу активных действий.
     - Я бинт сниму, - сказала Рагна, сидя на корточках. - А не то он мешает.
     - Сними,   -   милостиво  разрешила  Генобра,   никакого  подвоха  уже  не
опасавшаяся.  - Да заодно и все остальное сними, включая шевелюру. Шкуру можешь
оставить. Шкуру я ему сама буду дырявить.
     В  этот  момент  Рагна  разогнулась.  В  руках  она  сжимала ком  грязных,
заскорузлых от крови бинтов, который и сунула к самому лицу мамаши.
     Столь  наглая  выходка так  удивила Генобру,  что  она  на  мгновение даже
онемела  (не  часто  приходилось терпеть подобные оскорбления от  потенциальных
смертников).  Именно  в  этот  самый  момент грохнула миниатюрная многозарядка,
спрятанная в смрадных бинтах.
     Смерть Генобры не входила в планы заговорщиков,  поэтому пуля представляла
собой тонкостенную ампулу, наполненную концентрированной плавиковой кислотой.
     Выстрел был произведен почти в упор,  однако Генобра каким-то чудом успела
прикрыться локтем. Под одеждой у нее, как об этом заранее предупреждала Рагна,
     были стальные доспехи.
     Хотя  пуля  и  не  достигла своей цели,  но  пригоршня едких брызг угодила
Генобре в лицо.  Правый глаз, прикрытый оптикой, почти не пострадал, зато левый
превратился в мутный пузырь, плачущий кровавыми слезами.
     С воплем, какого раньше не слышали даже эти сплошь заляпанные человеческой
кровью стены,  Генобра отскочила в  сторону и  ухватилась за лицо.  А когда она
отняла руку,  между лицом и ладонью протянулись липкие,  тягучие пленки, уже не
имевшие ничего общего с прежде неуязвимой кожей максара.
     - Не  подходи1-  Рагна  вновь  вскинула  многозарядку  (впрочем,  шанс  на
вторичное  попадание  был  невелик,   поскольку  за  душой  у  девчонки  имелся
один-единственный урок  стрельбы,  совсем  недавно  преподанный  ей  Окшем).  -
Сдавайся, и мы обещаем сохранить тебе жизнь. А рожу подлатать всегда успеешь.
     С  новым  воплем,  еще  более ужасным от  того,  что  он  сорвался с  губ,
буквально на  глазах разъедаемых кислотой,  Генобра выхватила из  ножен клинок.
Нацелив его острие на обидчиков, она крутанула рукоять - раз, второй, третий...
     Не  дожидаясь,  что  из  всего этого получится,  Окш ухватился за  Рагну и
вместе с ней рухнул на пол.  Взрыв мигом погасил факелы и опрокинул все, что до
этого стояло торчком,  за исключением одних только каменных колонн, подпиравших
потолок.  На  Окша  в  последовательном  порядке  обрушилась  железная  рама  с
кандалами,  груда разнообразных хирургических инструментов, жаровня, на которой
лемуры грели в  котле воду,  и  наконец сам  котел со  всем его  содержимым,  к
счастью, еще не успевшим закипеть.
     Теперь светилось лишь то  место,  где в  момент взрыва находилась Генобра.
Что-то там тлело, что-то горело, что-то смрадно коптило.
     Совершенно  не   пострадавшая  Рагна  змеей  выскользнула  из-под  Окша  и
осторожно  приблизилась к  телу  мамаши.  Как  и  все  максары,  она  прекрасно
ориентировалась во мраке.
     - Ну и фейерверк ты устроил!  -  произнесла она,  сдирая (судя по звуку) с
Генобры одежду и доспехи.  -  От клинка,  похоже, ничего не осталось. От правой
рученьки моей мамаши тоже.  А так ничего серьезного.  Дышит.  Дергается.  Жива,
значит...  Ползи сюда,  не робей!  Поможешь мне.  Надо ее обезвредить,  пока не
очнулась.
     Вдвоем  они  кое-как  взгромоздили иссеченное осколками  тело  Генобры  на
ближайшую раму (причем Окшу приходилось действовать на ощупь), и Рагна за-
     ковала все  ее  члены в  кандалы.  Свободным остался только правый ручной,
надобность в  котором отпала.  Для  пущей надежности бесчувственное тело еще  и
цепями опутали.
     - Давненько  я  ждала  такого  момента,  -  сказала  Рагна,  закончив  эти
манипуляции,  приличествующие скорее  палачу,  чем  хрупкой девушке.  -  Теперь
посмотрим,  как моя мамаша ценит свой язык,  уши и все остальное, что у нее еще
сохранилось.
     - Насчет языка ты  поосторожней,  -  заметил Окш.  -  Если  она  ничего не
скажет, считай, мы проиграли...
     - Скажет...  Заставим.  -  Неизвестно,  чего  в  голосе Рагны было больше:
убежденности или  бравады.  -  А  почему  здесь  так  темно?  Куда,  интересно,
подевались эти  лупоглазые уроды?  Они  дождутся,  что  я  велю  запустить сюда
собак-крысоловов.
     Лемуры,  перепуганные взрывом,  запищали  и  засуетились.  Вновь  запылали
факелы, вокруг был наведен относительный порядок, в жаровне затрещали дрова.
     Генобра,  распятая на раме,  представляла собой зрелище не столько жуткое,
сколько жалкое  -  пораженный кислотой глаз  наполовину вытек,  лицо  покрывали
глубокие язвы,  вся  правая сторона тела представляла собой одну сплошную рану.
Впрочем, повреждения, смертельные для человека, максару были всего лишь плевыми
царапинами -  кровотечение прекратилось,  ожоги уже  подернулись нежной пленкой
новой кожи, сердце и легкие работали без перебоев.
     - Приступим. - Рагна схватила один из факелов и ткнула им мамашу в лицо. -
Эй,  не  притворяйся!  Давай поболтаем.  Я  ведь  честно ответила на  все  твои
вопросы. Очередь за тобой.
     Генобра дернулась, заставив раму качнуться, и ее правый глаз раскрылся.
     - Ты что,  шлюха,  затеяла?  -  прохрипела она,  пуская изорудованным ртом
кровавые пузыри.  -  Совсем с  ума свихнулась?  Пусть я сдохну сейчас,  но и ты
переживешь меня ненадолго!
     - Живи,  - сказала Рагна. - Убивать тебя никто не собирается. Прежней воли
я тебе обещать не могу, но этот замок и все здешние слуги останутся за тобой.
     - Ишь чего захотела!  -  Рама затряслась, а цепи и кандалы заскрежетали. -
Моим добром завладеть!  Распоряжаться вместо меня!  Не  бывать .этому!  Лучше я
сдохну, но не позволю тебе стать хозяйкой моих владений!
     - Сдохнешь ты  или нет,  а  просить у  тебя благословения на  вступление в
законные права я не собираюсь. - Рагна повернула факел так, чтобы расплавленная
смола падала в пустую глазницу Генобры.  -  Единственное, что мне от тебя надо,
так это противоядие.
     - Не  дождешься!  -  крикнула пленница.  -  Хоть  режь,  хоть  жги,  а  не
дождешься!  Сама знаешь, пытками максара не сломить. Вы искалечили меня, но это
дело поправимое.  Я знавала максаров,  у которых все части тела,  кроме головы,
были чужие.  А вот тебя,  моя милая, спасти невозможно. И я очень надеюсь стать
свидетельницей твоей смерти.  Ждать-то недолго осталось.  Сначала тебя раздует,
как дохлую кобылу на жаре,  а потом разорвет в клочья. Тогда мы останемся здесь
на пару.  Я и твой безногий дружок. Уж нам-то будет о чем поболтать! Не так ли,
красавчик?
     - Не сомневаюсь, - ответил Окш. - Особенно про то, за какие такие грехи ты
однажды живьем закопала в землю еще совсем маленького ребенка.
     - Ах ты,  паразит!  -  удивилась Генобра.  - Ничего не забыл! Все помнишь!
Сглупила я,  не спорю...  Мрызлам тебя надо было скормить.  Или в огне сжечь...
Выжил,  волчонок,  надо же  такому случиться!  А  кто ты  такой на  самом деле,
помнишь?         
     - Помню. Отродье Клайнора, - оказал Окш первое, что пришло ему в голову.
     - Не можешь ты этого помнить!  -  Генобра забилась на раме так, словно это
не Рагну, а именно ее должны были разорвать сейчас неведомые внутренние силы. -
Не  можешь!  Кто  же  это  успел тебя надоумить?  Ведь все причастные к  твоему
рождению мертвы... Неужели пророчество Адракса сбывается?..
     - Говори, что же ты умолкла? - Окша вновь охватило непонятное волнение.
     - Ну  и  скажу!  -  Генобра овладела собой  и  даже  попыталась улыбнуться
безобразной дыркой безгубого рта.  -  Ты  станешь тем,  кем тебе предназначено,
только при одном условии.  Если получишь завещание Азда.  Без него ты -  даже с
клинком -  ничто!  Убьешь одного максара,  двух, трех, хоть десятерых. Это все.
Бывали уже  такие герои и  до  тебя.  Чтобы изжить весь  наш  род,  нужно иметь
могущество богов.  Или  оружие богов,  тайну  которого якобы знал  Азд.  Вот  и
получается, что без меня тебе никак не обойтись...
     - Хватит вам болтать!  - прервала их разговор Рагна. - Разве ты не видишь,
что она умышленно тянет время? То ли подмогу ждет, то ли надеется, что я сдохну
в ближайшее время... Говори, тварь где ты хранишь противоядие?
     - Не скажу! - оскалилась Генобра. - Обмануть
     вам меня не удастся.  Угрозы и соблазны тоже не помогут.  Ведь я прекрасно
понимаю,  что уже обречена. Из этого подвала мне никогда не выйти, пусть даже я
открою вам все тайны Вселенной.  Да  и  плен меня не  устраивает.  Не выдержу я
долго  в  заточении.  Стану рваться на  волю,  тут  вы  меня  для  собственного
спокойствия и прихлопнете. Уж лучше умрем вместе.
     - Ах вот ты как!  -  зловеще произнесла Рагна.  -  Что же, я была готова к
такому ответу.
     Она требовательно взмахнула рукой,  и  выскочивший из темноты лемур вручил
ей  новый,  досель  еще  невиданный  инструмент -  внушительных размеров  пилу,
полотно которой поблескивало алмазной пылью.
     - Что это ты задумала? - насторожилась Генобра.
     - А  ты как будто не догадываешься!  Я сделаю с тобой то же самое,  что ты
хотела сделать с ним.  -  Рагна.  кивнула на Окша.  -  Превращу в обыкновенного
человечишку, в жалкую бабу, которая не умеет хранить секретов, не может терпеть
боль и не в состоянии убить саму себя.
     - Никому еще не  удалось сотворить такое с  истинным максаром,  -  сказала
Генобра уже  без  прежнего апломба.  -  Не  теряй понапрасну время.  Жить  тебе
осталось совсем недолго.  Зачем подыхать в  этой мрачной норе?  Выйди на свежий
воздух,  к  небесному свету.  Устрой  прощальный пир,  познай  наконец  радость
плотской любви и умри в объятиях возлюбленного, с бокалом вина в руке.
     - Не  заговаривай мне зубы!  -  Рагна рывком перевела раму в  вертикальное
положение, так что ноги Ге-нобры оказались выше головы.
     - Ох,  не за свое дело ты взялась, дочка! - воскликнула пленница. - Прежде
чем  печь  пироги,   надо  сначала  научиться  месить  тесто.   Это  даже  твой
дружок-пекарь подтвердит.  Ты еще и мрызла толкового не сделала,  а собираешься
изменить сущность максара. Ничего у тебя не получится.
     - Это  уж  пусть тебя  не  волнует!  -  Рагна всадила полотно пилы  в  лоб
Генобры.
     - Да кто же так делает!  -  громко возмутилась та.  -  Сначала надо кожу с
черепа снять! Сосуды прижечь! А не то зальешь мозг кровью и потом не различишь,
где какая извилина.
     - Различу!  -  буркнула  Рагна,  нажимая  на  пилу,  издававшую  противный
скрежет.
     - Недаром говорят:  родила дуру на свою-голову!  -продолжала Генобра.  - В
самую точку сказано! Из моей утробы вылезла, а теперь мою голову пилит! Дожили!
     - Не  волнуйся,  -  пообещала Рагна,  отделяя вкривь и  вкось  надпиленную
крышку черепной коробки.  -  Скоро ты забудешь и про свою утробу, и про меня, и
даже про то,  что когда-то была максаром... Но это потом. А сейчас я, наоборот,
заставлю тебя вспомнить кое о чем. Например, об ощущении боли...
     - Перестань!  -  взвыла Генобра.  -  Не трогай меня больше! Я все расскажу
сама!
     - Поздно,   -   ответила  дочка,  сосредоточенно  тыкая  тонкой  спицей  в
обнажившееся вещество мозга.  -  Ты опять попытаешься обмануть меня. Заставишь,
вместо противоядия выпить яд или еще какую-нибудь гадость придумаешь...  Лучше,
если я сама доберусь до истины.
     Ничуть  не   смущенный  столь   странным  диалогом  родных  существ,   Окш
внимательно наблюдал за  операцией.  Его отношение к  Генобре было таково,  что
случайная искра  жалости (появись такая  вдруг) неминуемо погасла бы  в  океане
ненависти.
     Прошло еще  немного времени,  и  поведение Геноб-ры,  из  вскрытого черепа
которой  торчало  уже  несколько десятков спиц,  стало  меняться.  Она  уже  не
говорила,  а заговаривалась.  Не бранилась,  а вещала на манер оракула. Ее смех
теперь почти нельзя было отличить от рыданий.
     - Потерпи еще немного,  мамаша.  Кажется,  я нашла то, что искала... Самую
суть твоей души, - произнесла Рагна с удовлетворением. - Согласись, я способная
ученица.  Только подход к  делу у  нас  разный.  Пока ты  дубила мрызлам шкуры,
наращивала клыки и превращала руки в клешни,  я подбиралась к самому главному-к
мозгу...  Хочешь,  я  сделаю тебе сейчас больно?  А  сейчас приятно...  А  если
одновременно и больно,  и приятно?  Правда, странное ощущение? Я уже испытывала
это на себе...
     - Петелька  за  петелькой и  свяжется чулочек,  -  забормотала,  словно  в
забытьи, Генобра. - Белый пес, черный пес, пегий пес...
     - Череп у  тебя крепкий,  а умишко слабый,  -  Рагна продолжала ковыряться
своими спицами в мозгу матери. - Ничего, сейчас мы копнем поглубже...
     - Беда  за  бедою  как  по  ниточке идет,  -  сказала Генобра без  всякого
выражения и вдруг взревела:  -  А-а-а!  А-а-а! - Ее здоровый глаз заворочался в
орбите и  дико уставился на  Окша.  -  Ты  отомстишь за  меня?  Ты прибьешь эту
неблагодарную сучку? Даже если она будет последней твоей жертвой, сын Клайнора!
Пусть ее череп венчает обелиск,  сложенный из костей максаров! Только прошу, не
убивай ее  сразу!  Заставь помучиться,  как  мучаюсь сейчас я!  Слава Мстителю!
Пусть воцарится он в этом мире.                            ,
     - Угомонись!  -  пригрозила ей Рагна.  -  Мучается она, понимаешь ли! Если
кто-то  сейчас здесь и  мучается,  так  это я.  У  тебя не  мозги,  а  лабиринт
какой-то.
     - Радуйся,  дочка,  ты не умрешь на этот раз.  - Генобра не обратила на ее
слова никакого внимания.  - Тебя убьют чуть позже. И сделает это не кто-нибудь,
а твой единоутробный брат, присутствующий здесь. Ты ведь тоже отродье Клайнора,
моя  дорогая.  Я  прекрасно знала вашего отца,  пусть ему икнется сейчас в  тех
краях,  куда он ушел... Жаль, что я не вытравила тебя из своего чрева. Но тогда
бы ты не познала тех мук, которые тебе еще предстоят.
     - Ну все,  ты мне надоела!  - Рагна резко ткнула спицей куда-то под лобную
кость, и голос Генобры сразу оборвался, хотя язык продолжал шевелиться, а горло
раздуваться.
     - Долго ты еще будешь возиться с ней? - поинтересовался Окш, чувствовавший
себя в этом склепе весьма неуютно.
     - Сейчас начнется самое  главное.  -  Рагной уже  овладел какой-то  азарт,
противоестественный для человека, но, возможно, вполне нормальный для макса-ра.
- Щит,  прикрывающий душу мамаши, уже рассыпается. Очень скоро я узнаю все, что
мне нужно.
     Спицы торчали из  головы Генобры,  как иглы из загривка дикобраза.  Рагна,
вооруженная тонким стилетом и миниатюрными клещами, что-то резала и отщипывала,
отщипывала  и  опять  резала.   Голодные  лемуры  вертелись  тут  же,  на  лету
подхватывая ошметки мозговой ткани.
     Любопытства ради  Окш  попробовал проникнуть в  лишившееся защиты сознание
Генобры,  но там сейчас творилось такое,  что у него самого закружилась голова.
Уж  если согласиться,  что человеческая душа -  омут,  то  душу максара в  этом
смысле можно сравнить только с вулканом.
     - Не лезь! - прикрикнула на него Рагна. - Не мешай мне!
     Стилет и  клещи уже улетели в сторону,  и она опять была целиком поглощена
своими  спицами  -   трогала  то  одну,   то  другую  и  при  этом  внимательно
прислушивалась к чему-то доступному только ей одной.
     - Я  вижу склянку с  противоядием так же  ясно,  как будто бы до нее можно
дотянуться рукой,  - пробормотала она. - Только бы не спутать потом... Там есть
и  другие,  очень похожие...  А  какая доза нужна мне?  Ага,  не  меньше одного
глотка...
     - Узнай обязательно про завещание Азда, - напомнил Окш.
     - Подожди!  -  отмахнулась Рагна.  -  Не все так просто, как тебе кажется.
Есть большая разница,  в  чем ты копаешься -  в собственном кармане или в чужом
гардеробе... Тут столько всего...
     ?  Почему ты не позволяешь мне заглянуть в сознание Генобры?  Есть вещи, в
которых я разбираюсь получше тебя.
     - Посмей только!  -  Она погрозила ему кулаком. - Это моя мать, и все, что
осталось после нее,  должно принадлежить мне.  В том числе и воспоминания. Если
ты  ослушаешься,  я  целиком сотру  ее  память.  И  тогда  ты  можешь  навсегда
распрощаться с надеждой получить это самое завещание.
     Дабы  как-то  уязвить  строптивую  девчонку,   Окш  с  притворной  заботой
посоветовал:
     - Только постарайся не набраться от мамаши всякой дряни. Ты по сравнению с
ней  то  же  самое,  что  бокал  игристого вина  против  бочки  нечистот.  Сама
понимаешь, что будет, если все это смешать.

Предыдущая Части Следующая


Купить фантастическую книгу тем, кто живет за границей.
(США, Европа $3 за первую и 0.5$ за последующие книги.)
Всего в магазине - более 7500 книг.

Русская фантастика >> Книжная полка | Премии | Новости (Oldnews Курьер) | Писатели | Фэндом | Голосования | Календарь | Ссылки | Фотографии | Форумы | Рисунки | Интервью | XIX | Журналы => Если | Звездная Дорога | Книжное обозрение Конференции => Интерпресскон (Премия) | Звездный мост | Странник

Новинки >> Русской фантастики (по файлам) | Форумов | Фэндома | Книг