Русская фантастика / Книжная полка WIN | KOI | DOS | LAT
Предыдущая                         Части                         Следующая
   Это уже было откровенно грубо. Принцесса нахмурилась и поджала губы.
   "Нет, определенно, он насмехается надо мной. Невежа, наглец, негодяй!..
И все-таки что-то в нем есть. Что-то такое особенное... О Боже, как я его
хочу! И он хочет меня, это бесспорно. Мы оба хотим друг друга - так
поскорее бы..." - При этой мысли ее охватила сладкая истома.
   Маргарита познакомила Филиппа со своими кузинами Жоанной и Еленой. Ни с
той, ни с другой у него содержательного разговора не вышло - Жоанна
выглядела чем-то озабоченной, слушала невнимательно и отвечала невпопад, а
княжну Иверо уже взял в оборот Гастон, и Филипп, как настоящий друг, решил
не мешать ему, - так что вскорости они с Маргаритой подошли к шахматному
столику.
   - Надеюсь, мне нет нужды представлять вас друг другу, - сказала
Маргарита.
   Бланка улыбнулась ему своей обворожительной улыбкой и немного виновато
произнесла:
   - Если, конечно, кузен Филипп еще не забыл меня.
   - Да разве можно забыть вас, кузина, хоть единожды увидев! - с пылом
ответил Филипп, бережно взял руку кастильской принцессы и, по своему
обыкновению (но вопреки испанскому обычаю, предписывавшему целовать воздух
над ладонью женщины, не касаясь кожи), нежно прижался к ней губами.
   Тотчас же он заметил, как в глазах молодого человека, который сидел
напротив Бланки, сверкнула молния, а на его красивое лицо набежала тень
досады и раздражения. Филипп неоднократно сталкивался с подобной реакцией
и по собственному опыту знал, что эта молния и эта тень не обещают ему
ничего хорошего, ибо безошибочно указывают на ревнивца.
   "М-да!" - только и подумал он и испытующе посмотрел на юношу.
   - Господин де Монтини?
   Этьен поднялся из-за стола и поклонился:
   - К вашим услугам, монсеньор.
   Вопреки этому заверению, в голосе его явственно прозвучал вызов. Бланка
с укоризной взглянула на Монтини и сокрушенно покачала головой. Маргарита
же иронически усмехнулась.
   Филипп отметил все это про себя, высокомерно кивнул Этьену, разрешая
ему садиться, и вновь повернулся к Бланке:
   - Дорогая кузина, я был безмерно огорчен известием о смерти вашего
августейшего отца. От меня лично и от всей моей родни приношу вам
искренние соболезнования.
   Бланка склонила голову, и Филипп невольно залюбовался ею. Она была
изумительно хороша в печали, как, собственно, и в любом другом настроении;
она была просто восхитительна. Присмотревшись внимательнее, Филипп вдруг
обнаружил, что за последние полгода в Бланке произошла какая-то перемена -
незначительная, казалось бы, перемена, почти неуловимая и скорее
внутренняя, чем внешняя, - но это уже была не та Бланка, которую он знавал
в Толедо. Поначалу Филипп даже растерялся и озадаченно глядел на нее,
хлопая ресницами, пока, наконец, не сообразил: она стала женщиной и она
счастлива в замужестве... Но в замужестве ли?
   Это подозрение побудило Филиппа снова посмотреть на Монтини, и лишь
тогда он обратил внимание, что одет тот если не в пух и прах, то уж
наверняка не по своим скромным средствам. Чего только стоили элегантные
сапожки из кордовской кожи, нарядный берет с павлиньим пером, манжеты и
воротник из тончайших кружев - не говоря уже о великолепном костюме,
пошитом из самых лучших (и, естественно, самых дорогих) сортов бархата и
шелка и украшенном множеством серебряных позументов.
   "Очень интересно! - подумал Филипп. - Или он надул меня насчет долгов и
теперь транжирит мои денежки, или... Черти полосатые! Неужто он окрутил
Бланку? Если так, то понятно, почему он так мало писал о ней, негодный
мальчишка!.. Впрочем, и я хорош. Нужно было послать двух шпионов - чтобы
они следили друг за другом".
   - Да, кстати, - отозвалась Маргарита, нарушая молчание, воцарившееся
после упоминания о покойном короле Кастилии. - У кузины есть для вас
известие.
   - Какое?
   - Про Альфонсо и Нору, - ответила Бланка. - Мой брат Фернандо... вы
знаете, что он уже здесь?
   - Знаю.
   - Так вот, Фернандо сообщил, что Альфонсо с Норой должны приехать не
позже чем через четыре дня.
   - Ага. Выходит, кузен Альфонсо, несмотря на послевоенные заботы,
все-таки решил лично присутствовать на церемонии передачи невесты.
   - Естественно, - вмешалась Маргарита. - Коль скоро принимать невесту
будет сам жених...
   - Император? - оживился Филипп. - Значит, слухи о его возможном приезде
в Памплону не были пустой болтовней?
   - Как видите, нет. Неделю назад Август Юлий со свитой высадился в
Барселоне, и мы ожидаем его прибытия со дня на день. Вместе с ним едет
посланник византийского императора, архонт Андроник Метохит. Архонт - это
титул вроде нашего графа.
   - Да, знаю, - кивнул Филипп. Они с отцом рассчитывали встретиться с
византийским посланником еще летом, но тот задержался в Риме и через гонца
предложил перенести их встречу на начало осени.
   - Кроме того, - между тем продолжала Маргарита, - предстоящие
празднества намерены посетить короли Галлии и Арагона, а также наследный
принц Франции с женой и несколько немецких князей.
   - Ну и ну! - покачал головой Филипп. Он, конечно, знал, что под
предлогом участия в торжествах в Памплону должны прибыть полномочные
представители соседних государств, и был осведомлён о предмете предстоящих
переговоров, однако не ожидал, что четыре делегации возглавят короли, а
ещё одну - наследный принц.
   - Вижу, вы удивлены, - заметила Маргарита. - Почему?
   Филипп нахмурил чело, изображая глубокое раздумье. Затем произнёс:
   - Сдаюсь, принцесса! По зрелом размышлении должен признать, что
помолвка наследницы наваррского престола с могущественным соседом
заслуживает особого внимания со стороны прочих государей.
   Бланка весело усмехнулась, от души забавляясь замешательством кузины.
Молодой человек, стоявший в стороне, но слышавший их разговор, - а это был
Рикард Иверо - подошел ближе и остановился возле Монтини.
   - С могущественным соседом? - переспросила Маргарита. - На кого вы
намекаете?
   - Ни на кого я не намекаю, - ответил Филипп. - Вы меня шокируете,
сударыня. Я говорю о вашем нареченном, а вы притворяетесь, будто слыхом
про него не слыхивали.
   - А разве у меня есть нареченный?
   - А разве нет?
   - По крайней мере, я такого не знаю.
   Филипп вздохнул:
   - Вы меня обижаете, принцесса.
   - Я вас обижаю?
   - Ну, разумеется! А как, по-вашему, должен чувствовать себя человек,
чья невеста говорит ему прямо в глаза, что не знает его? Ясное дело, я
страшно огорчен.
   Маргарита звонко рассмеялась.
   - Право, это бесподобно! Кузина рассказывала мне о вашей
экстравагантной манере ухаживания, и вот я убедилась, что она ничуть не
преувеличивала. Вы впрямь идете напролом, не обращая внимания ни на какие
препятствия.
   - Неужели? - удивился Филипп. - А мне всегда казалось, что я предельно
деликатен и корректен с женщинами. Я с глубочайшим уважением отношусь к
Бланке, - он поклонился ей, - и весьма ценю ее мнение. Однако - Платон мне
друг, но истина дороже, - со всей ответственностью заявляю, что на этот
раз она ошибается. - Он снова поклонился Бланке. - Вы уж не обессудьте,
кузина.
   Бланка отрицательно покачала головой; в ее карих глазах плясали лукавые
чертики.
   - И вот еще что, сударыня, - продолжал Филипп, обращаясь к Маргарите. -
Я никак не возьму в толк, по чем вы могли судить о моей манере ухаживания.
   - Силы небесные! - воскликнула Маргарита. - Как это по чем?! Что же вы
сейчас делаете, как не пытаетесь, с позволения сказать, приударить за мной?
   - Приударить? Побойтесь Бога, принцесса! У меня и в мыслях этого не
было. К вашему сведению, ухаживать вообще не в моих привычках. Обычно я
беру то, что мне приглянется, не тратя попусту время на ухаживания. - С
этими словами он в упор пригляделся к Маргарите.
   - Однако! - протяжно и с выражением произнесла она. - Каков нахал, а!
Такого нахала, как вы, я еще не встречала и вряд ли когда-нибудь встречу.
   - Насчет этого будьте покойны, - заверил ее Филипп. - Как ваш будущий
супруг, я беру на себя обязательство отныне ограждать вас от всех
сомнительных типов, которые возымеют дерзкое намерение поухаживать за вами.
   Рикард сжал кулаки и шагнул вперед.
   - Кстати, мой принц, - сказала Маргарита. - Разрешите представить вам
моего кузена, господина виконта Иверо... гм... верного слугу наваррской
короны.
   Филипп дружелюбно кивнул:
   - Очень приятно, виконт. Я имел удовольствие познакомиться в Толедо с
вашим отцом и проникся к нему глубочайшим уважением. Надеюсь, мы с вами
тоже станем добрыми друзьями.
   Если молнии в глазах у Монтини Филипп видел лишь мельком, то пылающий
взгляд Рикарда извергал их непрерывно. На Филиппа нахлынула волна жгучей
ненависти и безмерного отчаяния.
   "Господи помилуй! - ужаснулся он. - Да это же сумасшедший! Сейчас он
двинет меня в челюсть..." - И Филипп непроизвольно напрягся, готовый в
любое мгновение блокировать возможный удар Рикарда.
   Маргарита и не думала вмешиваться, чтобы предотвратить столкновение.
Казалось, ее вполне устраивал хороший мордобой, и она с интересом ожидала
дальнейшего развития событий. Положение спасла Елена, которая, кокетничая
с Гастоном, не переставала краем глаза присматривать за Рикардом. Как
только ей стало ясно, что дело принимает дурной оборот, она оставила
своего ухажера, быстрым шагом пересекла зал и решительно взяла брата за
руку.
   - Пойдем, Рикард. Господин д'Альбре хотел бы с тобой переговорить.
Прошу прощения, кузины, господин принц... - Затем она зло взглянула на
Маргариту и сквозь зубы прошипела: - Вот сучка!
   - Успокойся, кузина, - кротко, но с язвительными нотками в голосе
ответила ей Маргарита. - Никто здесь не собирается обижать твоего
возлюбленного братца. К тому же мы с принцем сейчас уходим... Извини,
Бланка, мы ненадолго отлучимся.
   Филипп вежливо распрощался с кастильской принцессой, и обе пары отошли
от шахматного столика в разные стороны.
   - Что с виконтом? - поинтересовался у Маргариты Филипп.
   Она небрежно махнула свободной рукой.
   - Да ничего особенного. Просто порой на него находит дурь, и тогда он
становится несносным.
   - Ревнует?
   - Кого?
   - Вас ко мне.
   Щеки Маргариты вспыхнули алым румянцем.
   - А разве у него есть повод для ревности?
   - Ну, если вы считаете, что у незадачливого жениха нет никаких
оснований испытывать неприязнь, а то и враждебность к своему счастливому
сопернику... - Тут он многозначительно умолк.
   Маргарита повернула голову и пристально посмотрела ему в глаза.
   - А вам не кажется, сударь, что вы слишком самонадеянны?
   - Нет, не кажется. - Филипп стойко выдержал ее взгляд и добавил: - А
вот вы, принцесса, наоборот - не очень-то уверены в себе.
   Он почувствовал, как дрогнула ее рука.
   - Глупости!
   - Вовсе нет. Вы пытались смотреть на меня сурово, но в ваших глазах
была мольба.
   Маленькие пальчики крепко вцепились в его руку.
   - Это бесполезно, сударыня, - спокойно заметил Филипп. - Когда женщины
причиняют мне физическую боль, я впадаю в экстаз.
   Хватка ослабла.
   - Да, насчет гостей, - бухнула Маргарита ни к селу, ни к городу, что
свидетельствовало о состоянии крайнего смятения. Она лихорадочно искала
зацепку, чтобы переменить тему, и по цепочке ассоциаций возвратилась к
тому моменту, когда разговор соскользнул на зыбкую почву. - Я, конечно, не
отрицаю, что среди них будут такие, кого прежде всего привлекают
празднества, и, надеюсь, таких будет большинство. Вот, к примеру,
французы. Говорят, Филиппу де Пуатье до смерти надоели его обычные
собутыльники, и он с радостью ухватился за возможность попьянствовать в
новом окружении. Но далеко не все съезжаются из-за меня. Для некоторых это
лишь удобный повод собраться вместе и при личной встрече, с глазу на глаз,
так сказать, без посредников, решить многие животрепещущие вопросы. -
Принцесса на секунду умолкла и бросила на Филиппа быстрый взгляд. - Только
не делайте вид, что для вас это собрание неожиданность.
   Я-то знаю, что ваш отец был одним из его инициаторов. И не думаю, что
он держал вас в полном неведении.
   - Я этого не говорил, - совершенно серьезно ответил Филипп. Он
поддержал перемену темы разговора, рассудив, что для начала с Маргариты
достаточно. - Для меня неожиданность, что переговоры решили почтить своим
присутствием первые лица всех заинтересованных государств. Не хватает
только французского короля.
   - Он все еще страдает от ран, полученных в Палестине, - сказала
Маргарита и усмехнулась. - А также от уязвленной гордости. Сначала он
попал в плен и вынужден был заключить с сарацинами унизительный для себя
мир; по возвращении на родину обнаружил, что Нормандия больше не хочет
быть под его рукой; а в довершение всех его бед, один честолюбивый юнец
принялся копать под Французское государство с юга.
   - Байонна никогда не принадлежала королям Франции по праву, - возразил
Филипп. - Сент и Ангулем тоже. Я лишь восстанавливаю историческую
справедливость. - А после некоторых колебаний он добавил: - Пока что.
   - Пока что? - переспросила принцесса. - А что будет дальше?
   - Потом придет черед собственно Франции, - без обиняков ответил Филипп.
Он решил, что Маргарита, как его будущая жена, должна знать о его
грандиозных планах. - Пора уже объединить все галльские земли, как южные,
так и северные, в одно могущественное государство. В прошлом Галлия была
единой страной от Ла-Манша до Средиземного моря; так должно быть и в
грядущем.
   Маргарита задумчиво посмотрела на него и покачала головой:
   - А знаете, я с самого начала подозревала, что ваше честолюбие не
ограничивается только лишь короной вашего дяди Робера. Небось, по натуре
своей вы завоеватель.
   Где-то в глубине души вы мечтаете покорить весь мир.
   - Еще бы! Ведь я прямой потомок Филиппа Воителя. Да и как не мечтать о
покорении мира с таким коннетаблем, как у меня.
   Филипп кивнул в сторону Эрнана, который, находясь в окружении дам,
развлекал своих собеседниц разбором душещипательных подробностей самых
драматических сражений на Святой Земле. Гордо выпячивая грудь, поочередно
поправляя шпагу и одергивая роскошный белый плащ с черным крестом
тамплиеров, он говорил без умолку, благо нашел себе внимательных
слушателей, и то и дело бросал на женщин испепеляющие взгляды. Впрочем,
эти страстные взгляды еще ничего не значили; Эрнан смотрел так на любой
предмет, живой и неживой, и тщетны были попытки некоторых барышень
заигрывать с ним.
   - Великолепный воин! - с искренним восхищением сказала Маргарита. -
Наверное, при одном его виде иезуиты здорово оробели.
   - Ясное дело, - ответил Филипп, с трудом пряча улыбку. Известие о
нападении иезуитов на поезд гасконцев уже успело облететь пол-Испании, но
конфуз, который приключился с Эрнаном, как-то прошел незамеченным.
   - А вам известно, что Родриго де Ортегаль уже смещен с поста прецептора
Наваррского, арестован и вскоре предстанет перед судом ордена? Его
преемник, господин д'Эперне, вчера заверил моего отца, что господин де
Ортегаль действовал самовольно и вопреки уставу, за что понесет суровое
наказание.
   - Гм... Если его и накажут, то не за нападение на нас, а за то, что он
потерпел неудачу.
   - Я тоже так думаю, - согласилась принцесса. - Никто из самостоятельно
мыслящих людей не сомневается, что Ортегаль действовал по прямой указке

Предыдущая Части Следующая


Купить фантастическую книгу тем, кто живет за границей.
(США, Европа $3 за первую и 0.5$ за последующие книги.)
Всего в магазине - более 7500 книг.

Русская фантастика >> Книжная полка | Премии | Новости (Oldnews Курьер) | Писатели | Фэндом | Голосования | Календарь | Ссылки | Фотографии | Форумы | Рисунки | Интервью | XIX | Журналы => Если | Звездная Дорога | Книжное обозрение Конференции => Интерпресскон (Премия) | Звездный мост | Странник

Новинки >> Русской фантастики (по файлам) | Форумов | Фэндома | Книг