Русская фантастика / Книжная полка WIN | KOI | DOS | LAT
Предыдущая                         Части                                  
Никого, кроме Елены. Роман загадал: если она придет, значит...
     В дверь постучали. Он поднял голову,  но  не  отозвался.  Его  почемуто
охватило волнение, обессиливающее и неприятное.
     Радищева  вошла  молча,  неслышно,  будто  не  наяву.  Села   напротив,
медленно обвела взглядом обстановку, остановилась на фотографии,  с  которой
двумя  солнечными  зайчиками  глядела  дочь.  Потом  Елена   подняла   руки,
разделила надвое поток волос - точь-в-точь как у дочери  -  и  стала  совсем
похожа на нее.
     - Ты давно с нею виделся? - кивнула Елена в сторону фотографии.
     - В последний отпуск. Ирина отдыхала тогда на Байкале и вся до  макушки
была полна самыми разными сведениями о нем.  Она  подымала  меня  чуть  свет
посмотреть,   как   появляются   в   утреннем   тумане   призрачные,   будто
недорисованные, скалы, возила  на  Ангару,  уверяя,  что  у  той  совершенно
необыкновенный цвет - настоящий маренго - и называла  ее  нейлоновой  рекой.
Очень выросла, загорела и теперь уж точная твоя копия.
     О дочери Роман никогда не говорил  спокойно:  начинал  ходить,  трогать
всякие предметы. Елена улыбнулась, и он  почувствовал,  как  волна  нежности
докатилась до него. Шагнул к Лене и обнял ее.
     Елена медленно отстранилась и без насмешки сказала:
     - Ты всегда все истолковываешь по-своему.
     Улыбка ее не исчезла, а просто как-то изменилась.
     - Прости, я  пришла  совсем  для  другого  разговора.  Просто  нечаянно
отвлеклась. Скажи, что за спор вышел у вас с Браницким?
     Романов заходил по комнате размашистей, злясь на себя и даже на  Елену:
могла бы в таком случае держаться иначе. Но о чем она  спросила?  Ах  да,  о
Браницком.  Надо  же  так  забыться!  Во  всем  виновата   эта   история   с
метеоперехватчиком.
     - Олег пришел ко мне  с  нелепым  предложением:  ходить  в  космос  без
автокурса, оставляя специальные  маяки,  по  которым  можно  было  бы  найти
обратный путь. Мол,  у  него  и  конструкция  такого  маячка  разработана  -
энергоемкого и малогабаритного.  А  их  пришлось  бы  на  Земле  заказывать.
Короче, я понял, что он  попросту  увиливает  от  очередных  выходов,  хочет
устроить себе поездку на родную планету.
     - Понял или решил?
     - Какая разница?
     - Большая. Если Браницкий не думал при этом ни о  каких  поблажках,  то
его оскорбила твоя отповедь.
     - Догадываюсь, к чему клонишь: "Не предполагай в  подчиненном  худшее".
Думаешь, не помню Кодекса руководителя? Но у меня космический опыт не год  и
не два, и психологию работающих здесь я знаю,  пожалуй,  лучше  вашего.  Как
же, они ведь все герои! На Земле девчонки их портреты из журналов вырезают.
     Разве придет он и скажет,  что  у  него  нервишки  сдали,  что  ему  бы
слетать покупаться в славе, пожать лишний раз ее плоды.
     - Как ты  несправедлив!  -  Радищева  тоже  встала.  -  Никто  ведь  не
отнимает твоего мужества, почему же ты отказываешь в нем другим? Вот и  этот
случай с перехватчиком. Смело, эффектно!  И  очень  авторитет  подымает.  Но
опять демонстрация превосходства. Думаешь, никто из остальных не решился  бы
на то же самое?
     - Однако не решился.
     - Только потому, что ты всех подавляешь.  Чего  доброго,  оборвешь,  не
дослушаешь предложения - ты же веришь лишь  в  свой  ум,  свою  отвагу  -  и
вместо геройства человек окажется в смешном положении.
     - Да что  здесь,  школа  бальных  танцев?  "Ах,  простите,  я  нечаянно
пригласил вашу даму!" Плевать мне на  смешные  положения,  когда  на  каждом
шагу такие, которые могут кончиться трагедией. И инициативы Тут не всякие  в
моде. Если б Браницкий...
     Радищева жестом остановила его.
     - Ты забыл, Роман, что я представитель  психолого-следственного  отдела
Совета по освоению космоса и прибыла сюда не для дискуссий.
     - Ну и твои заключения?
     - Статья   четвертая:   "Психологическая   небрежность    руководителя,
повлекшая..." - Постой, -  Романов  ошеломленно  посмотрел  на  нее.  -  Это
ошибка. Конечно, ошибка! Да, я несдержан. Случались и конфликты.  Но  гибель
Олега... Как ты можешь такое  связывать?  Все  твои  рассуждения  -  еще  не
доказательства.
     Елена молча протянула какие-то листки.
     - Что? - он слегка отпрянул.
     - Расчет выхода в космос без автокурса и маяков. Браницкий сделал  его,
потому  что  усложнившаяся  программа  исследования   требовала   свободного
отклонения от заранее заданного маршрута, а насчет маяков не хотел больше  к
тебе обращаться.
     Небольшие листки, покрытые паутинкой схем и словно запутавшимися в  них
символами, цифрами, в один миг стали главней всего.
     Даже сам этот  безумный  выход  Браницкого  в  космос  показался  менее
смелым, чем заключенная здесь идея.
     От формулы к формуле она захватывала все сильней.  Роман  не  сдерживал
восхищения и лишь мимоходом досадливо морщился от некоторых ошибок, будто  и
теперь их можно было исправить росчерком пера.
     - Ну конечно! Олег не  учел  поглощения  пространства  "черной  дырой".
Значит, отклонение составило... - чуть ли не  обрадованно  воскликнул  он  и
тут же поднял голову.
     Лицо Елены было словно мраморное.
     - Да, да, все следовало  тщательно  пересчитать,  -  голос  его  словно
потерял окраску. - И не один раз. Нет, все равно это  оказалось  бы  слишком
большим риском. Но почему Браницкий не посоветовался?
     - С тобой? Он уже имел однажды такое удовольствие.
     Романов почувствовал, как на него обрушилась огромная тяжесть.
     Елена права. Во всем. Боже, как он виноват перед всеми! И перед ней.
     Радищева, подойдя к двери, обернулась.
     - Заключение я напишу позже.
     - Это отставка от экспедиции?
     - И от космоса. Но все решит Совет. Я ведь только психолог.
     Постояв немного, она тихо добавила:
     - Вот когда понадобится тебе настоящее мужество.
     Оставшись один, Роман медленно  обошел  комнату.  Представил,  как  все
здесь переменится. Не будет висеть портрет  Ирины.  Исчезнут  многие  другие
вещи. Появятся новые.
     Привычное перемешается с  незнакомым.  Маленький  мир,  который  долгое
время принадлежал ему, окружит иного человека.
     Но о чем он думает? До чего  ничтожные  чувства  выползают  из  сердца,
когда ему нужно истекать стыдом и болью! Лучше б оно совсем было пусто.
     Нет, тут нельзя оставаться. Тут тесно и мелко. Надо туда...
     Романов быстро шел по коридору, страшась встретить кого-нибудь.
     И, только надев скафандр, почувствовал себя забронированным от взоров.
     За куполом встретились несколько техников. Они  только  что  установили
новый старт-снаряд и  возвращались  обратно.  Кто-то  из  них  приветственно
помахал начальнику экспедиции рукой, не узнав его.
     Романов поднялся  по  металлической  лесенке  и,  прежде  чем  сесть  в
снаряд, оглядел сверху экспедиционный городок.  Сколько  раз  перед  стартом
взгляд проскальзывал по этому  геометрическому  пейзажу  -  матовые  купола,
серебристая игла антенны, легкие крылья локаторов, - но лишь сейчас  заметил
их фантастическую красоту.  Вероятно,  там,  на  Земле,  воспоминание  будет
долго щемить сердце.
     Он вызвал диспетчерскую.
     - "Первый" идет в космос. Прошу любой курс.
     - Это вы, Роман Михайлович? - удивленно откликнулся  девичий  голос.  -
Куда вам?
     - Прошу любой курс.
     Прижало и отпустило ускорение.
     Неслышно раздвинулись створки, обнажив звездную полоску,  и  он  шагнул
сквозь нее в пространство.
     Звезды поплыли сначала в одну, потом в  другую  сторону  -  начался  их
обычный танец. Здесь, в космосе, всегда кажется, что  не  ты  вращаешься,  а
все вращается вокруг тебя. Впрочем, кажется ли? Тут ведь любая  точка  может
считать себя пупом вселенной. И это верно  и  неверно.  Как  значимость  его
собственной судьбы.
     Но где тогда опора для смысла, для  цели?  Нельзя  же  разуму  питаться
сплошными отрицаниями? Зачем же вышел  в  космос  человек?  Чтобы  растерять
остатки привычных своих представлений? А что получить взамен?
     Впрочем, когда впереди распахивается вселенная, смотрят на звезды.
     Разве заглядывал он в глаза Браницкого? Нет, просто вместе делали  одну
работу - все ради того же жадного желания человека знать, знать, знать! -  и
думали только о ней, а не друг о друге. Но не зря ли?
     Не там ли ответ? Не они ли - глаза человеческие - те окна, за  которыми
таится  главная  ценность,  не  теряющая  смысла  даже   перед   губительным
скептицизмом относительности и бесконечности вселенной?
     Вот она лежит со всех  сторон,  бездонная  вселенная,  и  в  ее  черном
холоде плавают пылающие галактики. Точнее,  со  страшной  быстротой  несутся
друг от друга. А человеку с его куцым временем кажется,  что  они  стоят  на
месте. Где ему, маленькому, ничтожному, увидеть галактические скорости!
     Лишь сознание его  может  объять  и  понять  все!  Так  не  оно  ли  та
единственная вечная ценность, которая способна примирить нас с реальностью?
     Сознание! Сила и слабость природы... Как же в древности  называли  его?
Каким-то странным сдавленным словом...  Душа.  Но  почему?  Будто  затянутое
петлей, едва  дышащее:  душно!  Может,  потому,  что  душа  была  загнана  в
человека? Голая, беззащитная, ранимая. Но  вот  ей  открылась  бесконечность
вселенной, а она все так же уязвима. Огромна, всесильна и  уязвима!  Как  же
мог он быть так неосторожен?
     Романов нащупал ручной пульт.
     Зачем,   интересно,   конструкторы   оставили   возможность   отключать
автокурс? А может, рассчитывали на  какой-либо  иной  вариант?  На  то,  что
наступит время, когда человек сможет найти дорогу в космос сам?
     Палец легко сдвинул рычажок. Все!
     Теперь не вернуть. Теперь он сам будет искать выход...
     Звезды закружились, то и дело  меняя  рисунок.  Как  же  Браницкий  мог
разобраться в этой путанице? Тем более та ошибка..,
     ...В экспедиции поднялась суматоха.
     - Что случилось?  -  спросила  Елена  у  чуть  не  налетевшего  на  нее
Ермолаева.
     - Браницкий вернулся. Где Романов?

--------------------------------------------------------------------
"Книжная полка", http://www.rusf.ru/books/: 15.12.2003 15:57


Предыдущая Части


Купить фантастическую книгу тем, кто живет за границей.
(США, Европа $3 за первую и 0.5$ за последующие книги.)
Всего в магазине - более 7500 книг.

Русская фантастика >> Книжная полка | Премии | Новости (Oldnews Курьер) | Писатели | Фэндом | Голосования | Календарь | Ссылки | Фотографии | Форумы | Рисунки | Интервью | XIX | Журналы => Если | Звездная Дорога | Книжное обозрение Конференции => Интерпресскон (Премия) | Звездный мост | Странник

Новинки >> Русской фантастики (по файлам) | Форумов | Фэндома | Книг