Русская фантастика / Книжная полка WIN | KOI | DOS | LAT
Предыдущая                         Части                         Следующая
   Оконное стекло гостья тоже погладила, подула на него, по-
дышала, потерла ладошкой, счастливо засмеялась.
   - Это тайга? - кивнула она в сторону елей.
   - Тайга, - нерешительно ответил Зубцов.
   - И с медведями?
   - С медведями, - отозвался Зубцов, продолжая настороженно
думать:  "Чокнутая...  Ну,  ребята...  Ну, ребята... Вот это
да..."
   После этого  она  села  на табуретку и положила на колени
руки.  И Зубцов (он как вошел,  так и продолжал стоять возле
шкафа для спецовок) увидел, что теперь прекрасная незнакомка
в упор глядит на него,  и настолько жадно, с такой откровен-
ной радостью, с таким стремлением навеки запечатлеть в своей
памяти каждую черту его лица,  складку одежды,  фигуру,  что
ему сразу стало ясно:  и радость эта, и восторг предназнача-
ются лично ему, Федору Зубцову. Больше никто и ничто во всем
свете не существует для этой незнакомки.  Ему - вся ее бесп-
редельная приветливость,  бесхитростное намерение  понять  и
всем сердцем принять его,  Зубцова,  таким, какой он есть. И
явилась она на скважину лично к нему. Он ей дороже всех.
   И ради него, говорил ее взгляд, надела она'сверкающий бе-
лизной модный костюм,  хотя знала, что отправляется в глухую
тайгу. Для него так тщательно уложила свои льняные волосы. И
тонкие брови вразлет - для него.  И  блеск  больших  голубых
глаз тоже.
   Ничего иного.  Зубцов был совершенно уверен,  этот взгляд
не выражал.
   Он подошел к столу и опустился на табурет напротив.
   В его  жизни подобного случая никогда прежде не было.  Ни
одна дивчина еще не смотрела на него такими  глазами.  И  он
тоже стал смотреть на нее, как ни на кого не смотрел: с вос-
хищением, робостью и ожиданием счастья.
   Потом он привстал, распахнул окно и выглянул наружу, что-
бы всетаки обнаружить спутников этой незнакомки. Не сбросили
же ее с парашютом! И уж конечно, не могла она пройти в своих
белых туфельках всю ту пропасть километров по дремучей тайге
и  непроходимым  болотам,  которые отделяли скважину даже от
самого ближайшего к ней лесного поселка.
   Зубцов вспомнил вдруг,  что в последний раз так и не сде-
лал на скважине никаких записей, поднял с пола бушлат, вынул
из него тетрадку, повесил бушлат в шкаф и, ничего не сказав,
вышел из вагончика.  Хоть и не отдавая себе в том отчета, он
делал все это, чтобы справиться с сумятицей в мыслях.
   Давление по-прежнему было 45 атмосфер,  и  это,  пожалуй,
больше, чем солнечный день и безмятежное пение птиц, принес-
ло ему трезвое понимание того,  откуда и зачем взялась такая
удивительная гостья: это новая форма обслуживания, придуман-
ная промысловым Домом культуры. Артисты внезапно являются на
скважину,  дают концерт,  а сколько народу его смотрят, один
человек или сто,  им безразлично.  Главное, чтобы всех охва-
тить. Впрочем, давать концерт малому числу людей даже легче.
   - Культур-рная работа, - проговорил он вслух. - С достав-
кой на блюдечке.
   В вагончик Зубцов  вошел  уже  совершенно  успокоившийся,
сразу  направился к умывальнику,  не торопясь и очень стара-
тельно,  с помощью не только мыла,  но и специальной  насты,
мгновенно съедавшей самую застарелую грязь,  вымыл лицо, ру-
ки, шею.
   Он отплевывался,  сморкался,  фыркал - словом, вообще вел
себя так,  будто в том, что за его спиной сидит гостья столь
изысканной внешности, не находит ничего необычного.
   Он снова начал игру в бывалого парня,  которого никогда и
ничем не удивишь.
   Вытершись и причесав кудри, он подошел к столу.
   Гостья тотчас поднялась с табуретки, еще раз с самой вос-
торженной улыбкой оглянулась вокруг, провела ладонью по краю
стола, явным образом удостоверяясь, что все это ей не кажет-
ся и стол действительно существует, и сказала:
   - Меня зовут Дарима Тон.
   Зубцов без малейшего стеснения протянул руку:
   - Федор.
   Проговорив это,  он еще секунду-другую не отпускал ее уз-
кую с тонкими пальцами и теплой шелковистой кожей руку, про-
ницательно,  как считал,  думая: "Точненько. Все так и есть.
Но когда же ты,  голуба, заявилась на скважину? В вертолете,
кроме нашей бригады, никого не было. Значит, забросили рань-
ше. Отсиживалась в тайге. Милое дело!"
   Он представил себе ее сиротливо приютившейся под  елью  и
не без ехидности рассмеялся.
   Дарима Тон глазами указала на лежащий на столе  радиопри-
емник:
   - Это связь?
   Зубцов, не ответив, насмешливо склонил голову набок.
   - Радиосвязь?  - повторила Дарима Тон, вдруг посерьезнев.
- И она сейчас действует?
   Ни слова не говоря, Зубцов нажал кнопку включения. Из ди-
намика вырвался шум атмосферных разрядов.
   - Черти горох молотят, - снисходительно скривившись, бро-
сил он. - Ни одной станции.
   Она просительно вскинула руки:
   - Пожалуйста,  не  расстраивайтесь.  Так  сейчас и должно
быть в радиусе пятидесяти  километров.  Побочный  эффект.  И
это, к сожалению, конечно, здесь многим мешает.
   - Кому-у?  Да тут ближе чем на  семьдесят  километров  ни
единой души, вот так-то. - Зубцов отступил от стола и с лег-
ким поклоном помахал воображаемой широкополой  шляпой.  -  А
что до моего расстройства,  уважаемая товарищ гостья,  то уж
такое обстоятельство как-нибудь, прошу вас, переживите.
   Дарима Тон  слушала эти слова и следила за его движениями
с самым напряженным вниманием.
   Он не стал продолжать.
   - Но это - нефтяное месторождение?
   Она указала в окно, на арматуру скважины.
   - Да.
   - Нефть качают по трубам?
   - Да, вообще-то.
   - Если никакого иного средства связи в вашем распоряжении
нет, надо этими трубами воспользоваться.
   - Но как же, милый мой мотылек? - Зубцову опять стало ве-
село. - Затрубить в них на всю округу?
   - Прекратить  подачу  нефти.  Через  несколько часов сюда
прилетят.
   - В том-то и дело, что никакого трубопровода нет, - хмуро
ответил он,  вовсе не стараясь  скрыть  своего  недовольства
этой странной настырностью незваной гостьи.  - Скважина раз-
ведочная,  нефть в ней не ждали. Расположена в стороне. Про-
бурили и поставили на консервацию.
   О том,  что начались чудеса с давлением и скважину,  воз-
можно, вообще не будут эксплуатировать, говорить он не стал.
   Дарима Тон встревоженно взглянула на Зубцова:
   - И значит, контакт с кем-либо за пределами этой местнос-
ти в продолжение всех предстоящих суток невозможен?
   Он не смог не съязвить:
   - Это уж точненько. Будем сидеть как в коробочке... Круг-
ленькая такая, жестяная, в цветочках. Из-под конфет под наз-
ванием "монпансье".
   - И не потому ли потом никто не смог узнать,  что я здесь
когда-то была? - не обращая внимания на издевательские нотки
в его голосе, требовательно спросила она.
   Зубцов хмыкнул.  Подумаешь,  потеря! Да и как это понять?
Что она сюда уже прилетала?
   - Через сутки я должна вас покинуть,  - продолжала Дарима
Тон. - За такое время можно слетать на Марс.
   - Ну это знаешь когда еще будет!  - Зубцов решительно пе-
решел на "ты". - Думаешь, не читал?
   - Да-да,  - согласилась она,  вовсе его не слушая.  - Это
очень тревожное обстоятельство.
   - Ушами не надо было хлопать,  когда в дорогу собиралась.
-  Зубцов  по-прежнему ничего не понимал и говорил тем более
раздраженно,  с досадой:  хочешь не хочешь,  а придется нян-
читься  с  этой девицей,  утешать,  устраивать на ночлег,  а
удобств тут всех - с гулькин нос.  -  Передатчик  надо  было
захватить с собой, - сердито закончил он.
   - Какой? - спросила Дарима Тон и теперь уже сама включила
"Меридиан".
   Знакомый треск разрядов послышался из него. Она выключила
приемник.
   - В этом районе любой ваш радиоаппарат сейчас бесполезен.
А других у вас нет. Их вы еще не изобрели.
   Зубцов едва удержался,  чтобы не выругаться. Плетет ерун-
ду, и еще с таким умным видом!
   - А если просто идти? - спросила Дарима Тон.
   Зубцов махнул рукой.
   - По болотам?  Ты что?  Кто тебя одну пустит? И не думай.
Заблудиться - на меня потом всех собак повесят. А я от сква-
жины - никуда.
   - Значит,  с  кем-либо за пределами этого места связаться
нельзя?
   Она спросила  это,  с такой болью и с такой мольбой глядя
на Зубцова,  что тот,  не найдя ничего лучшего, привлек ее к
себе,  и она доверчиво припала к его плечу.  И тогда он взял
ее голову обеими руками и неожиданно для самого себя поцело-
вал в губы.
   Она попыталась оттолкнуть его.
   - Чудачка,  - сказал он.  - Чего расстраиваешься?  Денька
через три будет вертолет. Это точно.
   - Только через три дня?  - спросила Дарима Тон,  и Зубцов
почувствовал,  что какой-то невидимый, но очень плотный слой
уже отделяет ее от его рук.
   Он попытался прикоснуться губами к ее волосам.  Но  и  их
защищал теперь невидимый плотный слой.
   Зубцов изо всех сил обнял Дариму Тон.
   И в ту же секунду оказался на полу вагончика.
   Он поднялся с пола и, не глядя на Дариму Тон (она с преж-
ней своей самой приветливой улыбкой стояла, держась рукой за
спинку койки),  повернулся к ведру с водой, взял ковшик, на-
пился, подошел к окну.
   Солнце уже скрылось за стеной леса, на поляну легла тень,
в вагончике стало сумеречно.
   Зубцов сел на табуретку, оперся локтем о стол, положил на
ладонь голову и, глядя на странную гостью, спросил:
   - Откуда ты?
   Дарима Тон ответила не сразу.  С ее лица сошла улыбка.  В
две узкие полоски собрались губы.  Белизна разлилась по  ще-
кам. Еще помолчав, она наконец очень негромко и грустно ска-
зала:
   - Я из две тысячи девятьсот девяносто восьмого года.
   - Что-о?  - Зубцов медленно,  будто в нем туго распрямля-
лась пружина, поднялся. - Ты... вы... ты...
   Теперь, как совсем еще недавно Дарима Тон, он тоже вертел
головой,  поспешно  и  жадно оглядываясь:  да где же все это
происходит? Мир-то не перевернулся ли?..
   - И...  и  - тут?  - наконец смог он спросить,  почему-то
указав пальцем в угол вагончика. - В глу... глухомани?
   - Почему?
   Она смотрела спокойно-спокойно. Зубцову показалось, глаза
ее-совсем не мигали.
   - Это сейчас так,  в вашем времени. В нашем здесь - Всеп-
ланетный исторический институт.
   Она подошла к окну.  Зубцов приблизился тоже,  но  стоял,
напряженно  стараясь не прикоснуться к Дариме Тон,  и потому
из-за ее плеча ничего не видел.
   - Как раз там,  где проходит дорожка, - экспериментальная
камера.
   - И потому-то тебя к нам занесло?
   Он все еще не верил тому, что услышал.
   - О нет! Но в вашу эпоху именно в этой точке земного шара
оказалась, как мы говорим, временная площадка.
   Зубцов отступил от Даримы Тон,  насколько позволяли) раз-
меры вагончика,  чтобы увидеть ее разом всю,  от  головы  до
ног.  Мысли его метались.  Дивчина красивая,  ничего не ска-
жешь.  Но тоненькая же!  И ростом ему по плечо.  А что, если
правда?  Тогда хорошо хоть, что буровики здесь уже работали:
поляна,  вагончик... Прилетела бы на пару лет раньше - таеж-
ные дебри. Волком вой - никто не услышит.
   - И что же? - вырвалось у него. - У вас там, в том инсти-
туте, никого другого не нашлось, чтобы послать?
   - Как это - другого?  - Дарима  Тон  удивленно  наморщила
лоб. - Я не совсем понимаю.
   Зубцов двинул плечами.
   - Мужика надо было, покрепче.
   - Какая разница!
   Он хотел  было продолжить:  "По силе-то разве сравнишь?",
но вспомнил, как летел через весь вагончик, и согласился:
   - Верно.  И у нас так. Идет в штанах, пиджаке. Как двинет
кувалдой - пойди разбери кто: мужик, баба?
   Он ворчливо проговорил это и вдруг подумал о том, что ему
отчаянно не повезло. Случись такая встреча в поселке, он на-
дел бы черный костюм,  московский широкий галстук.  Или даже
будь на нем сейчас новенький комбинезон,  рубашка с  кармаш-
ком,  из  которого  торчит штангелек,  как у того же Тимофея
Кращенко,  разве Дарима Тон не взглянула бы  на  него  иными
глазами?
   А теперь получалось к тому же,  что то,  какие  отношения
сложатся между нею и им,  важно не только лично для него са-
мого.  Раз уж ни с кем за пределами скважины невозможно свя-
заться,  следовательно,  он  принимает гостью из будущего от
имени всего сегодняшнего человечества!
   - Мне нужно тебе объяснить, - сказала Дарима Тон.
   Зубцов благодарно улыбнулся на это "тебе".  Значит, поня-
ла: тогда он ее всего лишь пытался утешить.
   - Ты спросил, почему я здесь?
   Дарима Тон отошла к стенке вагончика.  В руках у нее была
блестящая прозрачная пленка.
   Она приложила  ее к стенке вагончика прямо поверх плаката
"Встретим Новый год трудовыми победами!",  и пленка осталась
висеть, как приклеенная.
   После этого Дарима Тон возвратилась к  койке  и  села  на
одеяло.  На  ее  губах  появилась слабая улыбка,  а на месте
пленки вдруг словно бы открылось окно в  очень  солнечный  и
зеленый мир.  Через это "окно" он, Зубцов, с большой-большой
высоты глядел на вершины густых,  почти вплотную смыкающихся
кронами, деревьев.
   Но уже через считанные секунды картина стала другой.  Те-
перь  Зубцов  как бы стоял на балконе одного из многоэтажных
домов и отсюда, сверху, смотрел на такие же другие дома, лю-

Предыдущая Части Следующая


Купить фантастическую книгу тем, кто живет за границей.
(США, Европа $3 за первую и 0.5$ за последующие книги.)
Всего в магазине - более 7500 книг.

Русская фантастика >> Книжная полка | Премии | Новости (Oldnews Курьер) | Писатели | Фэндом | Голосования | Календарь | Ссылки | Фотографии | Форумы | Рисунки | Интервью | XIX | Журналы => Если | Звездная Дорога | Книжное обозрение Конференции => Интерпресскон (Премия) | Звездный мост | Странник

Новинки >> Русской фантастики (по файлам) | Форумов | Фэндома | Книг