Фэлкон Ромеро был настроен вполне серьезно, он разошелся не на шутку.
Ноздри его хищного носа раздувались, будто у лошади на скачках, а маленькие
злобные глазки сверкали из-под сдвинутых бровей. По-моему, у этого типа
такое хобби: убивать каждый день по человеку. Скорее всего он с детства
бредил идеей потягаться с каким-нибудь знаменитым ганфайтером, и весь
разговор вначале о якобы совместном деле был затеян лишь для того, чтобы
найти повод для ссоры. Неужели он действительно считает, что если я веду
честную жизнь, то стал легкой добычей для заезжих стрелков? Наверное, уже
слышит, как о нем говорят: "Это тот самый Фэлкон Ромеро, что пристрелил
Скайта Уорнера". Он к тому же еще и глупый, не понимает, что если ему
повезет и он убьет меня, то такие же стрелки-недоноски станут искать встречи
с ним самим.
Из посетителей за происходящим наблюдали лишь бармен Вилли, приятели
Ромеро и Купер со своей командой. Я заметил, что Стейси впервые с интересом
смотрит на меня.
Ромеро нетерпеливо перекинул языком сигарету из одного уголка рта в
другой..
- Доставай бластер, или ты превратился в бабу? - подогнал он.
Я отхлебнул "Черного Саймона" и посмотрел на бутылку - там оставалось
больше половины - это почти сто кредитов. Я с сожалением сделал последний
глоток и с размаху треснул смуглолицего недопитой бутылкой по голове.
Ромеро ничего не сказал, он упал как подкошенный и недвижимо остался
лежать на грязном полу среди раздавленных окурков и пустых банок из-под
пива. От звона разбившегося стекла и звука упавшего тела все посетители
разом замолчали и повернули головы в сторону бара.
Бутылка разбилась вдребезги, в руке осталось лишь ее горлышко. Я с
сожалением покачал головой - виски было жалко - и бросил горлышко на пол к
Ромеро.
- Извини, Вилли, намусорил. - Я переступил через лежащее тело и пошел к
Куперу.
Через минуту посетители бара как ни в чем не бывало спокойно занимались
своими делами. На лежащего без чувств возле стойки человека никто не обращал
внимания. Только трое его компаньонов, видя, что Ромеро все еще не пришел в
себя, направились в его сторону.
- Твой друг? - спросил Купер, когда я сел на место.
- Случайный знакомый.
- Ты так со всеми?
- Я бы разорился на одних бутылках.
Компаньоны подняли Ромеро на руки и вынесли из бара. За все время они
ни разу не посмотрели в мою сторону. Сдается мне, что мы с ними еще
встретимся.
Вообще-то не произошло ничего необычного. Никого даже не убили. Ну,
треснули бутылкой по голове, так парень сам напросился. Что тут особенного,
если из пневматической пушки вместе с мусором со станции чуть ли не каждый
день выкидывают пластиковые пакеты с трупами тех, кому повезло меньше.
Возможно, стоило решить вопрос с Ромеро раз и навсегда. Не потерял ли я
хватки? Не хочется об этом думать, и так все с самого начала шло
наперекосяк. Купера через силу терплю, хотя с ним надо было давно поступить
так же, как с Ромеро. Если бы не потребность в новом звездолете, я бы давно
поставил рейнджера на место. А так, меня здорово прижало - больше двух
прыжков в гиперпространство мой "В-667" не выдержит. Приходится идти на
компромисс с самим собой. Непросто это дается, а что делать?
- Ну что, Купер, долго мы еще будем торчать здесь? Не пора ли твоим
людям заняться делом? Не знаю, что вам тут надо: спасать заложницу или убить
кого-нибудь, но, прошу, делайте это быстрее.
- Разве тебе здесь не нравится? Это же как-никак твоя родная стихия.
- Послушай, Купер, мы с тобой заключили деловое соглашение: я за деньги
доставляю твою команду на станцию и обратно. Занимайся своим делом и не
рассуждай о том, что мне нравится, а что нет. - То ли стычка у бара, то ли
выпитая наполовину бутылка "Черного Саймона" так подействовала, но я с
трудом держал себя в руках. - И вообще, чтобы между нами не было
недопонимания, давай вовсе перестанем разговаривать на отвлеченные темы.
- Испугался, что тот парень придет в себя и вернется?
Хорошо, что в этот момент у меня не оказалось под рукой второй
бутылки - не пожалел бы еще одной сотни кредитов, честное слово.
На моем лице, вероятно, отразились испытываемые в этот момент чувства.
Купер перестал донимать меня своими речами, решив, что не стоит доводить
наши отношения до открытой ссоры. С его стороны это было правильным
решением.
Чтобы унять нервы, я отвернулся к огромному прямоугольному
иллюминатору, откуда открывался потрясающий вид на Пояс Астероидов. Внешнее
кольцо вращалось вокруг звезды Олиус с меньшей скоростью, чем внутреннее,
поэтому из иллюминатора космической станции казалось, что один астероидный
поток летит нам навстречу, а другой от станций.
Каменные глыбы внешнего кольца, кружась в желто-красных лучах Олиуса,
степенно уплывали за правый борт станции, а астероиды внутреннего, наоборот,
появлялись с левой стороны и, опережая Буй-34, уходили вперед.
Свет Олиуса окрашивал камень астероидов внешнего кольца в
золотисто-красные цвета, и казалось, что справа от станции в невесомости
парят самородки из чистого золота. А астероиды внутреннего кольца были
обращены к станции темной стороной, не подсвечен ной лучами Олиуса, из-за
чего чудилось, будто слева на фоне яркой короны звезды течет река черных
антрацитовых глыб. В непрекращающемся движении только звезды оставались на
одном месте. Они такие яркие и большие, когда смотришь на них из
иллюминатора космической станции.
Пустота, отсутствие красок - это черный цвет, но космос, служащий
основой всему, многокрасочен, на его просторах есть все цвета. Ведь что
такое мир, если не космос.
Стоит углубиться взглядом в космическую бездну, и ты увидишь сиреневый
свет далеких галактик, голубоватое свечение туманностей и созвездий, красный
отсвет протуберанцев гигантских звезд. А вот и абсолютно бесцветное, черное
пятно, тут без следа пропадают планеты и корабли, исчезают звезды и целые
созвездия - здесь находится черная дыра. Из ее сильнейшего гравитационного
поля не может вырваться даже луч света. Это гиблое место космоса, здесь
меняют свою суть известные физические законы и явления. Вот и я попал в
подобное черной дыре место, где общечеловеческие законы заменил закон силы,
где стремление к совершенству и созиданию заменила жажда наживы и
разрушения. Буй-34 - еще одна черная дыра космоса, проклятое место, где
пропадают человеческие души. Смогу ли я вырваться отсюда, остаться прежним,
не пропасть в кошмарном мире беззакония и несправедливости; не сорваться в
ту бездну, из которой однажды сумел выбраться?
Грузовая палуба находились ниже помещения столовой, и из моего окна
хорошо просматривались выступающие в космос фермы причалов. У одного стоял
мой звездолет. Его бочкообразный корпус, прижатый мощными захватами к
переходному тамбуру, сейчас был освещен Олиусом, казалось, что и звездолет
покрыт червонным золотом. Если бы у меня было столько золота, я бы,
наверное, снял с себя пояс с бластером и больше никогда его не надевал.
В пространстве Кольца Заубера появилась быстро приближающаяся точка.
Она находилась еще очень далеко от станции и выглядела крохотным комариком
на фоне каменных громад, парящих по обеим сторонам свободного от астероидов
прохода. Но у этого "комарика" мигали проблесковые маячки и горели
габаритные огни.
Звездолет подходил все ближе, с каждым мгновением увеличиваясь в
размерах. Вскоре стало возможным рассмотреть его хищный удлиненный корпус,
покрытый, словно у тигра, черными полосами маскировочной раскраски. На боку
большой квадратной башни плазменного орудия, расположенной в центральной
части внешней палубы, красовался белый череп с перекрещенными костями. К
космической станции Буй-34 приближался пиратский звездолет "Ангел ночи".
На подлете к станции корабль замедлил скорость и, плавно развернувшись,
стал осторожно приближаться к свободному причалу, на котором зажглись
зеленые огни.
- Внимание, - произнес Джон Купер. Он тоже увидел подходящий к причалу
пиратский корабль.
Масса звездолета была внушительной. Когда его корпус коснулся
амортизаторов причала, раздался глухой удар, и по станции прошла вибрация,
указывающая на то, что стыковка звездолета произведена.
- Скайт Уорнер, - обратился ко мне Купер, - через тридцать минут ты
должен быть на борту своего корабля. Готовься к старту. Мы пошли на задание.
Рейнджеры встали и покинули бар.
Пожалуй, я тоже пойду. Конечно, до своего звездолета мне добираться
всего минуты четыре, но мало ли что может произойти за это время.
Встречаться с парнями из экипажа "Ангела ночи" мне не хотелось. А они
обязательно набегут в бар станции, когда проверят герметичность стыковочного
узла и откроют люки.
Я хотел уже встать и идти, когда увидел в дверях знакомого человека.
Его я узнал сразу, несмотря на то что с тех пор, как мы виделись последний
раз, прошло больше десяти лет. Это был Вулгхард - главный энергетик
пиратского корабля "Валрус", капитаном которого я был много лет тому назад.
Вулгхард выглядел солидно: дорогой костюм из синего вельвета, белая
рубашка и, конечно, мощный бластер в кобуре на поясе. Вулгхард вглядывался в
лица посетителей, разыскивая кого-то. Потом он что-то спросил у бармена, и
Вилли показал на меня. Вулгхард радостно улыбнулся и пошел в мою сторону.
- Черт побери, сколько лет, Скайт!
- Да уж, немало. - Мы крепко пожали друг другу, руки.
- А ты нисколько не изменился, Скайт, - Вулгхард сел рядом, - все такой
же космический волк.
- Точнее - перекати-поле, без дома, без семьи.
- Видимо, такая жизнь тебе нравится.
- Вряд ли, скорее я не могу ее изменить.
- Неправда, - не согласился со мной старый товарищ, - много лет тому
назад, когда мы получили амнистию, ты смог изменить жизнь всего экипажа
"Валруса", помнишь? Ведь то, что сейчас многие парни из команды завели семьи
и живут честной жизнью, твоя заслуга. Это оказалось не под силу даже самому
Браену Глуму.
Я был благодарен Вулгхарду за его слова, они успокоили меня и подняли
настроение.
- Спасибо, что ты так считаешь, Вулгхард.
Последний раз я видел его возле тюремных ворот в Плобитауне, когда нас
и еще нескольких членов экипажа звездолета "Валрус" выпустили по амнистии на
свободу. Тогда все разошлись в разные стороны, и никто не думал, что в таком
большом мире когда-нибудь можно встретиться вновь. Но почему жизнь
распорядилась так, что наша встреча произошла не где-нибудь, а именно в
таком скверном месте, как космическая станция Буй-34? Я уже собирался задать
вопрос Вулгхарду - что он делает здесь? - но старый приятель опередил меня.
- Когда пришло сообщение, что к станции собирается пристыковаться
звездолет Скайта Уорнера, я вначале не поверил. Подумал, что это
однофамилец, но теперь вижу, что наш диспетчер не ошибся, это был именно ты.
Скайт, каким ветром занесло тебя в это место?
Выходит, Джон Купер неспроста нанял именно меня. Он заранее выяснил,
что возле пульта управления на станции окажется мой бывший товарищ, и уж
меня-то точно пустят на станцию. Не так прост Купер, как кажется на первый
взгляд.
- Дела... - уклончиво ответил я - неизвестно еще, чем. теперь
занимается Вулгхард, и то, что раньше мы бороздили просторы космоса на одном
корабле, не гарантирует его лояльность. - А ты сам как здесь оказался?
- Я здесь работаю.
- В самом деле?
- Серьезно. - Вулгхард в подтверждение кивнул головой.
- Кем, если не секрет?
- По специальности - энергетиком. У меня официальный контракт с фирмой,
владеющей станцией. Я каждую неделю получаю зарплату.
- Я думал, станция не принадлежит никому. - То, что сообщил Вулгхард,
меня удивило. - Неужели станцией кто-то управляет?
- Конечно. Ты не смотри, что на полу грязь. Если бы станцией никто не
управлял, она перестала бы существовать в течение двух недель. Нынешние
владельцы станции - фонд Сэма Липснера38 и фирма "Стеркул".
Про фонд Сэма Липснера говорили, что деньги на его счета поступают от
преступных организаций, занимающихся противозаконными махинациями и
нелегальными делами по всему космосу: своеобразная международная касса
взаимопомощи организованной преступности. Про фирму "Стеркул" я слышал
впервые.
- Когда "Сан Голд Технолоджис" разорилась, - продолжал Вулгхард, -
станция Буй-34 перешла под прямое управление концерна "Глобул". Они
законсервировали ее, чтобы в дальнейшем вывести на другую орбиту, возможно,
даже в другую солнечную систему. Но дела концерна в то время шли неважно,
большая космическая война закончилась, спрос на вооружение упал. Как раз в
этот момент выяснилось, что фонд Липснера скупил долговые расписки концерна.
И поскольку в тот момент у "Глобула" не было свободных денежных средств,
фонд через суд в качестве оплаты забрал себе станцию Буй-34. Так станция
попала в руки Сэма Липснера. "Глобул" хотел вернуть станцию обратно,
предлагал огромные деньги, когда его финансовые дела поправились, но у
концерна ничего не получилось. Сэм Липснер не из тех, кто так просто
расстается со своей собственностью. Несколько лет здесь была база по
обработке и фасовке наркотиков со всего региона. Галактическая полиция не
могла ничего предпринять. Буй-34 с единственным противоастероидным
аннигилятором - самая защищенная космическая станция в мире. Любой корабль,
появившийся в Кольце Заубера, - отличная мишень. Всякие попытки захватить
станцию заведомо обречены на провал.
- Неужели ты работаешь на мафию? - спросил я.
- Нет, - Вулгхард отрицательно покачал головой, - я работаю на
"Стеркул". У меня с ними подписан контракт.
- Что это за фирма?
- "Стеркул" - небольшая частная фирма по монтажу и отладке
высокотехнологического оборудования.
- И что за высокотехнологическое оборудование ты здесь отлаживаешь -
баки по перегонке наркотина или автоклавы по синтезу глюкогена?
- Нет, Скайт, что ты, этим я не занимаюсь. Наша фирма поставила и
смонтировала оборудование по глубокой перегонке нефти.
- На Буй-34?
- Да.
- В вашей фирме работают недоумки. Ни один танкер не сунется в Пояс
Астероидов. Для маломаневренных, тяжелых звездолетов полет в узком
пространстве Кольца Заубера равносилен самоубийству.
- Только позавчера прибыл первый танкер с нефтью.
- Ты это серьезно? Капитан такого корабля должен быть либо абсолютно
бесстрашным человеком, либо полным кретином.
- Не знаю, кто тот капитан, но после этого рейса он стал миллионером.
- Я ничего не понимаю. Какой смысл устраивать здесь нефтеперегонный
завод? Либо я безнадежно отстал от жизни, Вулгхард, либо все вокруг сошли с
ума.
- Все очень серьезно, Скайт. Космическая станция Буй-34 - это айсберг,
то, что ты видел, всего лишь верхняя его часть, остальное скрыто внизу. -
Вулгхард показал пальцем в пол. - Да, именно внизу. На станции двадцать
этажей. Ниже пятой палубы никого из посторонних не пустят.
Понятно теперь, почему на станции не работают лифты.
- Даже мне, работнику станции, позволено спускаться только до десятого
уровня, где расположен реактор. Что находится на нижних палубах, я не знаю.
Туда разрешено ходить только моему непосредственному начальнику Генри
Пламмеру и еще нескольким парням из фонда Липснера. Охрану осуществляют
профессионалы - тридцать человек, и не какие-нибудь там уголовники - все
бывшие десантники. "Стеркул" платит им бешеные деньги. Ты, конечно, заметил
того здоровенного негра, который встретил тебя в переходном тамбуре, - это
Пат Гамильтон, мастер спорта по азазарту39.
- Не заметить его было бы трудно, - согласился я.
- Сегодня пройдет первое испытание оборудования, - сообщил Вулгхард. -
Генри Пламмер почему-то ждал прибытия "Ангела ночи". Я здесь работаю уже
второй месяц, но так и не смог взять в толк, какая может быть связь между
перегонкой нефти и пиратами.
- Я слышал, что наркоторговцы растворяют наркотин в бензине и провозят
его в таком виде через таможню. Сдается мне, что твоя фирма занимается тем
же самым, только в колоссальных размерах, используя целые танкеры, - это
тонны наркотиков, миллиарды кредитов. Никакие конкуренты не смогут
соперничать с такими объемами. Сэм Липснер захватит весь рынок наркотиков в
мире. Одного танкера достаточно, чтобы покрыть потребность в наркотине,
например, Плобитауна в течение полугода. У твоей фирмы "Стеркул" гигантский
замах.
Новинки >> Русской фантастики (по файлам) | Форумов | Фэндома | Книг