Дмитрий опустил голову. Как всё, оказывается, просто... и как
противно...
- Значит, мальчишка всё время лгал? - горько спросил он. - Я-то
думал... такой тонкий, интеллигентный, добрый... слабо приспособленный к
жизни...
- А он такой и есть, - подтвердил Борис Игнатьевич. - Да, в том походе
он действительно выполнял моё задание. Должен был обратить ваше внимание на
оборотня. Зачем и почему - не знал, конечно. Но вчера он был с вами
совершенно искренен. Мне требовалась полная естественность и полная
секретность - потому я и не стал посвящать Максима в свои планы. У него
действительно семейные неприятности. Ему ужасно не хочется переезжать в
Питер, покидать московский Дозор. Он тут привязался ко всем нам... да и мы,
откровенно говоря, тоже. Но в субботу, когда он кинулся ко мне за помощью,
я прочитал ему мораль про послушание родителям и выставил за дверь.
Что ж, вот он, таинственный "взрослый друг"! Вот он, старый хитрый
лис... приручивший мальчика... Видать, многих мальчиков и девочек
приручивший. В ответе ли он за них?
- Разумеется, мы что-нибудь придумаем насчёт его мамы, - добавил Борис
Игнатьевич. - Найдём ей в Москве подходящую работу, по профилю. Тут и магии
не требуется, достаточно моих связей. Но Максиму знать об этом ни в коем
случае не полагалось. Он должен был пребывать в смятении, в обиде, в тоске.
Он должен был наделать глупостей. Вариант с бабушкой в Александрове -
просто наиболее вероятный. Обеспечить вашу случайную встречу на вокзале -
дело техники. Догадаться, что вы его в таком состоянии никуда от себя не
отпустите - тоже не бином Ньютона. А дальше оставалось молча наблюдать,
предоставив инициативу Завулону.
- То есть вам не стыдно, - подытожил Дмитрий. - Ладно, не стану читать
моралей. Действительно, смешно. Только почему же Светлый Максим не
воздействовал своими способностями на маму? Не отвратил её от питерского
варианта?
Борис Игнатьевич взглянул на него с укором.
- Кто-то только что талдычил о морали. Вот вы бы смогли "погладить
мозги" вашей жене? Магией подчинить её волю? Даже если отбросить в сторону
ваши православные запреты? То же самое и Максим. Есть вещи, между близкими
людьми недопустимые. Поймите - Максим лишь у нас в Дозоре был Иным, а в
жизни - обычным мальчиком четырнадцати лет.
- Ну, так уж и обычным, - улыбнулся Дмитрий. И тут до него дошло. -
Был? Вы сказали "был"? Что это значит?!
- Могли бы и сами догадаться, - проворчал Борис Игнатьевич. - Хотя где
уж там... Это и для меня было неожиданностью. Видите ли, раньше считалось,
что Лишатель действует энергией своего гнева. Что он должен ненавидеть
"объект". Все зафиксированные случаи именно таковы. Но у вас оказалось
иначе. Вы лишили Максима способностей Иного. И лишили силой своей любви.
Своим стремлением спасти, защитить. Внесли, можно сказать, вклад в науку об
Иных...
- Так теперь Максим? - Дмитрий не договорил.
- Да, самый обычный подросток. Самый обычный человек, и больше ему уже
никогда не стать Иным.
- Жалеете об этом? - усмехнулся Дмитрий. - Лишились ценного кадра?
Борис Игнатьевич на подначку не повёлся.
- Мне жалко мальчика... он так хотел работать в Дозоре... так мечтал
сражаться со злом, спасать людей... Но, говоря откровенно, маг из него
очень слабенький. При самом благоприятном раскладе он никогда бы не
поднялся выше пятого уровня. С деловой точки зрения - невелика потеря. А с
человеческой... Да не ухмыляйтесь вы, ничто человеческое Иным не чуждо...
Так вот, мне его жалко. Я действительно чувствую некоторую вину. Я искренне
был уверен, что уж Максиму-то ваше воздействие не страшно. Я поставил ему
защиту... тонкую, филигранную. Завулон, конечно, её видел... а вот вампиры
не заметили. Более того, они даже Иного в нём не разглядели, защита
временно заблокировала его ауру...
- Кстати, а что вампиры? - поинтересовался Дмитрий. - Тоже теперь
стали обычными людьми?
- С вампирами сложнее. На них Лишатели не действуют. Это ведь особый
случай Иных... особого рода магия... особенно если вампир рождается в семье
вампира... Нет уже этих двоих, Дима. Сожгли вы их своей силой. Элементарно
сожгли, как в самом обычном магическом поединке. И не осталось от них
ничего. Ни души, ни тела, ни пепла.
- Ясно... - Дмитрий отвернулся к окну. Там мелькали машины, там
стеклянный глаз светофора переменился с красного на зелёный. - Скажите
лучше, Борис Игнатьевич, теперь-то вы оставите меня в покое?
- Теперь оставлю. - Тон его собеседника стал официален. - Ночной Дозор
более никак не заинтересован в сотрудничестве с вами, не видит в вас
никакой опасности. Думаю, что и Тёмным вы теперь без надобности.
Борис Игнатьевич хотел было сказать что-то ещё - но остановился.
Помолчал. Поглядел на Дмитрия странно - то ли с затаённой жалостью, то ли с
удивлением.
- Также решено оставить вам память обо всём, - сообщил он сухо. -
Обычным людям, если они соприкоснулись с Иными, мы удаляем ненужные
воспоминания. Но в данном случае... Что было, то было. Вы уже не Иной. Но
вы были Иным. И никуда вам от этого не деться. Это уже часть вас. Кстати,
это и Максима касается. Он тоже будет всё помнить.
Борис Игнатьевич вновь помолчал, потом начал медленно, по-стариковски,
подниматься.
- Однако мне пора выходить. Прощайте, Дмитрий Александрович. Больше мы
с вами не увидимся.
Он сделал непонятный жест ладонью - и тут же в салон троллейбуса
вернулись звуки, зашевелилось человеческое стадо. Внутреннее время
выровнялось с наружным.
Шеф Ночного Дозора не стал таять в воздухе, не выпорхнул в открытую
форточку, обернувшись сизым голубем. Протискиваясь между спинами, он
направился к дверям. Сейчас же вместо него на сидение опустилась бабка с
сумкой-тележкой. Неодобрительно покосилась на Дмитрия - виноват уже тем,
что молодой - и стала поудобнее устраивать свою поклажу.
Если не будет у метро выходить - как же остальные? Прыгать через её
перегородившую салон сумку на колёсиках?
Дмитрий улыбнулся. Тут, понимаешь, великие дела, судьбы человечества,
Тёмные, Светлые, Договор - и вдруг какая-то бабка вклинивается в мысли.
Хотя... бабка в своём праве. Пора ему возвращаться в обычную жизнь - с её
вечной чересполосицей, проверкой контрольных тетрадей и Сашкиным
конструктором, с удивительно вкусной Аниной стряпнёй и тягостными визитами
к стоматологу... С воскресными службами и регулярными исповедями. На
которых уже не придётся каяться в том, что ты - Иной. Слабый, грешный,
ленивый... но, слава Тебе, Господи - человек. Всего лишь человек. Прозорлив
старец Сергий, верно сказал - не навсегда ему дано это бремя. Кстати, надо
бы съездить к батюшке, рассказать, чем дело кончилось.
Но это - разве что в осенние каникулы, раньше никак не выйдет.
16.07.2003 - 26.07.2003.
Варнавино
(c) Виталий Каплан
http://kapvit.narod.ru
--------------------------------------------------------------------
Данное художественное произведение распространяется в электронной
форме с ведома и согласия владельца авторских прав на некоммерческой
основе при условии сохранения целостности и неизменности текста,
включая сохранение настоящего уведомления. Любое коммерческое
использование настоящего текста без ведома и прямого согласия
владельца авторских прав НЕ ДОПУСКАЕТСЯ.
--------------------------------------------------------------------
"Книжная полка", http://www.rusf.ru/books/: 14.01.2004 13:54
Новинки >> Русской фантастики (по файлам) | Форумов | Фэндома | Книг