Русская фантастика / Книжная полка WIN | KOI | DOS | LAT
                                   Части                         Следующая
Михаил Николаевич Грешнов

                             НЕОБЫКНОВЕННЫЙ ДАР


    На  контрольно-пропускном  пункте  в комнате с задымленной печью, столом и
кроватью  для  сторожа  Деревянко  семь  человек:  шесть  нормальных и седьмой
ненормальный.  К нормальным относятся Деревянко, местный врач йрокопий Кузьмич
и  четверо  игроков  в домино, разместившихся за столом. Ненормальный - Володя
Векшин,  молодой лесничий, проработавший здесь, на Лабе, два года и теперь под
надзором Прокопия Кузьмича едущий в районную поликлинику к психиатру.
    Сторож  при  должности:  пропускает  машины, везущие лес с верховьев реки,
отбирает  пропуска  и  заносит  в  реестр кубики вывозимой шоферами древесины.
Игроки в домино ждут попутную машину в верховья. Прокопий Кузьмич с Володей, в
противоположность   игрокам,   ожидают   машину   вниз.   Вернее,  доехали  до
контрольного  пункта, машина свернула в сторону - шофер поехал проведать родню
и должен с минуты на минуту вернуться.
    Деревянко  и  Прокопий  Кузьмич  ведут  разговор  о  необычайном  событии,
свидетелем  и  косвенным  участником которого является врач. Володя только что
поднялся, вышел. Прокопий Кузьмич косит взглядом на него через окно. Деревянко
тоже смотрит на Володю через окно, удивляется:
    - Не может быть!..
    - А вот и может! - возражает Прокопий Кузьмин.
    - Читать  мысли  -  это же ни в какие ворота!.. Деревянко трясет головой с
видом полного недоверия к словам Прокопия Кузьмича.
    - А вот и читает!
    Деревянко  секунду  смотрит  на  Прокопия  Кузьмича  сказанное  врачом  не
укладывается в его голове. Прокопий Кузьмич говорит:
    - Способность открылась такая. Необыкновенный дар.
    - Значит,  -  неторопливо  начинает  расспрашивать  Деревянко,  - он может
узнать, сколько, к примеру, у меня в кармане денег?
    - Может.
    - И откуда у меня эти деньги?
    - Может, - уверяет Прокопий Кузьмич.
    Деревянко незаметно поглядывает на ящик стола.
    Сторож  не  без  греха:  в  ящике  трешница - сунул шофер за провоз лишних
досок.
    - Да...- крякает он.
    Прокопий Кузьмич невозмутимо говорит сторожу:
    - Все может.
    Но тут размышления сторожа принимают другое, противоположное направление:
    - Ну  а  если,  к  примеру,  у меня пропал подсвинок. Может он узнать, кто
украл?
    - И это может, - отвечает Прокопий Кузьмич.
    - Подумать  только!..  - удивляется Деревянко. - А может, его пригласить к
себе на чай?
    - Некогда, - говорит Прокопий Кузьмич. - Ему что, подсвинком заниматься?..
    Прокопий  Кузьмич  гордится своим пациентом. Необыкновенный дар Володи он,
может, единственный понимает во всем районе.
    - Ас чего началось? - Деревянко придвигает табурет ближе к врачу.
    - С чего?.. - переспрашивает Прокопий Кузьмин.
    Подходит к окну, смотрит сквозь запыленные стекла. Володя сидит на бревнах
на берегу реки.
    Прокопий  Кузьмич возвращается на свой табурет и, видя, что Деревянко ждет
ответа на вопрос, говорит:
    - Это, брат, непросто, с чего...
    Володя  сидел  метрах  в  двадцати от комнаты, в которой играли в домино и
старики разговаривали о нем, размышлял о своем положении. Перед ним была река,
запруженная  бревнами,  - запань. Могучие тросы перехватывали реку, сдерживали
тысячи  кубометров сплавленного по воде леса. За рекой вставала гора, покрытая
пихтовым  молодняком  и  жидким  бледно-зеленым  осинником. Было позднее утро,
солнце,  поднявшееся  за  спиной  у  Володи,  пригревало.  Но  от  реки тянуло
прохладой,  и  прикосновение  солнечных  лучей  было  приятно,  располагало  к
раздумью.
    Думать,  однако,  мешал  шум, доносившийся из комнаты контрольного пункта.
Шум был двояким: голоса людей и их мысли.
    Игроков четверо, и, хотя Володя ни с кем из них не знаком, он уже знает их
имена,  даже  клички:  Федюк,  Артем  Василич, Мишка Волк и Лапоть. Федюк - от
фамилии  Федюков,  Лапоть - Семка Гуляев, кличка ему дана за нерасторопность в
работе. Мишка Волк... Волк, наверно, тоже фамилия.
    Играют  в  домино  они рьяно: бьют с размаха костями о стол, спорят друг с
другом и пререкаются.
    - Что  ты  ставишь?  Что  ты  ставишь?  -  кричит на Лаптя Федюк. Про себя
добавляет: "Черт лохматый!" Вслух: - Не видишь, что выставляю вторую двойку?..
    - Без подсказ! Без подсказ!-говорит ему Артем Василич.
    Мишка со стуком забивает федюковскую двойку костяшкой два-три.
    - Пое-ехали!  -  смеется  над Федюком, у которого нечего ставить, на обоих
концах линии тройки.
    - Черт! - ругается Федюков и прибавляет в уме непечатное выражение.
    Лапоть невозмутим. У него все утро вертится в голове песня:
    Гармонь певучая.
    Меня замучила...
    Он  пересчитывает костяшки в руках и после Артема Василича ставит на конец
линии три-четыре.
    А сердце девичье
    Чего-то ждет...
    Мишка  долго  разглядывает,  чем  забить  четверку,  выставленную  Лаптем:
костяшкой  четыре-пять  или четыре-шесть. Пожалуй, лучше четыре-пять. Он так и
делает:  выставляет  на  конец  пятерку. Федюк молча отходит дублем пять-пять,
думая при этом: "А то засушат!.." Лапоть поет;
    В заволжской стороне
    Покоя нету мне...
    Ставит костяшку пять-шесть.
    "Ну  чурбан!  -  дергается  Федюк. - Сейчас они вы пустят "Марата", а ведь
можно было его забить!"
    Мишка,  точно,  выпускает "Марата" - дубль шестьшесть, самую мощную кость,
которую называют "Маратом" в честь многопушечного линкора. Лапоть поет:
    Когда же милый мой
    Ко мне придет?..
    Федюк  мысленно  стонет,  что  не удалось "засушить" "Марата", зато ставит
костяшку шесть-два.
    - Вот вам! - говорит он вслух и про себя добавляет: "Попляшете!.."
    Артем  Василии  сожалеет,  что  приходится забивать тройку на другом конце
линии, ставит три с единицей. Лапоть - один-четыре и начинает песню сначала:
    Гармонь певучая
    Меня замучила...
    Все это слышно Володе отлично, хотя окно закрыто и никого из игроков он не
видит.  Уходить  от солнышка не хочется, пригревшись, Володя вспоминает, что с
ним произошло. Воспоминания не очень веселые.
    Работа  у него несложная - отпускать лесосеки заказчикам. В этот день надо
было  застолбить  делянку  колхозу  "Путь  Ленина".  Накануне старший лесничий
сказал Володе:
    - Отведи им в Горелой пади четыре гектара.
    Когда Володя пришел в контору, заказчики - трое немолодых мужчин - ожидали
его.
    - Пошли, - сказал им Володя.
    Говорили о том, о сем - о зиме, например: сугробища вон какие. На деревьях
снега не то что шапками шубами.
    Свернули  с  лесовозной  дороги  -  сразу  по  пояс.  Непривычные к лесным
сугробам клиенты запыхтели, стали хвататься за сердце.
    - Стойте  здесь,  -  сказал  им Володя. - Я пройду, зарубки сделаю - вот и
весь ваш участок.
    Клиенты  остались курить, Володя полез по снегу дальше, делая через каждые
метр-полтора затесы на крутобоких пихтах и соснах...
    На секунду Володя отвлекается от воспоминаний:
    солнце пробралось под гимнастерку и припекало. Из сторожки доносилось:
    - Так его!
    Хохотал Мишка Волк: ему удалось прокатить Федюкова.
    "Ладно, ладно..." - мысленно злился Федюк, Лапоть пел:
    Гармонь певучая
    Меня замучила...
    Старики  Деревянно  и  Прокопий Кузьмич молчали, о чем-то думали. Мысли их
мешались в комок, и до Володи доносилось невнятное: "Бу-бу-бу..."
    "Пусть себе..." - подумал Володя и опять вернулся к воспоминаниям.
    Прошел  половину  пути, обстругивая топором серую и желтую кору, как вдруг
позади  него  раздался  треск. Володя оглянулся, но снег, сыпавшийся с ветвей,
запорошил  глаза. Не видя, но чувствуя, как на него надвигается что-то слепое,
огромное,  Володя присел от страха, и тут стонущая громада накрыла его. Володя
потерял сознание...
    А сердце девичье
    Чего-то ждет...
    - Рыба! - крикнул сумасшедшим голосом Мишка. - Считай очки!..
    Володю  вытащили из-под дерева, и первое, что он услышал, был разноголосый
шум встревоженных голосов:
    - Убит?
    - Задавило?..
    - Ах, боже мой, боже мой!..
    - Да нет, он смотрит!..
    - Берись, хлопцы, понесем на дорогу.
    - Ах, боже мой!..
    - Говорю, смотрит!
    - Очухался!
    Володя  действительно открыл глаза. Он колыхался над снегом - его несли на
руках. А шум в ушах продолжался:
    - Ну угораздило!..
    - Хорошо, хоть живой!
    - Как себя чувствуешь?
    - Ну пронесло! А то отвечай!..
    - Как себя чувствуешь?
    - Ничего, - ответил Володя.
    - Ну пронесло...
    Вынесли его на дорогу, поставили на ноги. Поправили на голове шапку.
    - Болит что-нибудь?
    Володя  пощупал  затылок.  От  макушки  и  ниже, от уха до уха, расплылась
шишка. Взбухала под пальцами, поднялась, шевелила волосы.
    - Как?.. - спрашивали у него. -- Ничего, - ответил Володя.
    - Ну пронесло, а то отвечай...
    - Курить будешь?
    Володя взял папиросу. Ему чиркнули спичкой. - Ну пронесло...
    - И случись же!..
    -- Могло убить!
    У Володи трещала голова, перед глазами плыло.
    А они все продолжали:
    - Могло убить!
    - Есть ли у него дети?..
    Володя затянулся дымом, сказал:
    - Замолчите вы!
    И тут заметил, что все курят молча.
    Однако голоса не прекращались:
    - Молодой, пожалуй, еще нет детей.
    - Глупый баран - прет, не видит, что дерево наклонилось...
    - Ну пронесло...
    Володя встряхнул головой - стало еще больнее.
    - Ишь ты, бедняга.
    - Муторно небойсь...
    Володя  обвел  глазами  мужчин,  все трое смотрели на него, молчали. А ему
слышалось:
    - Так бы и не вернулся...
    - Вот тебе жизнь человеческая: чик - и нету.
    - Ну пронесло...
    "С ума можно сойти, - подумал Володя, - откуда такие болтуны?"
    Голоса ясно слышались в голове:
    - Возвращаться?..
    - Вот неудача!
    - Завтра опять переть в гору!..
    - Ну  что  ж,  -  сказал  один,  - давайте, ребята! Володю взяли под руки,
повели.
    В заволжской стороне
    Покоя нету мне...
    Лесовозной машиной Володю привезли в поселок. В медпункт он не хотел:
    - Отлежусь...
    Володю ссадили у порога квартиры...
    Из сторожки доносилось все то же:
    Когда же милый мой
    Ко мне придет?..
    Володя поглядел на реку, на бревна. Песня ему осточертела.
    Гармонь певучая
    Меня замучила...
    Неужели у парня в голове, кроме гармони, ничего нет?..
    Володя сделал усилие над собой, возвратился к воспоминаниям.
    В  этот  день  Тамара  была  в отъезде. Домик, в котором они живут, на две
квартиры.  Рядом,  через  стенку,  бригадир  лесорубов Лапин с женой Ларисой и
дочкой Надей.
    В  кухне  у  Володи  старенькая  софа. Сбросив полушубок, шапку и валенки,
Володя лег на софу. Шишка на затылке опала, но в голове шипело и булькало, как
в котле. Хоть бы не сотрясение мозга, подумал Володя и закрыл глаза.
    Было тихо, только откуда-то доносилось:
    - Дважды один - два, дважды два - четыре, дважды три - шесть...
    Володя перевернулся на бок, приник ухом к подушке.
    - Дважды четыре - восемь, дважды пять - десять...
    Соседская Надька учит уроки, догадался Володя.
    - Дважды шесть - двенадцать...
    Володя приподнял голову, голос бубнил:
    - Дважды семь - четырнадцать...
    Стукнула дверь, пришла Лариса, Надина мать, видимо, из магазина.
    - Учишь таблицу? - спросила у дочки.
    - Учу.
    - Учи вслух!
    Как будто она не вслух, подумал Володя. Из-за стену доносилось:
    - Трижды один - три, трижда два - шесть...
    К этому прибавился голос Ларисы:
    - Пачка  кофе  - сорок девять копеек. Килограмм сахару - семьдесят восемь.
Килограмм  масла  -  три  восемьдесят.  Всего пять рублей семь копеек. Брала с
собой шесть рублей. Сдача - восемьдесят три копейки. Где десять копеек?
    Одновременно с этим подсчетом Володя слышал:
    - Трижды семь - двадцать один, трижды восемь двадцать четыре...
    - Где десять копеек?
    Чего они так орут? Володя хотел постучать в стену. Неудобно, однако.
    - Четырежды один - четыре, четырежды два - восемь...
    Под таблицу умножения Володя заснул.
    Гармонь певучая
    Меня замучила...
    - Тьфу!.. - Володя встал с бревен, прошел по берегу, сел на камень.
    Но и тут слышалось:
    В заволжской стороне
    Покоя нету мне...
    Узнал  о  своем  несчастье,  а  может быть счастье, Володя, когда приехала
Тамара.
    Проспал  он глубоким, но болезненным сном, наверное, часов пять. Проснулся
от стука в сенцах.
    - Дома... - послышался голос Тамары.
    Она шумела веником, стряхивала с валенок снег.
    - Ружье-то...  -  сказала она. - Так и стоит в углу, как метла. Поставил и
бросил. Охотник...
    Вошла в комнату, зажгла свет.
    - Дрыхнет...  -  увидела  мужа на софе в кухне. - Шапка на полу, полушубок

Части Следующая


Купить фантастическую книгу тем, кто живет за границей.
(США, Европа $3 за первую и 0.5$ за последующие книги.)
Всего в магазине - более 7500 книг.

Русская фантастика >> Книжная полка | Премии | Новости (Oldnews Курьер) | Писатели | Фэндом | Голосования | Календарь | Ссылки | Фотографии | Форумы | Рисунки | Интервью | XIX | Журналы => Если | Звездная Дорога | Книжное обозрение Конференции => Интерпресскон (Премия) | Звездный мост | Странник

Новинки >> Русской фантастики (по файлам) | Форумов | Фэндома | Книг