Русская фантастика / Книжная полка WIN | KOI | DOS | LAT
                                   Части                         Следующая
Евгений Дрозд

                               ДРАМА В ЭФЕСЕ

                            (Античная трагедия)

                                     I

     Когда поселились в нем сомнения и неуверенность?
     Во всяком случае не в тот миг, когда получив задание Института  древней
истории, он вошел в темпоральную камеру и отправился в 356 год  до  н.э.,  в
город Эфес, что в Малой Азии. Задание - ознакомиться  с  архитектурой  храма
Артемиды Эфесской до того,  как  его  сжег  Герострат,  и,  по  возможности,
встретиться с самим Геростратом -  было  простым  и  сомнений  не  вызывало.
Опасности? Смешно... Диск возврата, закрепленный на груди Путешественника во
времени, катапультирует его в свое родное время  при  малейшей  угрозе  его,
Путешественника, жизни и здоровью...
     Так же ясно и просто все было, когда он кружил вокруг  храма  Артемиды,
рассматривал его с разных точек  и  снимал  спрятанной  в  складках  гиматия
миниатюрной  видеокамерой,  передающей  информацию  с  блок   памяти   диска
возврата.
     Он с любопытством отмечал особенности устройства ионического  ордера  и
украшения фриза, подсчитывал количество колонн.  Он  стремился  использовать
утреннее  освещение,  чтобы   запечатлеть   в   магнитокристаллах   пышность
капителей,  игру  света  и  теней  в  портике,  придающие   храму   ощущение
торжественной роскоши.
     Первая неожиданность подстерегала  Путешественника,  когда  он  занялся
осмотром интерьера. Он и внутри храма ожидал найти малоазийскую  пышность  и
усложненность  архитектурного  убранства.  Но  увидел  лишь   голые   стены,
строительные леса, кучи мусора и стройматериалов.
     Видимо, тут впервые он ощутил неуверенность. Никаких сведений о ремонте
храма незадолго до знаменитого пожара у историков не было.
     - Может, темпоральщики ошиблись, - тревожно подумал Путешественник, - и
забросили меня не в то время?..
     У какой-то  уныло  зевающей  личности  в  обтрепанном  гиматии,  то  ли
сторожа, то ли строителя, Путешественник  выяснил,  что  ведутся  работы  по
обновлению внутренней отделки храма и что длятся они уже очень долго и одним
только бессмертным богам ведом, когда завершатся. И,  вообще,  отцы  города,
несомненно, совершили большую глупость, отдав  подряд  на  ремонтные  работы
этому греческому проходимцу...
     Имени проходимца личность не назвала, заявив,  что  не  желает  с  утра
поганить уста и портить себе настроение на весь день...
     - Ничего, - утешал себя путешественник, выходя из полумрака портика  на
яркое солнце. -Ремонт храма - не битва при  Фермопилах,  историки  про  него
могли и не знать.
     Так успокаивал он себя, отправляясь на поиски Герострата.


                                     II

     Путешественник  постучал  в  дверь,  сколоченную  из  тяжелых   дубовых
брусьев. Указания случайного прохожего были не  вполне  вразумительными,  но
вроде дом этот.
     Дверь отворилась и наружу высунулась  смуглая,  хитроватая  физиономия.
Должно быть раб.
     - Мне сказали, - начал Путешественник нерешительно, - что, э-э, здесь я
могу увидеть Герострата...
     Раб окинул  Путешественника  быстрым  взглядом,  ни  слова  не  говоря,
подался назад и захлопнул дверь.
     Путешественник в  растерянности  топтался  на  месте,  прислушиваясь  к
доносящимся из-за стены голосам.
     Внезапно дверь снова распахнулась и тот же раб, но уже в полупоклоне  и
с льстивой улыбкой пригласил Путешественника внутрь.
     Они  прошли  по  перистильному  дворику   с   мозаикой   и   бассейном.
Путешественник отметил фигурные росписи на стенах и стоящие в нишах  дорогие
вазы  и  статуэтки.  Андронов   в   доме   было   два.   "Богато",   подумал
Путешественник. Раб провел его в меньший андрон и удалился.
     Путешественник моргал глазами, привыкая к полумраку помещения, а чей-то
сочный голос возносил хвалы богам, пославшим гостя в  сей  скромный  дом,  к
сему  скромному  пиршеству,  и  предлагал  гостю  устраиваться  поудобнее  и
присоединяться. Глаза,  наконец,  привыкли  к  освещению,  и  Путешественник
рассмотрел  говорившего.  Им  оказался  жизнерадостной  наружности  толстяк,
привольно развалившийся на деревянной клине. По всей видимости, хозяин дома.
Лицо его лоснилось самодовольством, он размахивал в воздухе пухлой лапой,  а
в другой держал солидный кус баранины.
     Кроме него в андроне был еще один человек, он тоже возлежал  на  клине,
но  поза  его  была  какой-то  деревянной.  Был  он  худ  и   изможден,   во
всклокоченной  его  шевелюре,  в  горящем  взоре  и   наконец   в   голодном
остервенении, с которым он обгладывал  засушенную  рыбу,  читалась  какая-то
неудовлетворенность. Это мог быть только Герострат. Путешественник замер  от
восторга - настолько портрет Герострата был близок к тому, который он заочно
нарисовал.  Типичный  образчик  распространенного  в  древности   психотипа.
Мнительность, тревожность, слабоволие, неуверенность в  себе.  Нагромождение
комплексов, склонность к паранойе.  Тайная  мания  величия,  жажда  славы  и
поклонения...
     Между тем, хозяин что-то сказал и  замолчал,  как  бы  чего-то  ожидая.
Путешественник понял, что ему представились и ждут,  что  он  назовет  себя.
Досадуя, что  прослушал  имя  хозяина,  он  вернулся  к  действительности  и
несколько  сбивчиво  назвал  свое  вымышленное  имя,  данное  ему  в  отделе
адаптации, а еще сообщил, что он приехал  из  Афин,  прослышав  о  ведущейся
реконструкции храма Артемиды, после которой означенный  храм  обещает  стать
восьмым чудом света. Вот он и решил посмотреть...
     При этих словах  толстяк  необычайно  оживился.  Он  вскочил  на  ноги,
собственноручно придвинул свободную клине поближе  к  столику  с  яствами  и
вином и помог путешественнику улечься на нее с максимальными  удобствами.  И
при этом непрерывно болтал, вознося хвалы богам за  то,  что  они  направили
Путешественника именно в его дом...
     - ... ты не ошибся, афинянин, вот именно восьмым чудом света! Я  всегда
говорил презренным скептикам и завистникам, что мой храм прославится  больше
прежнего и станет действительно украшением Эфеса...
     - Твой храм, почтеннейший? - не понял Путешественник. - Поясни, что  ты
имеешь в виду.
     Толстяк поведал, что он является главным подрядчиком ремонтных работ  и
поставщиком строительных материалов и что тем самым он как бы сопричисляется
к лику зодчих? возведших храм пару веков назад..
     Путешественник вспомнил слова унылой личности в храме  и  едва  сдержал
улыбку. Он посмотрел на толстяка внимательно, потом бросил быстрый взгляд на
тощего, вперявшего отрешенный взор в какие-то удаленные пространства.
     "Тот, значит, ремонтирует", подумал Путешественник, "а этот сожжет..."
     Вслух  же  произнес  несколько  ничего  не  значащих  фраз,  выражающих
приятное удивление и умеренный восторг.
     Хозяин продолжал распинаться  про  достоинства  будущего  храма,  пока,
наконец, тощий его гость не сверкнул злобно глазами и не  проворчал  как  бы
про себя, но вполне разборчиво:
     - Ну, если этот хлев станет восьмым чудом света, то я  уж  точно  стану
Гомером!..
     Толстяк захохотал.
     - Не слушай его, афинянин, ведь он у нас поэт и, стало  быть,  толку  в
вещах не разумеет.
     ("Так он еще и поэт!" подумал Путешественник.)
     - И вот рассуди нас, странник, - продолжал толстяк,  -  мы  тут  с  ним
спорили до твоего прихода, и наш пиит аж надсадился,  доказывая,  что  самое
ценное на свете - это слава, и что ничто другое с нею не сравнится...
     - Да! - воскликнул тощий. - Я так считаю, и я прав, и не тебе, торгашу,
об этом судить!..
     Хозяин, веселясь, повернулся к поэту.
     - Что такое твоя слава, пиит? Плащ, который можно надеть?  Кусок  мяса,
который можно съесть? Баба, которую можно?.. Хе-хе... Или золото, за которое
можно купить и то и другое и третье?  Покажи  мне  эту  славу!  Дай  мне  ее
пощупать, понюхать, попробовать на вкус... Золото - вот что главное  в  этом
мире. Если у тебя будет золото, то все тогда будут тебя уважать, и никто  не
вспомнит, что ты был когда-то простым пастухом... А слава твоя  -  дуновение
Эола. Даром мне ее не надо. И дураком я почитаю того, кто жизнь свою тратит,
за нею гоняясь.
     В продолжение всей речи хозяина поэт беспрерывно менялся в лице. Он  то
бледнел,  то  наливался  краской,  то  стискивал  зубы,   то   начинал   ими
скрежетать...
     И, наконец, взорвался.
     О, как вращал он значками. Как сверкали белки его глаз!  Как  судорожно
стискивал он кулаки! Он задыхался.
     - Ты...  ты..  пес!  Винопийца!   Варвар!   Паук-кровосос!   Бурдюк   с
нечистотами, червь! Как смеешь ты, презреннейшее отродье, рассуждать о  том,
чего не разумеешь?! Бессмертные боги! До какого позора я дожил,  коль  скоро
внимаю рассуждениям торгаша о славе? Как будто  ведомо  ему  хоть  что-то  о
славе, вечности, бессмертии...
     Поэт, уже не глядя на хозяина, продолжал с горечью, обращаясь к кому-то
невидимому:
     - Слава... Бессмертие... Видят боги, что я достоин их  не  меньше,  чем
Гомер и Пиндар... И только козни гнусных  завистников  и  непонимание  тупой
черни... Только из-за этого прозябаю я в безвестности... Доколе же, о  боги,
буду я существовать на подачки дураков и внимать речам невежд? (Оборачиваясь
к хозяину и вновь заводясь). Вроде этой вот жирной твари... Доколе, о  боги,
будете вы благоволить к таким вот подонкам, недостойным лизать прах у  ваших
сандалий, и отказывать в милости преданным служителям своим?..
     Настала очередь взорваться хозяину.
     - Сам пес! - заорал он. - Раб! Грязный оборванец без  роду  и  племени!
Как смеешь ты нести на меня хулу в моем  же  доме?!  За  моим  пиршественным
столом! Вон из дома моего, грязная тварь! Эй,  слуги,  рабы!..  Взять  этого
негодяя! Выбросить его вон!
     Набежала группа слуг и, теснясь и  волнуясь,  заломила  поэту  руки  за
спину и с громкими криками, угощая несчастного пинками да тумаками, повлекла
к выходу. Проявляя  рвение,  усердие  и  искреннюю  радость  рабов,  которым
позволили поизмываться над вольным.
     Когда умолк шум во дворике, Путешественник осторожно спросил хозяина:
     - Не слишком ли ты сурово покарал беднягу Герострата?
     Толстяк нахмурил брови:
     - Герострата?! Ты, видимо, что-то напутал, почтеннейший...  Причем  тут
этот поэтишка? Герострат - это я.
     Удар  дубиной  из-за  угла  произвел  бы  на  Путешественника   меньшее
впечатление, чем эти слова. Земля ушла из-под его ног.
     - Как же... - пролепетал он,  -  а...  а  как  же  тогда  его  зовут...
этого...
     - А ты, афинянин, при следующей встрече  у  него  сам  спроси,-  злобно
ответил Герострат. -Он очень любит такие вопросы. Ведь он считает,  что  его
имя должно греметь по всей Ойкумене...
     Он яростно засопел и, видимо, чтобы потушить пламя праведного  гнева  в
груди, сделал добрый глоток из пелики.
     Вконец смешавшийся гость последовал его примеру, и некоторое время  они
молча пили и закусывали. Путешественник во  времени  мучительно  придумывал,
что бы такое сказать, дабы загладить неловкость, но это было излишним.  Вино
и природный оптимизм скоро снова повергли хозяина в благодушное  настроение,
он кликнул рабов, велел переменить блюда и позвать танцовщиц и кифаристов.
     Пиршество продолжалось, и развеселившийся  хозяин  болтал  без  удержу,
хвастал напропалую, ел и пил за троих.
     Путешественник же в попойке участвовал как-то машинально. Он ел, пил  и
поддакивал хозяину, но занят был своими мыслями. Все его концепции  рухнули,
он ощущал себя в невесомости. "Как", думал он, поглядывая на хозяина, "это и
есть  Герострат?  И  этот  жизнерадостный  сангвиник,  довольный   собой   и
окружающим, должен будет сжечь храм Артемиды, чтобы обрести  вечную  славу?!
Бред! Может, в Эфесе есть еще один  Герострат,  и  я  напрасно  здесь  время
теряю?.."
     Путешественник попытался  даже  встать  и  распрощаться,  но  Герострат
заявил, что Путешественник - его гость и что своим уходом  он  нанесет  ему,
Герострату, смертельную обиду, что грех прерывать такой пир и  что  ночевать
Путешественник будет, конечно же, в доме Герострата...
     Путешественнику пришлось смириться  и  весь  остаток  дня  есть,  пить,
слушать игру на кифаре и пьяную болтовню хозяина, не содержащую  ни  единого
бита полезной информации.
     Но, в конце концов, это испытание закончилось, ибо стемнело  и  настала
пора устраиваться на ночь.
     Поскольку все спальни на втором этаже были заняты, Путешественнику  для
ночлега ответили второй андрон, где уже  приготовлено  было  ложе  и  зажжен
бронзовый светильник. Двери помещения выходили прямо во внутренний дворик.
     Путешественник  поблагодарил  гостеприимного  хозяина,   отказался   от
любезно предложенной ему на ночь рабыни, пожелал Герострату  спокойной  ночи
и, задув светильник, погрузился в сон.


                                    III

     В полночь хозяин дома был разбужен рабом-посыльным, принесшим ему некое
послание. Раб не открыл ни своего имени, ни имени пославшего его,  а  нижнюю
часть лица скрывал, обмотавшись плащом. Вручив восковые дощечки  Герострату,
раб тут же сгинул во мраке ночи.
     Встревоженный Герострат, переминаясь босыми ногами на уже  остывшем  от
дневного тепла мозаичном полу внутреннего дворика, лично  разжег  светильник
на треножнике и, запинаясь, стал вслух разбирать письмо:
     "Доношу  тебе...  почтенный  Герострат,  что...  человек...  коего   ты
принимаешь в доме как гостя... на самом деле... шпион... жреческой коллегии,
подосланный... к тебе... дабы проверить слухи о  твоих...  махинациях...  со
стройматериалами и накладными..."
     Дощечки выскользнули  из  рук  побледневшего  Герострата  и  с  треском
свалились на пол. Сам он, заламывая руки, заметался по дворику,  то  бормоча
что-то нечленораздельное, то громко выкрикивая:
     - О боги, я пропал! Если жреческая  коллегия  докопается  -  обвинят  в
святотатстве,  а  за  это  -  смерть...  Так  вот  чего  он  все  про   храм
выспрашивал!.. Помоги мне бессмертная Артемида, спаси и  выручи...  Впрочем,
что же это я? Ведь я ее же и обокрал - с чего она меня  спасать  будет?  Вот
она, кара богов!.. Ведь все же здесь, все... Золото  для  светильников  было
поставлено?  Было!  Где  оно?  Здесь!  А  в  храме  светильники  из  меди  с
позолотой... Благородная  кедровая,  сандаловая  и  красная  древесина  была
отпущена? Была! Где она? Здесь, в моем доме, а в храме  -  простая  сосна...
Коринфский мрамор для облицовки был закуплен? Был! Где он? Здесь, о боги,  в
моем доме! А в храме... О, боги  мои,  боги,  я  пропал!  Будь  проклят  сей
злосчастный день, я  ужасы  смертельные  предвижу,  зловещую,  нависшую  зрю
тень... Что делать?!
     Внезапно Герострат застыл как статуя  -  он  увидел,  что  из  дверного
проема своей комнаты на него  молча  и  странно  смотрит  Путешественник  во
времени. Что-то особо зловещее и нечеловеческое почудилось Герострату в этом
молчаливом взоре, он пронзал, как взгляд бога, холодил, как зов судьбы...
     Зубы Герострата стали выбивать мелкую дробь.
     - Что-то  случилось,  почтенный   Герострат,   -   осведомился   гость,
пристально глядя на хозяина, - ты чем-то взволнован?
     - Нет,  нет,  -  льстиво  кланяясь   и   фальшиво   улыбаясь   возразил
Герострат, - все в порядке, о благородный чужестранец, все в порядке... Но я
нарушил твой сон своими дерзкими шагами! Какое горе! Молю  простить  меня!..
Не смею навязывать тебе долее свои пустые речи  -  молю  тебя,  о  странник,
располагайся на своем ложе и предайся во власть Морфея  и  да  не  осмелится
никто разбудить тебя до срока!
     Недоумевающий  Путешественник  посмотрел  на  хозяина  недоверчиво,  но
ничего не сказал и ушел во тьму своего покоя.
     Герострат с расширенными зрачками закусил пальцы на руке.
     С минуту стоял он, не зная на что решиться, затем одним прыжком  достиг
стены, вырвал факел, торчащий из медного кольца, зажег его от светильника  и
опрометью бросился из дома.


Части Следующая


Купить фантастическую книгу тем, кто живет за границей.
(США, Европа $3 за первую и 0.5$ за последующие книги.)
Всего в магазине - более 7500 книг.

Русская фантастика >> Книжная полка | Премии | Новости (Oldnews Курьер) | Писатели | Фэндом | Голосования | Календарь | Ссылки | Фотографии | Форумы | Рисунки | Интервью | XIX | Журналы => Если | Звездная Дорога | Книжное обозрение Конференции => Интерпресскон (Премия) | Звездный мост | Странник

Новинки >> Русской фантастики (по файлам) | Форумов | Фэндома | Книг