все же решился, поскольку губы его растянулись в плотоядной улыбке:
- Господин Советник, все же я бы хотел попробовать. Уверен, что мне
удастся убедить Вазгера служить нашим интересам. Ключ можно подобрать к
любому человеку, весь вопрос во времени: кому-то хватает часа, кто-то
сопротивляется месяц, но рано или поздно результат появляется...
- У нас нет и не будет месяца! - рявкнул Маттео. - Я дам тебе день.
Один день! Если ты окажешься бессилен - я сам найду исполнителя, и
лучше тебе в атом случае не попадаться мне на глаза!
В плотно сжатом кулаке Главного Советника возник туманный клинок,
который с каждой секундой приобретал плотность и блеск стали, в то же самое
время оставаясь таким же призрачным. Маттео приподнял руку и острие клинка
уперлось Зариану в шею под самым подбородком. Воин громко сглотнул, но не
отшатнулся, лишь скосил глаза на волшебный меч.
- Один день, - громко повторил Маттео, отстраняясь и одновременно
убирая клинок из реальности. - Ты можешь делать все, что тебе
заблагорассудится. Бери любых помощников. Если тебе удастся склонить
Вазгера к измене - это окончательно подорвет доверие народа к прежнему
правителю, и мне будет гораздо легче утвердиться на троне Мэсфальда. Когда
предают лучшие воины, согласись, это не делает чести тому, кто когда-то
жаловал им воинские знаки.
Зариан, коротко кивнув, отпер дверь и шагнул за порог.
- Один день! - крикнул ему вслед Маттео, нахмурившись. Воин не
ответил, только вскинул руку, давая понять, что знает, как следует
поступить.
Маттео покачал головой: всегда жаль, когда погибают хорошие воины,
даже если они борются на стороне противника. Однако первый и единственный
залог успеха в войне - убить все свои чувства, иначе можно сразу складывать
оружие.
Но Маттео не собирался останавливаться: победа была уже почти в его
руках, и он не думал ее упускать, несмотря ни на что.
Со стоном приподняв голову, Вазгер попытался оглядеться, чтобы понять,
куда он попал. Однако, сколько ни вглядывался, так ничего и не увидел: то
ли глаза отказывались служить, то ли здесь было настолько темно. В нос
ударил резкий запах плесени, воздух будто пропитался влагой. Голова
немилосердно кружилась, и Вазгер вынужден был вновь упасть на прогнившую
насквозь соломенную подстилку. Подняв руку, Вазгер потянулся к голове и
осторожно попытался ощупать себя. Волосы с левой стороны оказались жесткими
и слипшимися, чуть повыше виска располагалась здоровенная шишка и покрытый
толстой коркой запекшейся крови короткий порез. Все тело саднило так, будто
на нем места живого не было.
Даже умереть нормально не дали... Вполголоса выругавшись, Вазгер
попытался сесть: приподнялся, оперся на руку и неожиданно уткнулся лицом в
солому. Как так получилось, он не понял, но на всякий случай решил пока
полежать спокойно, разве что снова перевернувшись на спину.
- Извини, Райгар, но пока наша встреча откладывается, - пробормотал
Вазгер и снова принялся ощупывать себя, оценивая состояние своего тела.
Последнее, что ему запомнилось, - это мелькнувший перед глазами меч и
мгновенно нахлынувшая пустота. Гнев И обида холодными когтями вцепились в
сердце: ему не удалось воздать Зариану по заслугам и теперь, наверное, вряд
ли удастся. Он в тюрьме Мэсфальда - Черном Замке. Раньше наемник никогда не
бывал здесь, но в случившемся нет никаких сомнений. Отлежавшись, в одном из
дальних углов камеры Вазгер обнаружил вмурованное в стену ржавое кольцо, а
под ним несколько костей, составлявших некогда человеческую плоть. Судя по
всему, он был отнюдь не первым обитателем этого каземата.
Разворошив солому, Вазгер улегся поудобнее и вытянул ноги. На наемнике
были его штаны и куртка, которые он купил сразу после прихода в город,
однако это и все, что ему оставили. И сапоги, и ремень, и меч - все
исчезло. Потерю оружия наемник переживал острее всего. Постепенно он
задремал.
Когда Вазгер открыл глаза в следующий раз, из головы исчезла тяжесть,
хотя и осталось небольшое головокружение. Наемник чувствовал себя
посвежевшим и отдохнувшим. Вазгер не знал, как долго проспал, но за это
время ничего вокруг не изменилось.
- Что ж, Кальмириус, - пробормотал Вазгер, причмокнув губами. -
Похоже, тебе придется найти вместо меня кого-то другого. Мне твой поганый
камешек боком вышел...
Привалившись спиной к стене, наемник заметил, что темнота стала
блекло-молочной, а затем слегка розоватой. Вазгер наконец-то различил стены
и черные прутья решетки. Вскочив на ноги, наемник, превозмогая внезапно
накатившее головокружение от слишком резкого движения, подбежал к решетке и
попытался вглядеться в глубину коридора. Кто-то приближался, неся с собой
масляную лампу: в этом Вазгер ошибиться не мог - дым факела пахнул совсем
иначе. Вскоре на стенах заиграли длинные тени, а вдалеке показались две
темные фигуры. Лампу нес шедший чуть позади, поэтому и тени появились
раньше людей.
Когда же идущие по коридору приблизились еще немного, Вазгер смог
разглядеть развевающийся плащ и поблескивающую в свете лампы кирасу.
Наемник чуть не задохнулся от нахлынувшего гнева. Лица разглядеть Вазгер
пока не мог, но не сомневался, что идущий впереди - Зариан.
Визитеры подошли молча. Второй мужчина, облаченный в обычные одежды
тюремщика, поставил посреди коридора принесенный с собой складной стул, а
лампу повесил на противоположной стене на специально предназначенный для
этого крюк.
Благодаря этому Вазгер оказался освещен хорошо, в то время как лицо
Зариана осталось скрытым в тени.
Предатель неторопливо присел, осторожно откинувшись на хрупкую на вид
спинку стула, и, чуть склонив голову набок, взглянул наконец на Вазгера.
Тот в свою очередь ожег Зариана взглядом, в котором явственно читалось
ничуть не прикрытое презрение. Какое-то время в застенке царила тишина.
Наемник решил, что ни за что не заговорит первым. Зариан и тюремщик также
молчали, и если предатель разглядывал своего пленника изучающе, то
пришедший с ним остался чуть в стороне и безучастно прохаживался из стороны
в сторону.
Зариан нарушил затянувшееся молчание первым.
- Похоже, ты не очень-то рад меня видеть, - растягивая слова, произнес
он и, понимая, что Вазгер отвечать не собирается, чуть погодя продолжил:
- Признаюсь, я далеко не сразу вспомнил тебя, даже несмотря на твое
упоминание о форте. Это случилось слишком давно, а я недолго помню о таких
мелочах.
В словах Зариана была ничем не прикрытая издевка, которой Вазгер не
мог не заметить.
- Мерзавец! - бросил наемник сквозь зубы, вновь окатив Зариана
ненавидящим взглядом.
- Что ж, - продолжил предатель, - у тебя, как мне кажется, есть право
называть меня так: моими стараниями ты дважды чуть не отправился прямиком в
лучший мир...
- Один раз, - холодно прервал словоизлияния Зариана Вазгер. - В кабаке
ты даже не осмелился выйти против меня один на один, как подобает
настоящему воину.
- Я не думаю, что это что-то решило бы, - спокойно парировал Зариан. -
С моим ли участием, без меня ли, но ты обязательно оказался бы или здесь,
или под землей, на глубине в пару локтей, в теплом деревянном ящике, а
возможно, и без него.
- Как тебе удалось вернуться в Мэсфальд? Почему ты вообще вернулся,
если воевал против нас?
Зариан прищелкнул языком, терпеливо выслушав вопросы Вазгера, и,
подумав немного, заговорил:
- Не скрою, то, что ты в тот раз выжил, спутало мне все карты, но у
меня не было времени проверять, смертелен ли оказался удар. Если бы ты
погиб, вернуться в Мэсфальд было бы куда проще и сделал бы я это гораздо
раньше - мне не пришлось бы выжидать несколько лет, пока ты торчал в этом
городе. Я, конечно, мог бы обосноваться и где-то еще - разве мало в Империи
городов? Но, не стану скрывать, Мэсфальд мне нравился и нравится до сих
пор, несмотря на то что такие подонки, как вы, изгнали отсюда вечных и
Великого Змея Варкаррана, которому здешний трон принадлежит по праву.
- Что ж ты тогда вернулся? - уже ехидно поинтересовался Вазгер. - В
Империи пока еще есть города, которыми безраздельно правят драконы: почему
же ты не подался туда - ведь тебе именно этого хотелось? Или я ошибаюсь?
Зариан, нахмурившись, покачал головой:
- Неужели ты до сих пор ничего не понял? Во-первых, как я уже говорил,
я люблю Мэсфальд и судьба его мне далеко не безразлична. Ну а во-вторых,
мне попросту некуда бежать. Смертные, выступающие против власти Великих
Змеев, плодятся как тараканы. Рано или поздно они захватят Империю от края
до края, и вечных с их правителями не останется в поднебесном мире. Я решил
попытаться привыкнуть к новой жизни, хотя, признаюсь честно, до сих пор не
могу простить вам того, что вы сотворили с миром. Война против вечных была
самой большой ошибкой, которую совершили люди, и расплачиваться за нее вы
будете всю оставшуюся жизнь, помяни мое слово.
- Ты предал тех, кто тебе верил, - сухо заметил Вазгер. - Сначала нас,
а затем и вечных. Это много даже для тебя. В чем-то наши взгляды, может
быть, сходятся, но ты предал на поле боя! Из-за тебя полегло столько
бойцов! Даю слово, когда-нибудь тебе придется заплатить за свое
предательство!
- Мне живется не так плохо, как тебе хотелось бы, - усмехнулся Зариан.
- Во всяком случае, я добился гораздо большего, чем ты. Да, ты
заслужил воинский знак, а мне его не получить никогда, но я не слишком
грущу: мне вполне достаточно того положения, которое я занимаю в Мэсфальде.
Начальник городской стражи - разве плохо звучит? Не скрою, мне пришлось
изрядно потрудиться, чтобы получить это место да и просто вернуться в
Мэсфальд. После того как ты меня живописал солдатам и командованию, мне
казалось, что дорога в город для меня закрыта навечно. Однако, как
оказалось, найти выход можно из любой ситуации.
Правда, для начала мне пришлось сдать почти два полка вечных, которые
готовились к походу на Мэсфальд.
- Ну ты и негодяй... - произнес Вазгер, приподнимаясь и подходя к
решетке. - Воистину, видят боги, мне жаль этот город.
- Не тебе одному, - пожал плечами Зариан. - Но это только ваша вина:
вы захотели новой жизни - вы ее и получили, теперь уже поздно что-то
менять.
Услышав это, наемник позабыл о терзавшей его ненависти. Зариан,
наверное, хотел бы вернуть прежние времена, а теперь он смирился с
положением вещей. Но шанс все-таки был, и притом весьма реальный, главное -
убедить его...
- Я могу все вернуть! - чуть ли не закричал Вазгер, приникнув лицом и
грудью к решетке. - Я знаю, как это можно сделать, поверь. Мир еще можно
изменить, повернуть время вспять. Империей вновь станут править Великие
Змеи, войны прекратятся, а люди заживут в мире с вечными!
Зариан взглянул на Вазгера, как на умалишенного. Он ожидал от наемника
всего: угроз, проклятий, ругани, но только не слов о спасении Империи от
разгула смертных, а потому не сразу нашел что ответить. Какое-то время и
Вазгер, и Зариан смотрели друг на друга, разделенные чугунными прутьями, а
затем предатель расхохотался.
- Ты обезумел? - спросил он сквозь смех.
- Поверь! Я знаю, что говорю. - Наемник еще крепче вцепился в решетку.
- Я разговаривал с самим Кальмириусом - главой Собора Великих Змеев.
Им тоже не по душе то, что творится в Империи, и они знают, как вернуть все
обратно. Ты слышал хоть раз о Пламенеющем Шаре, который Покровители
подарили драконам, чтобы творить Высшую Магию?
- Все это старые сказки! - бросил Зариан, неожиданно оборвав смех, и,
вскочив на ноги, подошел к решетке. Он даже не думал о том, что Вазгер
может теперь легко дотянуться до него и попытаться разбить голову предателя
о чугун.
- Я прекрасно понимаю, что движет тобой сейчас. Ты готов заставить
меня поверить в любую небылицу, только бы выбраться отсюда. Скажу тебе
сразу - тебе не удастся сделать это, я не так глуп. До меня и раньше
доходили слухи об этом Шаре, но не думаешь ли ты, что все это правда?
- Я разговаривал с Кальмириусом! - утратив сдержанность, крикнул
Вазгер.
- Не так громко, - поморщился Зариан, подходя еще ближе. - Вместо
того, чтобы соблазнять меня байками, лучше послушай, что я могу тебе
предложить. Внимательно выслушай и дай ответ - правильный ответ, ведь от
него будет зависеть твоя жизнь.
Вазгер, замолчав на мгновение, подавил в себе все чувства и, глядя
Зариану прямо в глаза, четко произнес, стараясь сделать так, чтобы голос
его звучал как можно убедительнее:
- Разговоры о Пламенеющем Шаре отнюдь не сказки, как ты считаешь. И
один из осколков этого Шара находится у короля Дагмара. Если собрать
воедино все три осколка. Шар восстановит свою силу - и Великим Змеям
удастся возродить Империю в ее первозданном величии. Все станет как раньше,
и драконы построят отношения с людьми таким образом, что они перестанут.
бунтовать. Кальмириус дал мне слово.
Однако речи Вазгера канули в пустоту. Зариан, качая головой и сложив
руки на груди, стоял у решетки, вглядываясь в наемника.
- Чего ты хочешь? - не выдержал Вазгер.
- Не так уж и много, - спокойно ответил тот. - Даже меньше, чем ты
можешь предположить. Я предлагаю обмен: твоя жизнь и свобода против жизни
короля Дагмара. Убей его - и можешь убираться из города на все четыре
стороны.
- Что вам сделал Дагмар? - спросил Вазгер. - Я не могу представить
себе лучшего короля для этого города.
- Времена меняются, - с наигранной скорбью ответил Зариан. - Тебя не
было в городе четверть века; не думаешь же ты, что все здесь осталось как
прежде? Прости, но так не бывает. Выйди на улицы и послушай, что говорят
люди о нынешнем короле, - ручаюсь, ты быстро изменишь свое мнение о
Дагмаре.
Зариан замолчал, поняв, что нужно остановиться. Вазгер также не
проронил ни звука, стиснув кулаки и опустив потухший взгляд в пол. Ему
нечего было возразить. Сразу вспомнился последний разговор с кузнецом
Шинго. Наемник доверял старому кузнецу, как себе самому. Тот всегда чтил
порядок и никогда не бранил короля. Теперь все изменилось: кузнец клял его
последними словами.
- Я не стану этого делать, - наконец тихо вымолвил Вазгер, подняв
глаза. - Даже если Дагмар и вправду так изменился, я никогда не захочу
предать его. Да и какой в этом смысл? Тот, кто сейчас хочет занять трон
Дагмара, рано или поздно окончит дни с ножом в спине или будет задушен
подушкой в собственной спальне - помяни мое слово. Я никогда не участвовал
в таких делах и не хочу навлечь на себя позор под конец жизни, - неужели ты
думал, что сможешь уговорить меня сделать это?
- Я не уговариваю, я только предлагаю, - сказал Зариан. - Для тебя это
единственный способ вновь обрести свободу.
Вазгер усмехнулся, глаза его заблестели.
- Я не так глуп, как тебе кажется. Мечи твоих прихвостней выбили из
меня силу, но отнюдь не разум. Неужели ты полагаешь, будто я поверю тому,
что после убийства Дагмара вы позволите мне уйти?
Зариан, слушая наемника, медленно кивал. Похоже, он не собирался
разубеждать Вазгера в его правоте, а, напротив, решил полностью подтвердить
его опасения:
- Не стану врать. Советник Маттео все именно так и задумал. Ему совсем
не нужен лишний свидетель его грязных дел. Но я берусь убедить его оставить
тебе жизнь.
- С чего вдруг такая честь? - ехидно хмыкнул Вазгер. Он ничуть не
доверял Зариану, но ему было любопытно, как предатель объяснит свое
предложение.
- Я не меньше тебя ценю хороших воинов, - отвечал Зариан.
- Убирайся, моего согласия ты не получишь.
- Ты хорошо подумал? - полюбопытствовал Зариан. - Второго шанса тебе
не представится, можешь и не надеяться.
- Убирайся, - вновь повторил Вазгер и, немного помолчав, добавил, даже
не пытаясь подавить боль и горечь, зазвучавшую в его словах:
- Воистину город, взлелеявший такую мразь, заслуживает того, чтобы его
разрушили.
Зариан вскочил на ноги. Плащ его взвился, заставив затрепетать пламя
лампы, отчего тени на стенах принялись вытанцовывать какой-то безумный
танец.
- Дурак! - рявкнул он, ударив кулаком по раскрытой ладони. - Неужели
ты не понимаешь, что если я захочу, то тебе придется ползать на коленях,
Новинки >> Русской фантастики (по файлам) | Форумов | Фэндома | Книг