насколько я понял, с погранзаставы, которую вчера разгромили немцы?
В ответ - молчание, и лишь кивки некоторых, подтверждающие сказанное.
- А мы из будущего. Из 21 века.
- Вы пришли нас спасти? - неожиданно спросил мальчик, высунувшись из-за
маминой юбки.
Взрослые промолчали, ожидая - что скажут потомки.
- Вопрос сложный. Мы не можем вмешиваться в эту войну, но можем спасти
тех, кто... - Саня замялся. - Не доживет до победы.
- А мы победим? - опять спросил мальчик.
- Да, но это будет очень не скоро. Через 4 года.
- А мы должны погибнуть? - сержант наконец-то пришел в себя.
- Из пограничников и войск первого эшелона - выжили считанные единицы.
Подавляющее большинство либо погибли сразу, либо попали в плен. Пленные же в
этой войне умирали очень быстро - в течение первого года-двух.
- Но почему так случилось? - спросил сержант.
- Послушайте, я могу рассказать что и почему, но это будет долгий
разговор. А вы в глубоком тылу у немцев. И вам сейчас нужно будет решить -
перейти к нам сюда или остаться. В первом случае - у вас не будет ни одного
шанса вернуться в свое время. Это такой закон физики. Но и в нашем будущем -
будут проблемы с легализацией. Мы не вытягиваем потомков, у нас другая
задача - в нашем прошлом. База находится - в неком пространстве с нулевым
временем. Тут на всю планету... - Саша показал рукой на силурийскую
пустыню, - Нет ни людей, ни животных. Хотите работать с нами - милости
просим, если нет - дадим еды на первое время и до свидания. Причем, о нашем
появлении - нужно будет молчать даже под пытками у немцев. Особенно у них.
- А в чем заключается работа? - спросил сержант.
- Коррекция истории. Но пока ее первый этап - обустройство базы тут - в
нулевом времени.
- А на кого вы работаете? - спросила женщина постарше.
- Сложный вопрос. Эта структура имеет отношения к человечеству, хотя
само к ним не относится. Скажем так, судя по найму исполнителей, то есть
нас, да теперь и вас, структуре нужно чтобы именно Россия повела за собой
все народы к светлому будущему. Причем, тот путь, который уже сделан в 20-ом
веке - признан ошибочным, поэтому его нужно скорректировать.
- А если будет хуже? - опять спросила женщина.
- Если вы станете исполнителями, то вам и решать - что хуже или лучше.
Посчитаете, что будет хуже - откажитесь, соскочите в какой-нибудь
исторический период и будете просто жить. Разумеется, кроме своего времени.
А если посчитаете, что будет лучше, сделаете и все равно станет хуже -
придут другие люди и опять начнут все переделывать. Вот такой расклад. Более
детально что-либо объяснять я пока не имею права.
- У нас совсем никаких шансов уцелеть тут, в своем родном времени? -
спросил сержант.
- Может один есть, из 25 миллионов. - ответил Саша.
- Почему из 25 миллионов?
- Именно столько советских людей погибнет в этой войне. Но, на счет
пограничников и других сотрудников НКВД у немцев была особая директива. Так
же, как и на счет жен командиров.
- Ох! - женщина схватилась за голову.
Женщина помоложе посмотрела на свою подругу, взяла ее за руку, и
сказала:
- Нужно уходить. Мужей похоронили, тут больше нам нечего делать и
некуда идти.
- Вот и ладушки. - ответил Саша, хотя сержант и красноармеец своего
согласия пока не давали.
Красноармеец решил все же уточнить:
- А почему мы не можем вернуться сюда, в 41 год? Тут же наши гибнут...
- Не так, вернуться можно, но только в виде трупа. При переходе границы
миров - идет сильный удар по организму. Если переходишь в другое время -
теряешь сознание примерно на полчаса. Это при первом переходе, второй и
третий - уже легче. Но если возвращаешься в свое время - любой организм тут
же умирает. Мы пробовали на мышах, на кошках, на ежах. Почему именно так - я
пока и сам не знаю. Может со временем и получится, но пока это не подтвердят
опыты - лучше не рисковать.
- То есть, вы к себе в будущее тоже не можете вернуться? - спросил
сержант.
- Совершенно точно. - ответил Саша.
Внезапно далеко в лесу раздался выстрел, потом застрочил пулемет, через
пару-тройку минут послышался звук мотоциклов и бухнул разрыв гранаты. Еще
несколько выстрелов. Женщины, прижимая детей, рванулись к окну. Саша едва
успел крикнуть:
- Не так быстро, вы же сейчас потеряете сознание... - и тут же был сбит
с ног, приняв на себя безвольное тело, упавшей в обморок женщины с ребенком.
Уложив обоих на землю, поднялся - Аккуратнее, пожалуйста, Дим, помоги.
Подскочивший приятель подал кусок брезента, и вдвоем они переложили
женщину и ребенка на брезент в стороне от "окна". А вторая - сначала
отшатнулась, но услышав, что выстрелы участились и даже вроде бы стали
приближаться, подала своего ребенка Саше, потом шагнула в проем сама. Димка
скинул свою куртку, уложив девочку на нее, помог уложить и женщину.
Красноармеец с сержантом переглянулись и тоже шагнули в портал. "Окно"
закрылось.
- Давай посмотрим, кто там стреляет? - предложил Саша.
Вдвоем они прильнули к ноуту:
- Назад метров на 300, еще столько же - командовал Саша, поскольку Дима
взял на себя управление порталом. - Правее, вон они...
На экране был отчетливо виден раненый пограничник, лежавший за деревом
и отстреливающийся от трех немцев. Чуть дальше в кустах замерла молоденькая
девчонка в красноармейской форме с санитарной сумкой через плечо. Она
видела, что ее защитник уже ранен, но подобраться пока не могла. Чуть дальше
на проселочной дороге стояли 2 немецких мотоцикла, на одном из них у
пулемета сидел четвертый фриц.
- Завалим немцев? - предложил Димка.
- А чего? Винтовки есть, две штуки. Сейчас гляну - как там с патронами.
Патронов было мало, всего семь.
- Не промахнешься? - спросил Дима.
- А ты дырку подкати в упор к немцам, тогда точно не промахнусь.
Сначала нужно того, что у пулемета. Начали.
Вышло все, как по нотам: Дима подогнал портал к мотоциклисту, Саша
стрельнул через дырку портала в голову. Немцы в лесу сначала не
отреагировали, просто за деревьями не увидели то, что произошло на дороге.
Но когда Саша застрелил одного из немцев, уже выдернувшего запал у гранаты и
та выпала из его руки - оставшиеся фрицы задергались, выскочили из своих
укрытий - кому охота получать осколки? В этот момент красноармеец застрелил
второго. Третьего добил Саша. Дима в наступающих сумерках быстренько
осмотрел окрестности, в ближайшем полукилометре никого больше не обнаружил и
вернул портал к раненому красноармейцу. Около него уже суетилась медсестра.
От внезапно открывшегося портала она испуганно сжалась и замерла.
- Давай сюда, - сказал Сашка, выходя в реальность 1941 года.
- Вы кто? - спросила девица.
- Потом, все потом, - ответил Саша, подхватывая раненого за плечи.
Санитарка взяла его за ноги и помогла перенести в "окно", но едва
переступив порог, свалилась сама на красноармейца. Дима помог Саше разложить
вновь прибывших, а потом переместил "дверь" к немцам.
- Слушай, один фриц еще живой. Что будем делать?
- Добить бы. Наплюй, собирай оружие и мотоциклы нужно бы закатить.
- Не, я лучше байк закачу, вон тот, без покойника, а с покойниками сам
разбирайся.
- Чистоплюй. - ответил Сашка, закидывая немецкую винтовку в портал.
Пока Дмитрий закатывал мотоцикл руками, подогнав портал поближе и
открыв створки ворот, Саша снял с убитых и раненого всю амуницию - подсумки,
ремни, каски. Подумав, сдернул и сапоги у двоих жмуров. Потом они вдвоем
закатили и второй мотоцикл, прямо с немцем, сидящим в коляске. Уже в силуре,
Сашка вытащил немца, раздел его до исподнего и вытолкнул обратно в 41 год.
- Ну ты, блин, даешь. Зачем форму то снимал? - спросил Дмитрий,
передергиваясь от неприязни.
- Пригодится. Немного кровью заляпана - отстираем, зато целая. А в 21
веке такая знаешь сколько стоит? Жалко, у них блях фельджандармерии не было.
Очень ценная вещь!
Закрыв портал приятели принялись исследовать трофеи: три винтовки
Мосина, патронов к ним всего 1 обойма плюс - три патрона отдельно. Зато
немецких карабинов аж 4 штуки. Да еще два пулемета МГ, два мотоцикла,
десяток немецких гранат-колотушек, два начатых цинка патронов к пулеметам,
несколько снаряженных обойм и россыпь патронов к карабинам.
Кроме того, в мотоциклах были заныканы консервы, галеты, две бутылки
шнапса, еще кой-какое барахло.
- Живем! - воскликнул Саша, осматривая пулемет. - Вот теперь можно и
повоевать!
Когда совсем стемнело и Дима включил электрическую лампочку, повешенную
на угол деревянного портала, начали приходить в себя перетащенные в силур
жители 41 года. Первой пришли в себя женщины и дети, спустя несколько минут
сержант приподнял голову и начал озираться. За ним и пограничник. Последней
очнулась медсестра. А раненый красноармеец не перенес перехода и умер сразу.
А может и еще раньше - две пули в плечо, окровавленная нога, большая
кровопотеря.
Едва новые переселенцы поднялись на ноги, началась суета вокруг трупа.
Но Саша, чтоб отвлечь новичков, предложил отложить похороны на завтра.
Поскольку сначала нужно решить - где его хоронить, тут в безвременье или
вернуть в реальность 41 года. А пока требуется накормить живых - ибо, как
выяснилось, новички сидели на голодном пайке уже вторые сутки. Заодно, и
познакомиться.
Народ перевели поближе к палаткам, Женщинам, как более сведущим, был
предложен набор продуктов, кострище, эмалированные ведра и вода в молочных
флягах.
- Только макароны с тушенкой не надо, мы уже месяц на них сидим. -
жалобно попросил Дмитрий. - Есть картошка, только ее почему-то чистить
нужно. Есть разные крупы, есть даже полуфабрикаты из куриных окорочков и
котлеты в упаковках. Если они не прокисли. Хотя, не должны, в холодильнике
лежат. Пиво в банках, хлеб. Немного зачерствел, но есть можно. Если завтра
второй портал соорудим - Саша с Дмитрием переглянулись, - Добудем продуктов
посвежее.
Пока готовился поздний ужин, успели перезнакомится.
Сержанта звали - Максим Николаевич Викторов. Служил срочную в
пограничных войсках Управления Пограничных войск НКВД Белорусской ССР второй
год. Война застала его в дозоре, потому в первый налет на казармы, когда
полегла почти вся застава, он уцелел. Алексей Владимирович Евдокимов - его
напарник по наряду. Тоже срочник, но призван был весной этого, 1941 года.
Только-только начал осваивать службу, а тут война. После налета 22 июня они
рванули к заставе, увидели разгром, никого в живых не нашли и вернулись в
лес. Уже в лесу обнаружили Марию Михайловну Задорную, жену начальника отряда
майора Задорного с сыном Павликом, семи лет. И Ольгу Леонидовну Борисову,
жену капитана Борисова с той же заставы и их дочь Елену, пяти лет. Двое
суток вшестером прятались в лесу, ожидая пока наши войска вернутся и выбьют
немцев. Убитого Бориса Иванова они знают. Тоже был в наряде, но в другой
стороне. Где его напарник - сейчас уже не выяснить.
Любовь Померанцева, медсестра с той же заставы 18 лет, вольнонаемная.
Собиралась поступать в медицинский, но для медсестер со стажем были льготные
условия, вот она сразу после школы и устроилась на заставу на годик для
стажировки. По знакомству. Когда началась стрельба, ее знакомый старшина
отправил прятаться в лес. Там она нашла Бориса. А сегодня они шли по дороге
и на них случайно наткнулись эти мотоциклисты. Если б мотоциклы ехали, то
Люба с Борисом, конечно, услышали б и спрятались. Но немцы сами чего то
делали в лесу с заглушенными мотоциклами. Немцы первыми заметили пару,
стрельнули из винтовки, потом из пулемета. Когда Люба с Борисом сиганули в
лес, завели мотоциклы, подъехали ближе и стали преследовать. Бориса ранили в
ногу первым же выстрелом, поэтому сразу убежать они не смогли. И Люба не
могла бросить красноармейца одного. Ну а дальше - вы все знаете.
Марию Михайловну и Ольгу Леонидовну отправил в лес командир заставы,
майор Задорный, где-то за час до налета. Только легли спать, в 2 или 3 часа
ночи разбудил, велел быстро собраться и показал - куда бежать. Подруги,
давно знакомы. Обе приехали с детьми к мужьям на лето, думали отдохнуть тут
месяц-два, а вообще-то они живут в Минске.
Когда стрельба стихла, вечером пришли за заставу, нашли своих убитых
мужей, всю ночь копали могилы, похоронили. Потом опять пошли в лес, там
встретились с сержантом Викторовым и красноармейцем Евдокимовым. Решили
пересидеть до прихода наших.
Саша кратко пересказал им историю послевоенных событий в СССР, вплоть
до развала Союза, сообщил, что некто предоставил ему и его приятелю Дмитрию
возможность переделать развитие цивилизации, пояснив, что все детали будут
освещены позже. В рабочем порядке. С тем и разошлись по палаткам,
установленным после позднего ужина. В качестве постелей новоприбывшим были
предложены надувные матрасы, одеяла, старенькие шубейки и пальто,
перетащенные сюда еще весной с дачи Сашки.
Рано утром Дмитрий растолкал спавшего Сашу:
- Вставая, соня, дел за гланды, как говорил персонаж твоего любимого
фильма.
- А что, все уже встали?
- А то. Народ осматривает местные достопримечательности, женщины
осваивают кухню, кстати наш огород заценили - ни одного сорняка!
- Хм! Естественно, откуда ж им взяться то?
- Рассказал - что где растет. Укроп с петрушкой уже в дело пошел.
Слушай, а патиссоны они никогда не видели, что ли? Я по этому поводу стишок
Лени Каганова прочитал:
Никогда на патиссоны
Я без слез смотреть не мог!
Довели, жидомасоны.
Русский овощ кабачок!
Посмеялись, но все равно не поняли. Ну а дети пасут гусей. А так же,
утей, курей, котят и щенят
- Портал нужно делать, в 1993 год.
- Знаю, потому и тормошу. Я сейчас нырну в Москву 93 года, отзвонюсь
нашему альфовцу, а ты на стреме у компа посиди. А потом сразу за портал
примемся. Да еще мертвого нужно похоронить.
- O'Key! Встаю.
Пограничника похоронили в его родном 1941 году, рядом с могилами
командиров, которые два дня тому назад копали их вдовы. Женщины всплакнули,
помянули мужей и новопреставленного и сразу разошлись по делам.
Бобруйск, ночь-утро 24 июня 1941 года.
Семен Залогин вернулся от радистов в самом мрачном расположении духа.
Приказ был совершенно однозначным, найти и установить связь с этим
"Наблюдателем" во что бы то ни стало. Даже если для этого придется остаться
в оккупации. Но где именно его искать - никаких инструкций не было.
Кроме того, Москва запросила срочно переслать все переданные
"Наблюдателем" оригиналы документов, содержимое которых он только что
передал по радио. Для этого в Могилев вылетает Судоплатов и потому к
рассвету весь пакет должен быть на аэродроме. Там же от Судоплатова ст.
лейтенант НКГБ получит дополнительные инструкции. А пока нужно связаться с
частями, охраняющими мосты в Могилевской области, передать информацию по
Бранденбургу, в части касающейся Могилева - в штаб 13 армии
генерал-лейтенанту П.М.Филатову или начальнику штаба комбригу
А.В.Петрушевскому. Кроме того, следовало превентивно задержать лиц,
указанных в списке неблагонадежных. И все срочно, и срок исполнения -
"вчера". И не прекращать уже идущую эвакуацию и уничтожение документов,
которые ни при каких условиях не должны достаться врагу.
А спать то когда? После войны? Вторые сутки на ногах!
Вернувшись в кабинет, где двое сотрудников заканчивали переписывать
четвертую копию содержимого пакета, Залогин начал отдавать распоряжения.
Одного послал найти трех-четырех бойцов, взять полуторку и доставить сюда
изменников, фамилии знает, сам переписывал по два раза. Второму поручил
объехать на мотоцикле ближайшие мосты через Березину, предупредить тамошних
часовых, если получится - попробовать усилить охрану. Сам решил с комплектом
оригиналов и одной копией выехать в Могилев. Рукопись по дороге забросить в
штаб 13 Армии, оригиналы - на аэродром. Может быть удастся в пути немного
Новинки >> Русской фантастики (по файлам) | Форумов | Фэндома | Книг